Раздолбай

Лим Юлия

– Я тебе что, покемон? – хмыкает Лисов, обнимая ее.

– Протяни ладонь, – Соболева с серьезным видом раскрывает рюкзак и что-то ищет, затем вытаскивает кулак.

Рома послушно выполняет просьбу и получает прозрачный пакетик с круглым ярко-розовым значком, в центре которого светло-розовое сердечко.

– Хочу, чтобы все знали, что ты мой, – говорит Яна.

Лисов скидывает лямку рюкзака на локоть и прикрепляет значок к рюкзаку.

– Не снимай, хорошо?

– Не буду, – обещает Рома.

Будни

и выходные проходят по одному сценарию: Лисов скрипит мозгами, приходит кто-то из учителей, проверяет задания и выдает вдвое больше новых. Рома вздыхает, провожает их за порог дома и проводит время, общаясь с Яной. Иногда взрослых разбавляет Зара, луч света в темном царстве, и в перерывах рассказывает, что происходит в школе. Мама, поглядывая на все это, посмеивается и время от времени исчезает в очередной командировке.

Незадолго до ее возвращения продукты заканчиваются, и Рома идет в магазин. Он решает пройтись до торгового центра. Зима морозит, но не настолько сильно, чтобы надеть теплую обувь и шапку. Выбрав подарки, Лисов расплачивается из заработанных летом денег и с чистой совестью срезает путь через дворы. Мама вот-вот приедет, а ему еще нужно заскочить в продуктовый.

Насвистывая новогоднюю мелодию, Рома идет по улице, рассматривая витрины. Повсюду висят гирлянды, елочные игрушки переливаются и поблескивают в свете ламп. В воздухе витают запахи мандаринов и ели. На одном из окон висит самодельная бумажная гирлянда в виде кривых снеговиков и снежинок. Улыбнувшись, Лисов сворачивает в следующий двор.

Рома выходит к дороге и осматривается, нет ли машин. Неподалеку несколько парней зажимают кого-то у стены. Лисов перешагивает через бордюр, но останавливается, услышав знакомое имя.

– Я тебе че говорил, Дарик? Еще раз сюда припрешься, получишь.

– Че ты с ним сюсюкаешься? Давай ему кости переломаем, может, перестанет ошиваться у твоего дома.

Рома оборачивается. С высоты своего роста он видит макушки всех парней и отыскивает Кусаинова.

– В следующий раз подумай, прежде чем переходить мне дорогу, – сплюнув на снег, главарь шайки отходит, и все его приспешники бредут за ним.

Дархан стоит, привалившись к стене, и вытирает ребром ладони кровь, текущую из носа. На нем рваная куртка, осенние брюки и серые почти прозрачные носки в заплатках. Кроссовки лежат рядом, изрезанные и непригодные для носки.

– За что они тебя? – Рома кивает в сторону ушедших.

Дархан поджимает губы. Он собирается уйти, но Лисов преграждает ему дорогу.

– Хочешь продолжить их дело? – Кусаинов сжимает кулаки. Его трясет, он прикусывает губы и шевелит пальцами на ногах.

– Да нафиг мне это надо. Не дергайся. – Рома выставляет ногу параллельно стопе Дархана и говорит: – Возьми мои.

– Что?

– Возьми мои кроссовки, а то обморозишься. Мне тут до дома недалеко, я так добегу, – пока Кусаинов не успел возразить, Лисов скидывает с

себя обувь. – Надевай давай. У нас вроде размер одинаковый.

Дархан окидывает его настороженным взглядом.

– Спасибо, – бормочет он посиневшими губами. – Я этого не забуду.

На следующий день Рома просыпается с простудой. Мама, обнаружив у него насморк и легкий кашель, берется за лечение сына, и вскоре он выздоравливает. Между делом Лисов успевает помогать Заре с украшением класса. Большая часть ребят снова объявляет ему бойкот под влиянием Самары, но он уже привык. Остальные присоединяются к созданию праздничной атмосферы.

– О, Рома, и ты здесь, – замечает Светлана Александровна, заходя в класс с коробкой игрушек и бумажных гирлянд.

– Давайте мне, тяжелая же, – Лисов перехватывает коробку и с улыбкой ставит ее на парту.

– Рада тебя видеть. Ты же не отлыниваешь от выполнения заданий?

– Нет. Так сильно у меня мозг еще никогда не кипел.

– Вот и хорошо. Только не перенапрягайся, – учительница похлопывает его по плечу и берет игрушки.

– Ром, помоги повесить гирлянду, а? – Яна протягивает темно-зеленый шнур с цветными лампочками.

– Без проблем. Куда?

– На стену. Вот скотч.

– Может, хочешь сама повесить?

– Предлагаешь мне залезть на парту? – дуется Соболева.

Рома отдает ей гирлянду:

– Держи, – приседает и усаживает Яну себе на плечи. Когда она невольно цепляется за его волосы, он осторожно поднимается. – Вешай. Я тебя поднесу куда надо.

По классу проходят смешки. Кто-то фотографирует их, кто-то снимает видео. Лисов расхаживает по кабинету с фирменной неровной улыбкой, помогая Яне прикреплять гирлянду скотчем к стене.

– Знаешь, а мне тут нравится. Даже как-то слезать не хочется, – она упирается ладонями в темя Ромы.

– Я тебя до дома донести могу, только с тебя потом массаж плеч, – смеется он.

– Раньше меня бесил мой маленький рост, но теперь мне даже нравится быть крошечной.

Рядом смущенно покашливают. Зара держит кулак у губ и улыбается.

– Мы закончили украшать класс, и если ты все еще хочешь учиться, то лучше пойти сейчас, а то я опоздаю на вечерние занятия.

– Вы так часто проводите время вместе, что я начинаю ревновать, – фыркает Яна. – Поставь меня на пол, больше не хочу у тебя на шее сидеть.

– Не обижайся, – Рома наклоняется к Соболевой, но вместо поцелуя тыкает пальцем себе в щеку. – Поцелуй на прощание.

– Вот еще! – Яна скрещивает руки.

– Ладно, я за вещами, – Зара уходит из класса, оставив ключи Светлане Александровне.

– А вдруг ты мне с этой милашкой изменяешь? Она ведь не пустоголовая блондинка, как я.

– Мы просто друзья. К тому же она помогает мне исправить оценки, – Лисов снова тычет пальцем себе в щеку. – Ну же, я и так опаздываю.

Яна громко и наигранно вздыхает.