Разбитое окно
Шрифт:
Захожу в комнату номер три «кладовой» и выбираю видеокамеру из моей коллекции. Тут же находятся батарейки. Из комнаты номер два беру «Братьев Крузиус» в ее старинном футляре. Смотрю на лезвие, покрытое коричневой пленкой – засохшая кровь Нэнси-3470. Двухлетней давности. Апелляционный суд совсем недавно отклонил последнее прошение о помиловании осужденного за ее убийство Джейсона-4971, ссылающееся на то, что улики, мол, против него сфабрикованы (даже его защитник счел это жалкой попыткой ввести правосудие в заблуждение).
Лезвие бритвы
Амелию Сакс охватил охотничий азарт.
Найденная в саду таунхауса улика повела детектива по извилистому следу, однако она печенкой чуяла (прости мне это, Райм!), что ее нынешняя миссия не закончится безрезультатно. Сакс припарковала машину Пам у бордюра и поспешила к дому, чей хозяин значился в составленном ею списке из пяти человек. Она искренне надеялась, что один из них наконец-то с полной определенностью укажет на того, кто скрывается под условным обозначением «5-22».
Двое из списка уже не смогли ей помочь. Может, визит к третьему будет удачным? Сакс невольно подумала, что это кружение по городу похоже на полет стервятника, неотвратимо приближающегося к добыче.
Наступили вечерние сумерки, и Сакс остановилась под уличным фонарем, чтобы еще раз перечитать адрес. Потом отыскала нужный таунхаус и поднялась по ступенькам на крыльцо. Она уже потянулась рукой к дверному звонку, но ее остановило знакомое тревожное чувство.
Оно донимало детектива весь сегодняшний день. Ее преследовало ощущение, что за ней следят. Что это – паранойя?
Сакс торопливо огляделась вокруг, пристально всматриваясь в редких прохожих на улице, в окна расположенных поблизости жилых домов и магазинчиков… Она не заметила ничего подозрительного или угрожающего. Никто не обращал на нее внимания.
Сакс опять подняла руку к звонку и снова опустила.
Что-то беспокоило ее…
Но что?
И тут Сакс поняла. Ее тревожило не ощущение слежки за собой, а запах. Только теперь ее осенило, что пахло плесенью. И запах исходил из этого самого дома, перед дверью которого она стояла.
Что это – случайное совпадение?
Детектив тихонько спустилась по ступенькам крыльца и зашла за угол дома, выходившего боковой стеной на глухую, мощенную булыжником улочку. Стена оказалась длинной, и дом соответственно очень большим, чего не скажешь, судя по узкому фасаду. Сакс прошагала по улочке несколько метров и приблизилась к окну. Стекла были закрыты газетными листами. Сакс бросила взгляд вдоль стены – так и есть, все окна завешаны. Она вспомнила слова Терри Добинса: «В его доме окна закрашены черной краской или заклеены наглухо – он не обретет покоя, если не отгородится от внешнего мира…»
Детектив пришла сюда для того лишь, чтобы задать
Сакс потянулась за телефоном, но вдруг услышала за спиной топот ног, бегущих по булыжной мостовой. Она поспешно повернулась с широко раскрытыми глазами и, забыв про телефон, стала нащупывать рукоятку «глока», но не успела. Кто-то со страшной силой толкнул ее, она ударилась головой о стену и, оглушенная, опустилась на колени.
С трудом подняв глаза, задыхаясь, Сакс встретилась взглядом с черными точками зрачков на лице убийцы. Потом увидела испачканное в чем-то лезвие бритвы у него в руке; и оно приближалось к ее горлу.
Глава сорок третья
– Команда, вызов, Сакс.
Но Райму в очередной раз ответила голосовая почта.
– Где она, черт возьми? Том, найди ее!.. Пуласки!
Райм на своей коляске объехал вокруг молодого полицейского, прижимавшего к уху мобильник, и остановился перед ним.
– Разыскал Карпентера?
Тот поднял руку, призывая к молчанию, потом нажал кнопку окончания вызова.
– Дозвонился до его секретаря. Сегодня Карпентер ушел из офиса раньше обычного, улаживал дела в городе. Сейчас должен быть дома.
– Надо, чтобы кто-нибудь поехал к нему – немедленно!
Мел Купер пытался вызвать Сакс по пейджеру, не получил ответа и сказал:
– Ничего.
Потом сделал еще несколько звонков, но с тем же итогом.
– Не-а. Бесполезно.
– А «5-22» не мог отключить ее мобильник? Ну, как электричество?
– Нет, оператор мобильной связи подтверждает, что номер действует. Просто сам телефон не работает – сломан, или аккумулятор вынут.
– Да? Они в этом уверены? – В душе Райма начал расти страх.
В дверь позвонили, и Том пошел открывать.
В лабораторию вошел Лон Селлитто – в наполовину выбившейся из-за пояса рубашке, с мокрым от пота лицом.
– Никто не может отменить приказ о моем отстранении. Он издается автоматически и сохраняет силу до результатов внутреннего расследования. Даже повторный анализ не поможет. Долбаные компьютеры. По моей просьбе звонили в PublicSure, и они якобы сейчас «разбираются», хотя всем ясно, что это значит. – Селлитто посмотрел на Пуласки: – А у тебя что нового?
– Ничего, Дженни по-прежнему в тюрьме.
– Вот черт!
– И это еще не все. – Райм рассказал Селлитто о визите Броктона, Уиткома и Гленна, а также об исполнительно-правовом отделе Департамента национальной безопасности.
– Вот чертовщина. Впервые слышу о таком.
– Они хотят, чтобы мы прекратили расследование, по крайней мере в отношении «ССД». Но и на этом неприятности не заканчиваются. У нас Амелия пропала.
– Что? – рявкнул Селлитто.