Разбитая Сфера

Аллен Роджер Макбрайд

Каждый исследователь вправе изучить нашу деятельность час за часом, детально и объективно. Изучить виртуозность наших методов управления. Именно Автократия дает больше примеров организационного изящества, чем любой другой общественно-государственный строй.

В настоящий момент я, обдумав все досконально, заявляю, что обвинение, выдвинутое Вегом Мортоем против своей жены, несущественно, а важны внешние обстоятельства, с которыми столкнулось все человечество.

Всем должно быть ясно, почему я выбрал именно это путешествие, вместо того чтобы отправиться на траурную церемонию, где отмечают пятую годовщину Дня Похищения. У нас нет

больше времени бессильно горевать о происшедшем. Похищение должно стать фактом прошлого.

Мы же должны смотреть вперед, бороться за наше будущее.

Довольный записью. Автократ захлопнул автостенограф и направился к иллюминатору, чтобы взглянуть на неподвижные звезды. Точка Плутона и Кольцо Харона находились уже совсем близко.

Перед Автократом стояла очень важная и тонкая задача: он должен быть предотвратить переход Кольца под его управление. Политическая ситуация делала этот переход более чем вероятным, но переход Кольца Харона под управление Пояса астероидов мог стать первым шагом к концентрации огромной политической, технической и экономической силы в одних руках.

Доминирование Пояса во всей Солнечной системе сделало бы ее крайне нестабильной и в принципе плохо управляемой. Централизация мощи всей Солнечной системы потребует громадных, невозможных сегодня инвестиций в системы контроля, управления и связи. Порядок достигается насилием, массовое применение насилия в этом случае неизбежно, как неизбежен тогда и ответ в виде либерального анархизма. И закономерным итогом станут восстания и их подавление, войны, раздирающие Систему на части, терроризм… Классическая ситуация всеобщего имперского кризиса. Нет, автократия и Автократ не должны становиться могущественнее, если это могущество ослабит внутреннюю согласованность режима.

Но как можно заставить быть независимым того, кто не хочет им быть?

Хороший вопрос. Это в самом деле очень хороший вопрос.

Однако он не является слишком уж неразрешимым. Кольцо уверенно и быстро развивается, становясь само по себе все более могущественным. И ему, Автократу, необходимо направить растущую мощь врага против себя самого. Очень интересная задача реальной политики.

Центр управления Кольцом Харона

Сондра Бергхофф стояла, а точнее, парила у люка шлюзовой камеры, в волнении ожидая появления неслыханно почетного гостя — самого Автократа Цереры. Самого или самой? Секундочку, ну конечно, это женщина. Она вспомнила фотографию из новостей. Или нет, то была историческая статья, посвященная предыдущему Автократу. Предназначенные для высокого гостя апартаменты были подчеркнуто стандартны, чтобы удовлетворить того, кто всю свою частную жизнь принес в жертву процветанию добра и справедливости в Поясе Астероидов. Или чему-то другому? Сондра усмехнулась, она не знала тонкостей истории и современной политики Пояса Астероидов.

Слишком многое неожиданно свалилось на ее голову. Автократ хотел взглянуть не только на Кольцо Харона, но и на Сондру.

Ей-то самой это не очень нравилось. Пять лет назад она вдруг стала весьма известной персоной. Похищение изменило жизнь каждого человека, но Сондре не хотелось, чтобы ее жизнь в памяти потомков ассоциировалась только с той ролью, которую она сыграла в событиях пятилетней давности. Ничего для Сондры с Похищением и не кончилось, жизнь продолжалась. Она вспомнила своего давно умершего

дядюшку Санчеса. Он умер глубоким стариком, Сондра тогда была совсем маленькой. Столетием же ранее Санчес был молодым человеком и работал на Луне.

Он одним из последних эвакуировался со станции «Обратная сторона Луны», вскоре после этого астероид врезался прямо в нее, разом перевернув дальнейшую историю Луны. Вся оставшаяся жизнь дядюшки была жизнью легендарного свидетеля катастрофы. Сондра запомнила его, занудливо повторяющим снова и снова один и тот же рассказ. «Помню, я…» — откашлявшись, начинал дядюшка историю, известную всем до запятой, и от скуки ломило зубы. Главное, что ничего там от дядюшки не зависело, просто он случайно оказался в том самом месте и в то самое время. Дядюшка Санчес был членом множества организаций, деятельность которых так или иначе была связана с исследованием Большого Удара. Свадебный генерал.

В его комнате валялся кусок лунной скалы весом в добрых полсотни кило, и каждому, кто по неосторожности забредал к дядюшке в гости, приходилось выслушивать многочасовые объяснения, когда и от чего откололся этот кусок. Сам себе дядюшка, судя по всему, казался героем.

Через месяц после его смерти вдова, тетушка Салли, заслужила репутацию абсолютно лишенной сентиментальности особы. Наводя порядок в своем доме, она с радостью избавилась от надоевшего булыжника, выпихнув его на задний дворик. Откуда только силы взялись!

Такая судьба не для Сондры. Да, она была свидетелем истории в самые напряженные ее моменты. Она была даже частью истории. Но сотни раз подряд рассказывать в старости одну и ту же легенду скучающим родственникам… одна только мысль об этом приводила Сондру в ужас.

В программе визита Автократа Цереры значилось и посещение знаменитой установки, которую теперь иначе как исторической не называли. Господи, удрать бы куда-нибудь! Если бы Саймон Рафаэль был еще жив, она могла бы спокойно заниматься любимой работой. Но два года назад его настигла тихая смерть во сне, и благодаря своей проклятой популярности Сондру избрали на мало привлекавшую ее должность директора Станции гравитационных исследований.

Кто еще, кроме Автократа, может похвастаться, что имеет титул, без имени? Если для выполнения работы необходимо навсегда отказаться от собственного имени, значит, это адски трудное дело. В чем причина появления столь странного обычая? Можно было бы узнать все тонкости социальной истории Пояса, порывшись в специализированных библиотеках, поговорив с историками, но здесь таких возможностей не было. Отказ Автократа от имени — какая странная традиция! Сондра не находила внятных объяснений этому факту, он ей казался совершенно бессмысленным.

По другую сторону шлюзовой камеры раздался металлический лязг и скрежет, и заинтригованная Сондра слегка подалась вперед.

Зачем, интересно, он сюда пожаловал? Разговоры об этом шли уже многие недели. Кто-то высказал предположение, что он прибыл с обычной инспекцией; в Автократии им никто не удивлялся. Другие резонно отмечали, что подобные инспекции проводятся лишь там, где уже установлен режим Автократии. Очевидно, он приезжает, чтобы предъявить свои права на Станцию. Пояс астероидов хочет взять под свой контроль проект «Гравитон», это ясно. Не так давно Автократ был здесь инкогнито в качестве туриста. Они там у себя разработали секретный план по превращению Кольца в сверхоружие. Неясно, правда, против кого.