Разбитые мечты
Шрифт:
Ее улыбка исчезла на секунду, и она сказала:
— Никому не говори, ладно? Мы с Лейтоном решили, что никому не расскажем, по крайней мере, еще неделю или около того. Даже Риду не говори.
— Что? Я не могу скрывать это от Рида, — сказала я.
— О, да, ты можешь. Я обещала Лейтону. Пожалуйста. Для меня? — она умоляла своим знаменитым писклявым голосом.
Я нарисовала указательным пальцем на сердце крест и выставила мизинец.
— Хорошо, обещаю, но не заставляй меня ждать слишком долго. Я умираю, как хочу начать
Мы обе смеялись, когда подошли Рид и Лейтон. Я посмотрела и поймала глазами взгляд Рида. Он улыбался, но его глаза были наполнены грустью. Я старалась не волноваться, но часть меня чувствовала себя очень плохо, что-то должно было произойти, и Рид вполне мог нарушить свое обещание не делать мне никогда больно. Я сделала глубокий вдох и встала.
Уитли схватила меня за руку и потянула обратно.
— Кортни? — спросила она с беспокойством.
— Да? — сказала я, не отрывая взгляда от Рида.
— Как думаешь, когда мы сможем поговорить, Корт? Мы должны продолжить тот разговор, который начали, когда я вернулась из медового месяца.
Я быстро повернулась и посмотрела на Уитли. Когда я увидела ее шокированное выражение, вся кровь мгновенно схлынула с моего лица.
— Эм…
— Эй, ангел. Ты хочешь прогуляться со мной? — спросил Рид, когда подошел и обнял меня.
О Боже. Мое сердце начало стучать.
Я посмотрела на Уитли и попыталась улыбнуться.
— Завтра?
Она медленно кивнула.
— Обещаешь мне?
Я схватилась за Рида и с трудом ответила:
— Да.
Не знаю, сколько времени мы с Ридом уже гуляли в тишине, пока он не остановился и не развернул меня к себе. Он оглянулся через плечо, и, когда я проследила за его взглядом, заметила старую скамейку под дубом.
Обернулась, улыбаясь.
— Хочешь присесть? — спросила я.
Он кивнул, и мы направились к старой скамейке. Сели, и Рид сделал глубокий вдох.
— Я столкнулся с отцом перед тем, как забрать тебя.
Дерьмо. Я закрыла глаза и вдохнула, задержав воздух. Это объясняет, почему он был таким отстраненным. Он расстроен.
Уэсли рассказала мне однажды о том, как их бросил отец и как несчастна была их мать. Я знала, что Рид боялся сделать мне больно. Он говорил мне снова и снова, как нуждается во мне, чтобы поверить в то, что он никогда и ни при каких обстоятельствах не обидит меня.
— Где? Ты говорил с ним? — спросила я, протянув руку.
— В кафе. Я остановился, чтобы захватить тебе чашечку кофе, а там был он с какой-то двадцатипятилетней шлюхой, вешающейся на него, в то время как глазами
Я моментально начала ревновать, но оттолкнула эти чувства.
— Мы говорили несколько минут, и это все, — он повернулся и посмотрел на меня, потом схватил мое лицо в руки и провел большим пальцем по моим губам. — Ты должна верить мне, когда я говорю, что не похож на него. Я никогда не оставлю тебя. Я бы никогда не оставил тебя или причинил вред. Я видел, что он сделал с моей матерью, и обещаю, буду любить тебя до последнего дня, пока не умру.
Когда я увидела слезинки, скользящие по его лицу, весь мой мир перестал вращаться. Я потянулась и положила свои руки на его.
— Рид, я знаю, что ты никогда не обидишь и не оставишь меня. Верю в это всем сердцем. Я так сильно тебя люблю и никогда не буду сомневаться в твоей любви ко мне — никогда.
Он закрыл глаза, и мое сердце разрывалось из-за него.
— Рид, я знаю твое сердце. Знаю, какой ты добрый, нежный и замечательный. Не думаю, что ты сделал что-нибудь плохое или…
— Стоп. Пожалуйста, не говори ничего.
Он моментально открыл глаза, и я сразу занервничала. Что-то было в его глазах, и я не знаю что, но это меня напугало.
— Пожалуйста, не говори, какой я замечательный человек. Ты не знаешь тех ужасных вещей, которые я делал.
Я покачала головой в замешательстве.
— Что ты имеешь в виду? Какие ужасные вещи?
Он опустил руки, и я сразу заскучала по его прикосновениям. Он встал, зарылся руками в волосы, а затем провел по лицу. Не знаю почему, но мне нравилось, когда он делал так. Когда он снова посмотрел на меня, то плакал, качая головой, а я задержала дыхание.
— Я так боюсь, что могу потерять единственное, что ждал всю свою жизнь. Ты единственная, кого я любил и, если потеряю тебя … — его голос дрогнул, и он отвернулся.
Черт. Что, черт возьми, происходит?
— Рид, ты меня пугаешь. Пожалуйста, поговори со мной.
Он смотрел на меня, и боль в его глазах убивала.
— Я не могу потерять тебя. Ты — вся моя жизнь.
Я встала и схватила его за руки.
— Ты не потеряешь меня. Обещаю. Ничто не заставит перестать тебя любить — никогда.
— Я делал вещи… вещи, которыми не горжусь, — рыдания вырвались из его уст.
— Рид, что ты делал в прошлом, это в прошлом. Ты не должен мне ничего говорить. Я люблю человека, которым ты являешься прямо сейчас и сегодня, а не каким ты был до меня.
Он провел рукой по волосам и снова склонился, когда опустил руки на колени.
— Я должен тебе рассказать. Должен рассказать кому-то, потому что не могу больше держать вину в себе.
Мое сердце бешено колотилось. Я понятия не имела, что он собирался мне сказать, но знала, это должно быть серьезно, если он боялся оттолкнуть меня. Я медленно села и посмотрела на него.