Разборка

При приближении к Мелкотианской системе сенсоры «Энтерпрайза» засекли буй, который Кирк счёл за лучшее проверить. Ему было приказано установить контакт с мелкотианами любой ценой – никаких объяснений, просто «любой ценой» – но он был человек миролюбивый; к тому же опыт подсказывал ему, что люди, размещающие буи вокруг своих планет, имеют обыкновение стрелять в тех, кто не уделяет этим знакам должного внимания.

Прослушанная запись оказалась не слишком обнадёживающей. Она гласила: «Пришельцы. Вы вошли в пространство Мелкота. Вы

немедленно покинете его. Это единственное предупреждение, которое вы получите».

На миг опасения Кирка уступили место изумлению: предупреждение прозвучало на чистом английском. Впрочем, опасения эти тут же вернулись, едва выяснилось, что Спок услышал его на вулканском, Чехов – на русском, а Ухура – на суахили.

– Телепаты, – коротко подытожил Спок, – могут быть весьма опасны.

Спорить с этим не приходилось, как и с тем обстоятельством, что о мелкотианах не было известно ровным счётом ничего, кроме того, что они существуют. С приказом Звёздного Флота тоже спорить не приходилось. Отправив послание с уверением в своих мирных намерениях и не получив никакого ответа – не то, чтобы он его ждал – Кирк стал готовиться к высадке, мысленно спрашивая себя, чего может опасаться раса столь сильных телепатов.

Когда они подошли достаточно близко, Кирк транспортировался на планету в сопровождении Спока, Маккоя, Скотта и Чехова. Они материализовались на крошечной площадке, окруженной клубящимся туманом, неясными фигурами, цветами, чувствами. Трикодер Спока не давал никаких показаний, словно там, где они находились, не существовало никакого излучения; по крайней мере, не проникало извне. Кирку это показалось похожим на мёртвую зону урагана.

А затем перед ними материализовался – или частично материализовался – мелкотианин, почти как образ из проектора, направленного на сплошную стену тумана. Выглядел он, как гуманоид: высокая тонкая закутанная фигура, высокий лоб и пронзительные глаза, лишённые какого бы то ни было чувства.

– Наше предупреждение было ясным, – сказал он на своей иллюзии многих языков. Губы его были неподвижны. – Вы пренебрегли им. Виной этому неповиновению был Ваш приказ, капитан Кирк. Поэтому именно из Вашего сознания будет извлечёна смерть, которой вы все умрёте.

– Смерть? – переспросил Кирк. – За нарушение границы? И вы называете себя цивилизованными?

– Вы Извне, – сказала фигура. – Вы – носители заразы. Мы не спорим с вредными организмами – мы уничтожаем их. Это сделано. – С этими словами фигура исчезла.

– Да уж, это почище трибунала, – сказал Скотт.

Но его никто не услышал, потому что площадка и всё, что её окружало, исчезло в тот же миг, и они очутились в пустынной местности, залитой ярким светом. На глазах у них перед ними возникло деревянное здание, потом ещё одно и ещё. Все они были не выше двухэтажных, большинство с балконом на верхнем этаже. На одном из них была вывеска «Салун», на другом – «Отель «Тумстоун». В считанные секунды вокруг

них вырос целый город.

– Спок, – спокойно сказал Кирк. – Данные.

– Американская граница, приблизительно 1880 год, – сказал Спок.

– А что это? – спросил Чехов, протягивая своё оружие. Это был не фазер. Быстрый осмотр показал, что ни у кого из них больше нет ни фазеров, ни коммуникаторов – только это странное тяжёлое металлическое оружие, висящее на неизвестно откуда появившихся поясах. Одежда их, однако, осталась прежней.

– Это, – сказал Кирк, – кольт.45 – самое надёжное оружие того времени. Таким оружием пользовались мои предки.

– Надёжное, но опасное, – сказал Спок. – Полагаю, нам следует избавиться от него.

– Ни в коем случае, мистер Спок. Что бы ни задумали мелкотиане, вряд ли это будет для нас приятным. С близкого расстояния кольт не менее эффективен, чем фазер. Возможно, нам придётся воспользоваться ими.

– Джим, вон на той хибаре написано «Тумстоунская эпитафия», – сказал Маккой. – Смахивает на название газеты. И там есть доска объявлений. Пойдем, посмотрим – может, это что-нибудь даст.

На доске был вывешен номер газеты. Тумстоун, Аризона. Датирован 26-м октября 1881 года.

– Перемещение во времени, мистер Спок? – спросил Кирк.

– И к тому же мгновенное перемещение в пространстве, капитан? – откликнулся Спок. – Я не склонен допускать возможность одновременного нарушения столь многих законов физики. Один только расход энергии был бы колоссальным – намного больше того, что наши приборы засекли на Мелкоте. Полагаю, мы находимся точно там же, где и раньше.

– Тогда какова же цель этой… декорации?

– Насколько я понимаю, капитан, – мягко сказал Спок, – смертная казнь.

– От тебя всегда услышишь что-нибудь бодрящее, – буркнул Маккой.

Дата вызвала у Кирка какие-то смутные воспоминания. Он попытался припомнить яснее, но тут из-за угла показался небритый человек. При виде их он остановился, как вкопанный.

– Ах, что б мне! – воскликнул он и подошёл поближе. – Айк! Фрэнк, Билли, Том! А я уж думал, у вас духу не хватит.

– Простите? – переспросил Кирк.

– Но я знал, что вы не позволите им себя запугать. Они просто горлопаны, если хотите знать моё мнение. Но теперь, когда они так похвалялись, им придётся драться.

– Послушайте, – сказал Кирк. – Вы, видимо, думаете, что знаете нас. Но мы Вас не знаем. Мы никогда раньше Вас не видели.

– Понял, – подмигнул небритый незнакомец. – Я тоже вас сегодня в глаза не видел. Чем ты мне нравишься, Айк, так это тем, что всегда умеешь видеть смешную сторону. А никто не может сказать, что у Джонни Бэхана нет чувства юмора.

– Я кладезь шуток, – сказал Кирк. – Но послушайте, мистер Бэхан…

– Один момент, – сказал Бэхан. – На вашем месте я бы не стал так от них отмахиваться. Может, они и не мастера целиться, но стрелять они будут.