Раз и навсегда
Шрифт:
Глава 8
– Не могу описать, как я сожалею о том, что произошло вчера вечером, – говорил Чарльз Виктории на следующее утро за завтраком, и его лицо при этом выражало искреннее раскаяние. – Я поступил не правильно, объявив о вашей помолвке с Джейсоном, но мне так хотелось надеяться, что ваш брачный союз возможен-. Что касается леди Кирби, то она попросту старая карга, а ее дочка уже в течение двух лет бегает за Джейсоном, вот почему они обе примчались сюда, чтобы взглянуть на вас.
– Нет нужды объяснять все это
– Может, и так, но в дополнение к прочим неприятным свойствам ее натуры Кирби – худшая из сплетниц. Теперь, когда она лично удостоверилась в вашем присутствии здесь, она непременно устроит в свете жуткий переполох, и сюда хлынет нескончаемый поток визитеров, также жаждущих лично взглянуть на вас. Стало быть, вам немедленно следует обзавестись подходящей компаньонкой, чтобы ни одна душа не могла упрекнуть вас в том, что вы проживаете одна в доме с двумя мужчинами.
Чарльз поднял голову, чтобы взглянуть на входившего Джейсона, и Виктория вся напряглась, умоляя Всевышнего о том, чтобы перемирие, заключенное накануне вечером, осталось в силе при свете дня.
– Джейсон, я как раз объяснял Виктории необходимость присутствия компаньонки. Я послал за Флосси Уильсон, – добавил он, имея в виду свою тетю – старую деву, которая когда-то помогала ухаживать за маленьким Джейми. – Она самая настоящая чванливая гусыня, но в то же время – моя единственная родственница и единственная подходящая компаньонка для Виктории, которая мне известна. Несмотря на тупость, Флосси знает, как надо вести себя в обществе.
– Прекрасно, – рассеянно сказал Джейсон, подходя к месту, где сидела Виктория. С высоты своего роста он, как обычно, бесстрастно взглянул на нее. – Надеюсь, у вас не осталось никаких неприятных ощущений от бренди, с которым вы вчера вечером познакомились в своей опочивальне?
– Отнюдь, – одарила она его лучезарной улыбкой. – По правде говоря, я полюбила бренди, когда немного привыкла к нему.
Ленивая усмешка озарила его загорелое лицо, и у Виктории сильнее забилось сердце. У Джейсона Филдинга была такая улыбка, которая могла растопить и ледник!
– Будьте осторожны, не переусердствуйте с алкоголем… – сказал он и, поддразнивая, добавил:
– кузина.
Целиком погрузившись в мечты о дальнейшем развитии дружбы с Джейсоном, Виктория больше не прислушивалась к тому, что обсуждали между собой мужчины, пока Джейсон не обратился непосредственно к ней:
– Вы слышите, Виктория?
Девушка непонимающе взглянула на него.
– Извините, я не прислушивалась.
– В пятницу я ожидаю с визитом гостя, который недавно возвратился из Франции, – повторил Джейсон. – Если он приедет с женой, то я хотел бы представить вас ей.
Радость, вспыхнувшая от такого официального признания ее, быстро угасла, когда он продолжил свою мысль:
– Графиня Коллингвуд – отличный образец того, как следует вести себя в обществе. Вы поступите мудро, если понаблюдаете за ее поведением
Виктория вспыхнула, чувствуя себя нашалившим ребенком, которому сказали, что он должен следовать примеру кого-то другого. Более того, она уже познакомилась с четырьмя английскими аристократами – Чарльзом, Джейсоном, леди Кирби и мисс Джоанной Кирби. И пришла к выводу, что, если не считать Чарльза, с аристократами трудно ладить, так что Виктории вовсе не улыбалась перспектива познакомиться еще с двумя субъектами из этого племени.
Тем не менее она подавила раздражение и постаралась не думать об очередном предстоящем кошмаре.
– Благодарю вас, – вежливо сказала она. – Буду с нетерпением ожидать встречи с ними.
Следующие четыре дня Виктория приятно провела в компании Чарльза или занимаясь написанием писем. На пятый день после обеда она спустилась в кухню, чтобы запастись едой для Вилли.
– Это животное так раздобреет от вашей кормежки, что на нем можно будет ездить верхом, – добродушно предупредила ее миссис Крэддок.
– До этого еще далеко, – улыбнулась девушка. – Можно мне взять вон ту большую косточку, или вы собираетесь положить ее в суп?
Миссис Крэддок заверила Викторию, что кость ей не понадобится и она смело может ее взять. Поблагодарив, девушка было пошла во двор, как вдруг что-то вспомнила и обернулась.
– Вчера вечером мистер Фил.., то есть я хочу сказать, его милость, – осеклась она, заметив, как застыли лица присутствующих при одном упоминании хозяина, – сказал, что такой жареной утки он не пробовал ни разу в жизни. Не знаю, успел ли он сам сказать вам об этом, – объяснила Виктория, прекрасно зная, что Джейсону, вероятнее всего, такое и в голову не придет, – но мне казалось, вам будет приятно услышать это.
От удовольствия полные щеки миссис Крэддок покраснели.
– Спасибо, миледи, – вежливо ответила она. Виктория отреагировала на упоминание ее титула улыбкой и, махнув рукой, вышла.
– Вот это настоящая леди, – объявила миссис Крэддок подручным, когда девушка ушла. – Она ласкова и добра и отнюдь не похожа на тех безразличных ко всему мисс, которых можно встретить в Лондоне, или на тех высокородных особ, которых его милость приглашает время от времени в гости. О'Мэлли говорит, что она графиня. Он слышал, как его светлость сказал об этом на днях леди Кирби.
Виктория понесла еду к тому месту, где она оставляла ее для Вилли уже девять дней подряд. Вместо того чтобы попятиться назад, в тень деревьев, как он обычно делал, пес, увидев ее, затрусил вперед.
– Вот, Вилли, – сказала Виктория ласково, – смотри, что я тебе принесла.
Когда огромный серебристо-черный пес подошел почти на расстояние вытянутой руки – гораздо ближе, чем прежде, – девушка не смогла сдержать радостной улыбки.
– Если ты дашь мне себя погладить, Вилли, – сказала она, тихонько приближаясь к нему и протягивая миску, – я принесу тебе еще одну вкуснейшую косточку вечером после ужина.