Разбойница

Кей Фрост

Он глубоко вдохнул и почувствовал запах яда на старике – того же яда, который он учуял в крови девушки. С какой целью они шли за ней? Она что-то украла? Даже если и так, то разве можно так обращаться с женщинами? Их можно, конечно же, привлечь к ответственности за совершенные проступки, но не наносить ведь им физические увечья. Это неправильно.

Ударив с глухим звуком по колену главаря, Дэмиен прислонился к ближайшему дереву и скрестил руки на груди.

– Привет, Боррис, – промурлыкал он. – У меня к тебе несколько вопросов, на

которые ты ответишь. Понял меня? – Его тон не допускал возражений. – С какой стати ты гоняешь одинокую девушку по всему лесу?

Отвратительно, честно говоря. Ограбить кого-то – это одно, но вот отравить воришку и загонять, как лису, в течение нескольких дней – уже совсем другое.

– Что тебе от нее так сильно понадобилось?

Боррис задрожал, но промолчал.

Дэмиен вытянул руку и осмотрел свои когти.

– Я ненавижу повторять.

Бандит побледнел.

– Ты… ты…

– Да, дракон, – перебил Дэмиен, раздраженный неразборчивой речью мужчины. Он размял шею. Допрашивать преступников временами так утомительно. – Отвечай на мой вопрос.

– У мальчишки было утонченное лицо, – сказал мужчина, слишком перепуганный, чтобы лгать. – Лицо богача. Мы были в отчаянии. Мы…

– Мальчишка? Она явно женщина, – перебил Дэмиен, указывая на маленькую спящую кучку у костра. Голова девушки едва виднелась над плащом. Пряди пропитанных потом черных волос прилипли к грязному лбу, рот искривился от неотступающей боли. Дэмиен предположил, что ей снится кошмар.

– Мы бы никогда… мы думали, что она мальчишка! Этот лук, который у него… у нее… Он из дорогого дерева и отменной работы! Мы подумали, что в ее сумке наверняка завалялись и другие дорогие вещи. Мы просто пытаемся прокормить наши семьи, сэр. В этих лесах сейчас ничего не осталось, кроме как воровать. Герцог и сам так поступает со своими налогами. Он обдирает нас как может!

Дэмиен цокнул языком и прищурился.

– Смеешь лгать мне?

Боррис покачал головой.

– Я…

– Тщательно обдумывай свои слова, – пропел Дэмиен.

– Сначала мы не знали, что она женщина. Она купила у нас несколько вещей. Мы заметили, какой красивый у нее лук, и за него можно получить высокую цену, но потом один из моих людей пошел к ней, чтобы его выкрасть, и заметил, что она меняет повязку и что она женщина. – Пауза. – Но на ней солдатская форма.

– И? – Протянул Дэмиен.

– Леди, выдающая себя за солдата? Мы стали бы богачами, если бы выдали ее. Наши семьи до конца дней больше бы ни в чем не нуждались.

– Так что же, вы решили отравить девушку? Убить ее?

Боррис с отчаянием затряс головой.

– Все зашло слишком далеко. Мы не знали, что она будет так серьезно сопротивляться. Мы хотели просто ее замедлить. Мы собирались вылечить ее, но она озлобилась.

Дэмиен прищелкнул языком.

– Как благородно с вашей стороны. – Он обвел взглядом Борриса и его разношерстную компанию. – От вас тут слишком много

проблем.

– Мы крали только у тех, кто богат, и мы не пролили ни капли невинной крови. Та жизнь осталась в прошлом.

– Да? – Протянул Дэмиен. – Неужели старая ведьма так легко вас отпустила?

Боррис побледнел.

– Альфа никогда никого по-настоящему не отпускает. Мы уже не так молоды, как раньше, и она больше не слишком на нас полагается.

Интересно. Таким образом старая карга наживет себе еще больше врагов. Он решил подумать об этом позже. Дэмиен снова сосредоточился на всей честной компании.

Их методы выживания ужасны, и Дэмиен не мог с уверенностью сказать, что девушка справится со всем пережитым, но, учитывая обстоятельства, он больше не испытывал отвращения, глядя на жалких людишек перед собой. Он мог уважать то, на что люди идут ради семьи. К тому же он чуял правду у Борриса. Дэмиен слишком хорошо знал, в каком состоянии сейчас находится королевство. Частично из-за этого он и работал с Тэмпест от имени королевы Ансетт. Да, он был королем драконов и ни перед кем не преклонял колено, но иногда его цели совпадали с работой других монархов.

Тэмпест, Пайр и Лука нуждались в нем и его помощи, чтобы избавиться от коррумпированных личностей, стремящихся извлечь выгоду из превращения населения в наркоманов, помешанных на Мимикии. Стране нужен новый старт, и начнется он со справедливого отношения к простому народу. Как, например, сейчас. Плюс он питал особую нежность к Гончей. Она имела на него больше влияния, чем он когда-либо признает.

– Ты убьешь нас? – прохрипел Боррис.

– Нет.

Может, он поступает неправильно. Однако Дэмиен испытал слишком много противоречивых эмоций за этот вечер. Плюс Тэмпест не обрадуется куче трупов.

Широкими шагами он направился в темный лес и поднял свою сумку, брошенную на землю ранее. Порывшись там несколько секунд, он нашел мешочек на шнурке, полный золотых монет, и бросил их главарю. Тот попал Боррису прямо в грудь и упал на землю. Несколько монет высыпались на снег.

Дэмиен указал на золото.

– На них вы сможете долгие годы кормить свои семьи. Я предлагаю вам с пользой использовать такое состояние.

– Сэр! – воскликнул Боррис, широко раскрыв глаза. Очевидно, он не мог поверить в свою удачу. – Спасибо! Большое спасибо…

– Если вы не прекратите заниматься разбоем, я вас найду. Поверь моим словам, Старая Мать не идет ни в какое сравнение с моей яростью и местью, – предупредил Дэмиен. – Приведите свои дела в порядок и прекратите воровать. Верь мне… Я знаю ваш запах. Я знаю ваши лица. – Он разрезал когтями веревку и протянул руку. – Дай мне противоядие, и тогда вы можете идти.

Бандит быстро вручил ему маленькую бутылочку с синей жидкостью, а затем сгреб в охапку монеты.

– Приведи своих людей в чувство и заберите с собой мертвеца. Я не хочу, чтобы женщина начала переживать, когда очнется.