Разбитые осколки
Шрифт:
– А как же ее ребенок? – я стараюсь не обращать внимания на то, что этот ребенок – моя сводная сестра.
– Давай больше не будем говорить о Лизе, чувак, – раздраженно говорит Эйдан и обнимает меня за плечи. – Ты богат, и у нас есть две красивые женщины, которых мы можем взять с собой в город... – говорит он, и я не могу удержаться от смеха. – И выпивка за твой счет, миллионер, – он похлопал меня по спине, перед входом.
***
– Ребята, вы готовы к вечеринке в большом городе! –
Я стараюсь не смотреть на ее грудь, но она выставлена на всеобщее обозрение.
– Разве это настолько сильно отличается от Мичигана? – спрашиваю я, и Хиллари с Лорен вместе хихикают.
– Эй, в свое время мы с Крисом были на некоторых диких вечеринках, – говорит Эйдан, пытаясь защитить нас.
– О, прошу, дорогой. Нам нравится, что вы маленькие городские мальчики, верно, Лорен? – Хиллари дразнится.
– Это единственное, что во мне есть маленького, – отвечает ей Эйдан, и я не могу дождаться ощущения эйфории от выпивки.
– Ты готова, детка?
Лорен выглядит обеспокоенной, и я одариваю ее игривой улыбкой.
– Да, я в порядке, – говорит она.
Я сжимаю ее руку в своей. Мы подъезжаем к клубу, который выбрала Хиллари, и выходим из машины. Здесь длинная очередь людей. Хиллари подходит к женщине в белом платье, которое выглядит более скромно.
– Чарли! – она визжит, и женщина поворачивается к ней с тяжелым хмурым взглядом, пока ее глаза не скользят вниз по телу Эйдана.
– Привет, детка, давно тебя не видела, – говорит она, и Хиллари хватает Эйдана за руку и прижимается к нему.
– Кое-кто не давал мне покоя, – Эйдан потирает затылок и нервно улыбается.
– Я бы тоже спряталась, – говорит она Хиллари, и ее взгляд падает на меня.
Я с трудом сглатываю, и Лорен хватает меня за руку. Это заставляет меня улыбнуться – она ревнива или собственница – и любого это заведет, хотя ей не о чем беспокоиться. Лорен от природы красива, даже в этом оливковом платье, которое показывает десять процентов кожи в отличии большинства находящихся здесь девушек, это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел.
– Это Крис, муж Лорен. Руки и глаза прочь, – говорит Хиллари Чарли, с намеком на резкость в голосе, прежде чем мы входим в клуб. Я хихикаю над этим.
Музыка уже пульсирует, когда мы пробираемся сквозь толпу. Какая-то попсовая песня с переходом в рэп. Это место огромное с двумя этажами насколько я вижу. Думаю, здесь больше людей, чем было во всей моей средней школе.
– Пошли в бар, – перекрикивая музыку, кричит нам Хиллари. Мы все следуем за ней, протискиваясь между людьми. Обнимаю Лорен за талию, а она улыбается мне в ответ. Ей хорошо в моих объятиях. Она пахнет конфетами, и ее длинные, темные, волнистые волосы каскадом падают на спину. Стараюсь не обращать внимания на взгляды мужчин, обращенные на нее и Хиллари.
– Что вы пьете, народ? – к нам подходит бармен с такой же прической, как и у Коллина. Что общего между парнями и девчачьими прическами?
– Давайте выпьем шотов! – хитро говорит
– Я просто выпью пива, – говорю я ей, и она надувается.
– Мне бокал Амаретто, – говорит Лорен.
– Да ладно вам, ребята. Мы же не в старшей школе, так что не падайте в грязь сегодня вечером, пожалуйста!!! – кричит Хиллари.
– Давай, Скотт, поживи немного. Ты тоже, Лорен. Один шот тебя не убьет, – убеждает нас Эйдан.
Лорен смотрит на меня, пытаясь понять выражение моего лица. Хиллари и Эйдан выглядят так, будто мы убили их щенка.
– Думаю, один можно, – говорю я Лорен, и она улыбается.
– Отлично, один шот, – говорит она Хиллари, которая делает какой-то шимми-танец, прежде чем сказать бармену. Когда бармен ставит перед нами наши напитки, мы поднимаем их, чтобы произнести тост.
– За новые начинания, – Хиллари поднимает бокал и поворачивается к Эйдану.
– За быстрые машины и красивых женщин, – добавляет Эйдан.
– За жизнь, – добавляет Лорен с красивой улыбкой. – Я выпью за это.
Глава 11
Крис
Я просыпаюсь от стука в голове. Чувствую себя так, будто на голову обрушилось целое здание. Сажусь в кровати, Лорен все еще спит, сейчас восемь часов утра. У меня пересохло в горле, и чувствую, что умираю от жажды. Встаю и наливаю стакан воды из раковины. Я пытаюсь собраться с мыслями. Что случилось? Последнее, что помню, это то, что мы были в клубе, и поднимали шоты. Сколько я должен был выпить? Выхожу из комнаты и двигаюсь по коридору. Чувствую запах завтрака. Иду на кухню и вижу, что моя мама уже начала готовить. Кэйлен сидит в своем высоком кресле, я целую ее и краду виноград, который она ест.
– Удивлена, что ты встал так рано, – мама весело хихикает, доставая из духовки свое знаменитое домашнее печенье.
– Я даже не помню, что произошло, – у меня в голове так затуманено.
– Ты так много выпил?
– Не знаю… – бормочу я, садясь за стол.
– Я слышала, как вы пришли сегодня около трех утра, – говорит она мне, и я почесываю голову.
– Надеюсь, с машиной все в порядке, – хихикаю, но знаю, что кто-то должен был оставаться достаточно трезвым, чтобы мы вернулись домой, или, может быть, мы оставили ее в клубе. Надеюсь, она не стоит в буксирном дворе. – Не знаешь, Хиллари и Эйдан вернулись сюда?
– Без понятия. Я слышала только тебя и Лорен, – она снова обращает свое внимание на еду.
Я провожу рукой по животу. Надеюсь, мы не сделали ничего такого, что могло бы нас смутить. Моя мама не сказала мне, если бы мы это сделали.
– Вот, отнеси это Лорен, – говорит она, ставя передо мной тарелку с беконом, яйцами и печеньем.
– Ты хочешь подняться и увидеть маму? – спрашиваю я Кэйлен, а она хихикает и качает головой.
– Печенье, – визжит она, и я смеюсь.
– Если у Лорен похмелье, я не думаю, что брать Кэйлен туда будет хорошей идеей, – предполагает мама.