Раздевайся, Семёнова!

Беренготт Лючия фон

– Я тоже, – сказал он вдруг.

Я подняла голову.

–

Что тоже?

– Тоже тебя люблю.

И меня вдруг прошибло – он ведь в первый раз мне это говорит! Вот она – «точная формулировка»! Глаза мои заблестели, сердце предупреждающе забилось…

– Не реветь! – строго приказал Знаменский. –

У нас еще фотография впереди.

И я не стала. Потому что поводов реветь больше не было – разве что от счастья. Но от счастья ведь можно и улыбнуться.

– Умница, – похвалил меня мой муж.

А потом взял за руку и повел в дом. Наш дом.

Конец!