Райское местечко. Том 1

Ардин Михаил

– Да, эта сцена и мне нравится. А с Шерром ты скоро познакомишься.

Я хотел сказать, что мне нравится и "Лебединое озеро", и "Братья по разуму", и все, что угодно, лишь бы она присутствовала в спектакле в любой роли. Но усилием воли я не дал рту открыться.

– Ну что ж, – сказала Мелисса, – "…И летний вечер вечно синий сквозь летний день идет ко мне". Ты, конечно, перекусил пирожками, но пора бы и пообедать. Полетим ко мне домой, на мой остров. Моя домоправительница, Валентина Петровна, кстати, это она печет пирожки, обещала сегодня на обед приготовить мой любимый борщ и котлеты. Я проголодалась.

Я

почувствовал, что тоже не прочь поесть.

– А ты предупредил родителей, что можешь отлучиться надолго? Ты останешься у меня. Завтра мы поговорим о твоем втором назначении, и потом ты будешь очень занят.

Я заверил Мелиссу, что никаких проблем нет, никто меня не ждет, даже родители. "Да если бы даже и ждали", – добавил я мысленно.

Мелисса сменила блузу из маковых лепестков на адмиральский китель, одновременно изменяя черты лица. И вот только светлая прядь, не убранная в прическу, осталась от образа Нади.

Мелисса спросила меня, не возражаю ли я, если мой флаер пока поставят на стоянку Департамента. Как я мог возражать? Мелисса по внутренней сети вызвала дежурного и отдала ему распоряжения, сообщив, что я улетаю вместе с ней. Потом она собрала какие-то свои мелочи в стандартный флотский кофр, и мы вышли в коридор. Она закрыла дверь кабинета № 23, в который я вошел в прошлой своей жизни сегодня утром.

Затем через двустворчатую дверь в торце коридора мы попали на широкую лестницу, спустились на три пролета и оказались в огромном ангаре, где и была стоянка машин Департамента.

Мелисса набрала на настенном пульте команду, и часть потолка, который снаружи являлся большой поляной, опустилась, став пандусом, выходящим в парк. Флаер Мелиссы стоял недалеко от входа в ангар. Он оказался того же типа, что и мой, но его кабина была побольше, четырехместной. Я скромно сел сзади.

Мелисса подняла флаер и на антигравах аккуратно вывела его из ангара, а потом включила планетарные двигатели.

– Ты не против, если мы не будем торопиться и полетим в атмосфере? – спросила у меня Мелисса. – Тут недалеко, в Атлантике, "У Геркулесовых столбов, где плавал Одиссей". Или он в Атлантику не выходил? А плавал исключительно в Средиземном море? Ты не помнишь?

Я не помнил. И вообще, на Одиссея мне было глубоко наплевать. Я вдруг почувствовал себя так хорошо, так уютно, так свободно. На своем месте. Все было правильно в этом лучшем из миров.

Какой-то частью своего сознания я понимал, что все еще нахожусь в некоторой степени под действием газа "РЛ-46".

"Интересно, – мимолетно подумал я, – как долго он еще будет влиять на мои чувства? И что будет потом? Буду ли я потом любить Мелиссу?"

Но сейчас это было совсем не важно. Сейчас я был полон любви. Я был счастлив.

– Мелисса, а что означает буква "К" в названии Департамента? – Я решил, наконец, получить ответ на беспокоившую меня все утро загадку.

– А ты как думаешь?

– Вообще-то я думал, что "К" означает "контрразведка".

Мелисса усмехнулась, и я понял, что мои фантазии на тему контрразведки имеют под собой вполне реальную почву.

– В названии этого Департамента, – она выделила голосом слово "этого", – буква "К" означает "Корнезо". Мы летим туда через две недели.

"Корнезо! Лучший земной

курорт в известной нам части Галактики! Так вот куда стремилась Шемаханская Царица отдохнуть и в чем-то поучаствовать! И что же, чтобы не пустить дочь на курорт – на безобиднейшую планету-курорт, – Мелисса и провела сложнейшую операцию с грузами для Альбины и Альбы??? Операцию, которая в принципе могла иметь очень тяжелые последствия для всей Земли? Боже, что же там такое ожидается, на Корнезо? В чем мне предстоит участвовать вместе с Мелиссой? Ясно, что мое второе назначение связано именно с этой поездкой. Мелисса сказала – завтра. Ну что ж, завтра так завтра".

Хотя мне было очень интересно узнать, в чем дело, следовало иметь выдержку и не выглядеть любопытным мальчишкой. Кроме того, пожалуй, сегодня для одного дня и так случилось всего более чем достаточно.

Я поймал себя на том, что хочу хорошо выглядеть в глазах Мелиссы совсем не потому, что она мое высшее и непосредственное руководство. Сегодня она сказала, что ей ни разу еще не было за меня стыдно. А когда она узнает про альфьюрит? Ведь рано или поздно, но Мелисса узнает. Что тогда она подумает обо мне?

Мое хорошее настроение от этих мыслей, естественно, испортилось.

– Алекс, в чем дело? – спросила Мелисса. – Что случилось?

Селферы, конечно, не телепаты. Но они – эмпаты. Настроение людей они чувствуют превосходно. Неважно, что я не выдал перемены своего настроения ни словом, ни движением. Мелисса уловила, что мое состояние изменилось.

И тут меня прошиб холодный пот. Я запоздало сообразил: "Значит, она была в курсе всех моих сегодняшних метаний???" С другой стороны, Мелисса вела себя так, как будто ничего особенного со мной и не происходило. "Возможно, она отнесла всплески моих эмоций на счет проклятого газа? Хорошо бы".

– Что с тобой?

В голосе Мелиссы звучало неподдельное беспокойство.

Я решил из двух зол выбрать меньшее. Я не смогу жить спокойно в ожидании того, что она узнает историю про альфьюрит, да еще неизвестно, как ей эту историю преподнесут…

– Мелисса, – сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, – я должен вам кое-что рассказать.

– Да? Подожди секунду.

Она отпустила штурвал и повернулась вместе с креслом в мою сторону, но не стала включать автопилот. В ее флаере я вообще не заметил никаких сложных приборов. Панель управления была предельно проста, не было даже кабелей для подсоединения к разъемам встроенных процессоров, не было и гнезд для таких кабелей. Но когда она повернулась ко мне, то закатала рукав на левой руке, и из локтевого сгиба выросли какие-то тоненькие упругие "усики", вытянулись метра на полтора и вползли в два крошечных неприметных отверстия в панели управления.

"Черт, – подумал я, – да она просто соединилась с системами флаера напрямую, и без всяких разъемов!" До сегодняшнего дня я очень мало сталкивался с селферами и никогда с ними не работал. Одно дело, знать об их возможностях теоретически, и совсем другое – увидеть это самому.

– Так в чем дело? Рассказывай.

И я рассказал ей всю историю про альфьюрит.

Она выслушала меня спокойно и даже немного посмеялась, особенно когда дело дошло до нашей дискуссии с бедным Билли. У меня отлегло от души.