Райский Град
Шрифт:
Как помнит читатель, обедом я пожертвовал ради написания мемуаров. Ну а после до вечера работал над сюжетом саги Магомедова. Потом, перекусив, отправился в бассейн. Его я посещаю после каждого рабочего дня, чтобы размять суставы, закостеневшие от долгого нахождения в сидячем положении… и т.д. и т.п., главное — не превращать эти записи в обыкновенное перечисление действий.
Сразу после тренировки я поехал на метро ужинать в свой любимый ресторан. Тот находится около станции «Обсерватория» в самом центре города. Выходишь из вагона, и в глаза бросается огромное столетнее здание научно-исследовательского инновационного центра
Я надеялся встретить в ресторане Катерину, поговорить с ней, всё объяснить… но, как уже говорил, она даже не посмотрела на меня.
Вышел из «Авеню» в половине девятого и побрёл по припорошенному снегом и странно безлюдному тротуару. Слева от меня на двухъярусной (один наземный, другой воздушный) трассе неслись электромобили. Их ужасные скорости совсем не пугали, ведь каждой машиной управляет искусственный интеллект. У него и реакция лучше, и знание правил движения по дороге шире. Иногда с ностальгией вспоминаю то время, когда мой чёрный Ford «1946» нёс меня в этом потоке. Да-а, теперь я работаю и зарабатываю слишком много, чтобы ездить по дорогам. Метро — вот, что диктует мне мой статус. Конечно, менее богатые горожане тоже могут воспользоваться общественным транспортом, и на них за это никто не глянет косо, но основная масса таких людей работает там, куда добираться удобнее именно на автомобиле.
Я не совсем верно описал «двухъярусную» трассу. На самом деле есть ещё третий ярус — так называемый «скорый». Он предназначен для спасателей, пожарных, полицейских, медслужбы. Используется крайне редко, было всего пара случаев, когда видел мчащуюся по нему машину.
Похоже, все эти описания я делаю исключительно для иногородних читателей. Но этого никак нельзя избежать, ведь моя повесть не будет целостной, если я пренебрегу такими деталями.
В этот раз я прошёл мимо подъёма на свою станцию, решив прогуляться до дома пешком. Навстречу мне начали попадаться парочки, проводящие тёплый зимний вечер на наряженных к празднику улицах Града. Я поглядывал на влюблённых из-под полей шляпы и улыбался, заражаясь их радостью. Одна из девушек, держа своего суженного под локоть, проходя мимо подмигнула мне, будто бы спросив: «Сэр, а почему вы один?» Я ответил ей лишь прикрытием век.
Со всех сторон доносились радостные возгласы и смех. До нового года осталось чуть меньше недели, и счастье буквально витало вокруг, подобно снежинкам.
Мой путь пролегал через Текутьевский бульвар. На бульваре было много гуляющих, всё молодые парочки. Центром их притяжения оказался памятник восседающему в кресле Текутьеву. Не его голову какой-то шутник водрузил красный тряпичный колпак. Похоже, здесь проводили конкурс на самый новогодний поцелуй.
Я проходил мимо карликовых ёлочек, ростом чуть выше моего. Их пышные ветви опутали гирлянды. Гирлянды сияли всеми возможными цветами, и это завораживало. Мне даже захотелось немного посмотреть на переливы красок, взрывы огней, вальс колора, и я присел на ближайшую лавочку.
До меня донеслась заводная мелодия, и кто-то звонко запел:
— И-и-и уносят меня, и уносят меня
В звенящую снежную даль
Три белых коня (эх!) три
Декабрь и Январь и Февраль!
(Л. Долина)
У дальней ёлочки я увидел странный силуэт. Силуэт, приплясывая, приближался. Сначала подумал, что это человек — заметил на его голове фетровую шляпу, — но скоро понял, что вижу бронзового андроида-дворника. Из динамика на месте его рта всё так же доносилась музыка и голос.
Движения андроида были почти что естественными — инструментом, похожим на метлу, он сметал снег с бордюра. На каждом «let it snow!» его задорно покачивало то в одну, то в другую сторону, отчего казалось, что он вместе со всеми горожанами тоже радуется наступающему празднику.
Подойдя ближе, андроид прекратил петь и обратил ко мне «лицо». Похоже, заметил, что я смотрю на него.
— Добрый вечер, сэр! — сказал он, взявшись свободной от метлы рукой за шляпу.
— И тебе не болеть! — кивнул я с усмешкой.
— Я не смогу заболеть, — проговорил андроид, как иностранец растягивая слова, — ведь у меня есть шляпа. — Он указал суставчатым пальцем на свою голову. — Её мне подарила молодая мисс.
Только теперь я заметил, что шляпа женская, и даже не женская, а девичья: сетчатая и с розовым бантиком на боку. Такие одевают лишь в жаркую погоду. Видимо, дворник носит её с самого лета.
— Надеюсь, я вам не мешаю? — спросил он, продолжая смотреть на меня окулярами, когда как его метла усердно работала.
— Никак нет, — ответил я. — Садись рядом, поговорим.
— Из-ви-ни-те, — произнёс андроид, — мне нужно выполнять свой трудовой долг. Всего хорошего!
— Счастливо! — рассмеялся я. — С наступающим!
Дворник, вновь запев чужим голосом, начал удаляться. Я проследил за ним взглядом, за его кокетливо скошенной шляпкой и вспомнил о вчерашнем подарке Петра в «Авеню». Стоит передарить ту белую шляпу этому весельчаку-работяге.
А снег всё шёл. Он падал на пустое место лавки, и когда его набралось много, я провёл ладонью и собрал крошечный снежок. Он почти сразу растаял, оставив на коже мокрый холод.
Да-а, такой чудесный вечер никак нельзя провести в одиночестве. Если бы Катерина была здесь… нет, не стоит и думать об этом. Ведь она — богиня. Та, за чью улыбку поклонники готовы на любое сумасбродство. Но почему же вчера она обратила внимание именно на меня? Я ведь не оказывал ей абсолютно никаких знаков внимания, кроме восхищённого взгляда… Тем горче осознавать, что наше свидание закончилось таким нелепым образом. Ах, чёрт, при одной лишь мысли об этом ушибленное место начинает пульсировать болью. Неужели пущенный со второго этажа бильярдный шар может своим ударом довести до обморока? Ни за что бы не поверил, если бы сам не…
Рядом раздались чьи-то шаги, но я не стал отвлекаться от размышлений и изучения собственных туфель. На их мысках медленно таяли снежинки. Я даже не сразу понял, что цокот каблуков принадлежит женским сапожкам.
Она явно шла к той самой лавке, где сидел мечтательный и романтичный, чуть припорошенный снегом Роман Снеговой. Ах, если бы он знал — если бы я знал, кого сейчас увижу!..
— Добрый вечер, Роман, — раздался её прекрасный голосок. — Вы не будете против, если я…
Я поднял голову и улыбнулся.