Разбилось зеркало, звеня...
Шрифт:
— Вы думаете, — спросила миссис Бэнтри, — она способна была вмешаться в какое-нибудь дело, не зная, к чему это приведет?
— Скорее, не сознавая, что это может быть опасным для нее, — добавила мисс Марпл. — Вот, по-моему, единственная причина, по которой ее могли убить. Если, конечно, мы правы, предполагая, что ее убили.
— А не могла ли она шантажировать кого-нибудь, — предположила миссис Бэнтри. — Как вы думаете?
— О нет, — заверила ее мисс Марпл. — Она была доброй и хорошей женщиной и никогда не сделала бы ничего подобного. Вся эта история, — с досадой добавила она, —
— Ну? — заинтересованно спросила миссис Бэнтри.
— Хотела бы я знать, — задумчиво произнесла мисс Марпл, — не могла ли Хеся Бедкок погибнуть по ошибке?
Неожиданно распахнулась дверь, и в комнату влетел доктор Хэйдок в сопровождении возбужденной мисс Найт.
— Я вижу, вы уже взялись за дело, — заметил он, бросив взгляд на обеих дам. — Я зашел, чтобы справиться о вашем здоровье, — сказал он, обратившись к мисс Марпл, — но теперь вижу, что в этом нет необходимости. Вы ведь уже начали принимать рекомендованное мною средство?
— Какое, доктор?
Доктор Хэйдок указал пальцем на вязанье, брошенное мисс Марпл на столик рядом с кроватью.
— Распутывание, — сказал он. — Я прав, не так ли?
Мисс Марпл смущенно заморгала.
— Вы шутите, доктор Хэйдок? — спросила она.
— Не пытайтесь ввести меня в заблуждение, дорогая моя. Вам это все равно не удастся. Я вас слишком хорошо знаю. Внезапная смерть в Госсингтон-холле, и по Сент Мэри Мид уже бродит масса слухов! Все говорят об убийстве, хотя результатов дознания еще нет.
— Кстати, когда оно должно состояться? — спросила мисс Марпл.
— Послезавтра. К этому времени, — продолжал доктор Хэйдок, — я надеюсь, вы узнаете, кто преступник, и решите, какого наказания он заслуживает. Ну, ладно, — добавил он, — не буду больше здесь задерживаться. Нет смысла тратить время на пациентку, которая не нуждается в моей помощи. Ваши щеки порозовели, ваши глаза блестят, вы начинаете наслаждаться жизнью. До свидания.
Он вышел.
— Я решительно предпочитаю его Сэндфорду, — заметила миссис Бэнтри.
— Я тоже, — согласилась мисс Марпл. — К тому же он преданный друг. И пришел сюда, чтобы придать мне сил и побудить к делу.
— Значит, это все-таки было убийство, — произнесла миссис Бэнтри. Подруги посмотрели друг на друга. — Во всяком случае, так считает доктор.
Вошла мисс Найт, неся поднос с кофе.
Обе леди были слишком возбуждены разговором, чтобы приветствовать ее появление. Когда мисс Найт вышла, мисс Марпл немедленно приступила к делу.
— Значит, Долли, вы там были…
— Можно сказать, я видела собственными глазами, как это случилось, — с нескрываемой гордостью заявила миссис Бэнтри.
— Чудесно! Я хотела сказать… ну, надеюсь, вы поняли, что я хотела сказать. Вы можете подробно рассказать мне все, что произошло с момента вашего появления там?
— Меня провели в дом, — начала миссис Бэнтри, — как включенную в число избранных.
— Кто вас провел?
— Какой-то худощавый молодой человек. Кажется, он секретарь Марины Грегг или что-то в этом роде. Мы поднялись по лестнице. И вот там наверху был прием.
— Прямо на лестничной площадке? — удивленно спросила мисс Марпл.
— Они
— Понимаю. И кто же там был?
— Прежде всего, сама Марина Грегг, необычайно любезная и весьма очаровательная в своем серо-зеленом платье. Затем ее муж, конечно, и Элла Зилински — помните, я вам о ней говорила, — его секретарь. Было еще примерно восемь-десять гостей. Некоторых из них я знала, некоторых — нет. Последние, в основном, с киностудий. Кроме того, там был викарий и жена доктора Сэндфорда. Сам доктор появился гораздо позже — с мистером Клиттерингом и шерифом. По-моему, там также были представители прессы, а одна девушка с большим фотоаппаратом снимала всех прибывающих.
Мисс Марпл кивнула.
— Продолжайте.
— Хеся Бедкок и ее муж прибыли почти сразу же за мной. Марина Грегг очень мило меня приветствовала, затем еще кого-то — ах, да, викария, а потом появилась Хеся с мужем. Она была, оказывается, секретарем Ассоциации госпиталя Святого Джона. Кто-то, помню, упомянул об этом и сказал, что она просто незаменима в своем деле. Марина Грегг говорила с ней очень любезно. А затем миссис Бедкок, которая, должна сознаться, Джейн, показалась мне несколько утомительной, принялась за какую-то нескончаемую историю о том, как она когда-то встречалась с Мариной Грегг. По-моему, не очень-то тактично было упоминать о том, что это было много лет назад и все такое. Уверена, что актрисы и кинозвезды, как и все прочие женщины, не слишком любят, когда им напоминают об их возрасте. Но миссис Бедкок, полагаю, просто не подумала об этом.
— Да, — согласно кивнула мисс Марпл, — она по складу своего характера просто не была способна подумать об этом. Ну, и что же было дальше?
— Ничего особенного, если не считать того, что Марине Грегг буквально на несколько минут изменила ее обычная любезность.
— Вы хотите сказать, что она была раздражена?
— Нет, нет, совсем не это я имела в виду. Я даже не совсем уверена, что она слышала хотя бы слово из того, что говорила миссис Бедкок. Понимаете, когда та закончила свою довольно-таки глупую историю о том, как она, больная, встала с постели и встретилась все-таки с Мариной Грегг, чтобы получить ее автограф, наступила довольно странная пауза. Полное молчание. А потом я увидела ее лицо.
— Чье лицо? Миссис Бедкок?
— Нет. Марины Грегг. Казалось, она не слышала ни единого слова Хеси Бедкок. Она уставилась через ее плечо прямо на противоположную стену. И у нее было такое выражение, как будто… право, не знаю, как и объяснить.
— Попытайтесь, Долли, — попросила мисс Марпл. — Это может оказаться важным.
— У нее был какой-то замороженный взгляд, — сказала миссис Бэнтри, пытаясь подобрать наиболее подходящие слова, — как будто она увидела что-то, что… о боже мой, как все это сложно описать! Вы помните волшебницу Шалот? «Разбилось зеркало, звеня. “Беда! Проклятье ждет меня!” — воскликнула Шалот». Вот что выражал ее взгляд. В наши дни Теннисон представляется молодежи ужасно смешным, но волшебница Шалот всегда поражала меня — и в юности, и даже сейчас.