Райский уголок для смерти
Шрифт:
Итальянец ушел, как только они подошли к Анне. Та вытянулась в шезлонге, собираясь позагорать, и Марина невольно обратила внимание на кулон, который висел сегодня у Анны на шее. Обычно Романова была безупречна, но эта стрекоза из простого металла, с глазами-стекляшками к ее наряду не подходила. Дешевка. И цепочка, на которой она висит, очень уж простая. Не золото, даже не серебро. Местами безделушка почернела, эмаль облупилась. Это было странно.
– Что ты узнал? – спросила Романова, обращаясь к Максиму. – Ты ведь проводишь расследование?
– Я говорил
– БУ и МУ? – вздрогнула Марина.
– Как они уходили, бармен не видел, он покинул пляж раньше. А они остались.
– Во сколько закрывается бар? – спросила Анна.
– В одиннадцать. Тот, что на пляже. В лобби сидят до утра.
В это время они увидели, как БУ и МУ спускаются к воде.
– Пойду и я, – вздохнула Анна, поднимаясь.
– Купаться?! – хором спросили они.
– Просто постою у воды. Ножки помочу.
Анна в накинутом на плечи парео направилась к морю. Марине даже стало ее жалко. Вот ведь! Не умеет плавать! Каково Мисс Пляж смотреть, как стремительным кролем чешет к буйкам МУ?
«Зато у Аньки великолепное тело», – подумала Марина, глядя, как Романова и МУ стоят у лестницы и некрасивая малышка почему-то не спешит в воду. А надо бы. Рядом с Анной МУ смотрится бледно. Зато в воде… «Что ж. Каждому свое».
И в этот момент она заметила нечто странное. Это странное было чуть ниже и правее, на vip-месте, где загорали Буржуй с Агатой. Сам по себе факт рядовой: в руке Агата держала мобильный телефон. Навороченный, как и положено жене олигарха. Чутким ухом Марина услышала характерный щелчок: Агата сделала фото!
Со стороны можно было подумать, что стройная брюнетка в красном купальнике фотографирует паруса виднеющихся вдали яхт. Или живописные скалы. Марина сначала так и подумала, но, когда раздался второй характерный звук, внимательно пригляделась. Агата фотографировала Романову! Камеру она направила чуть вниз, на стоящих у воды женщин. Не на море и не на скалы. Не на паруса яхт. Этого никто не заметил, Агата сделала фото очень непринужденно и естественно. Здесь почти у каждого имелся с собой фотоаппарат. Но жене Буржуя необходим был именно снимок Анны! Интересно зачем? Марина хотела сказать об этом мужу, но потом вспомнила о своей обиде. Ее несколько раз назвали невнимательной, недалекой, не разбирающейся в людях, не…
«Не буду ничего ему говорить!» – решила она, косясь на Максима. В этот момент МУ ласточкой слетела в воду и поплыла, нет, полетела по воде к буйкам. Марина вновь завистливо вздохнула: красавица!
Максим лежал в шезлонге, густой бронзовый загар и солнцезащитные очки изменили его лицо почти до неузнаваемости. Он показался Марине таким далеким и чужим… «Он думает о женщине… Интересно о ком?»
Агата меж тем убрала в сумку телефон, и они с Буржуем пошли купаться. Марина так ни разу и не видела ее на пробежке, и в тренажерный зал Агата не заходила, но, будучи в купальнике, тренированное тело не скроешь. Прямая спина, развернутые плечи, а мускулы
«Кто она? И кто он? Этот пляж полон загадок! Какой-то театр на воде!»
Развязка пьесы пришлась на полдень. Народ потянулся с пляжа принять душ перед обедом и заодно аперитив. Кролики, как всегда, остались. Марина ожидала, что и Анна уйдет. В это время дня загорать не рекомендуется.
– Мы идем? – спросила она.
– Я, пожалуй, останусь, – сладко потянулась Романова. – Только перейду в тень.
– Анька, я глазам своим не верю! – воскликнула Марина. – А как же жесткое излучение?
– Мне надо поменять распорядок дня. И вообще менять его каждый день.
– Очень разумная мысль! Правда, Максим?
К удивлению Марины, муж ее не поддержал. Он вдруг занервничал.
– Вы хотите остаться, дамы?
– Да, а в чем дело?
– У меня тут одно дельце… – Максим замялся. – В общем, мне надо поговорить с Галочкой. Я веду расследование…
– Понятно, – насмешливо сказала Анна. – Конечно, иди к Галочке, а мы с Мариной останемся на пляже. Еще часик-другой можно позагорать.
– Вот и славно! – Максим вскочил. – Я оставлю свои вещи?
– Конечно! – кивнула Анна. Марина промолчала.
Когда муж ушел, Романова спросила:
– Эй! Что с тобой?
– Ничего.
– Что-то ты нервничаешь, подруга.
– Эта Галина… Галочка… Ну сколько можно с ней разговаривать?!
– А ведь я тебе сказала: мир – театр. Все играют. Представь себе на минуту, что ты – девушка на рецепции.
– Я?!
– Работа неблагодарная, – потянулась Анна. – Приезжают такие, как мы, или еще хуже. Богатые, без жилищных и материальных проблем, гнут пальцы. А ты вынуждена им угождать, в то время как они тебя за человека не считают. И каждый со своими претензиями.
– Да, нелегко.
– Сколько, по-твоему, это может продолжаться?
– Ну, если нет другого выхода…
– Почему же эта работа пользуется популярностью?
– Ты даешь, Анька! Море же тут!
– Осточертеет через неделю, – усмехнулась та.
– Деньги.
– Менеджерам в отелях не слишком-то много платят. И потом, работа сезонная. Этих денег должно хватить на полгода, до следующей весны.
– Зато можно увидеть много интересного, – не слишком уверенно сказала Марина. – Походить по музеям, по галереям. Посмотреть исторические памятники.
Романова рассмеялась:
– Чушь! А работа эта, моя милая, привлекательна тем, что можно встретить богатого мужчину, русского или иностранца, который возьмет замуж. В крайнем случае в содержанки. Они все – охотницы за кошельками, – уверенно сказала Анна.
– По себе судишь? – возмутилась Марина.
– Очнись! В каком мире ты живешь? Нормальных мужиков можно по пальцам пересчитать!
– Да что взять с Максима?
– Этот отель беднякам не по карману.
– Но мы же не за свои деньги сюда приехали!