Райская сделка
Шрифт:
Гарнер Таунсенд отлично понимал иронию своего положения. И по полученному военному образованию, и по опыту он был гораздо более квалифицированным, чем большинство офицеров, принимающих участие в этой кампании. Но именно политические интриги и связи, к которым прибег его отец, чтобы дать ему возможность отличиться, привели его к сегодняшнему унизительному назначению. Став жертвой низменной классовой зависти Оливера Гаспара, он оказался вдали от театра военных действий и здесь, в этой глухомани, вряд ли мог проявить свои выдающиеся качества.
Но Таунсенды славились своем умением обращать себе на пользу,
— Майор! — донесся голос с вершины лесистого холма, расположенного справа. Скользя по засыпанному сухими опавшими листьями склону и отчаянно пытаясь удержать равновесие, к ним стремительно спускался толстый солдат в голубой форме.
Подняв руку, Таунсенд остановил колонну, знаком подозвал лейтенанта и вместе с ним выехал навстречу своему разведчику. Тяжело пыхтя, тому удалось затормозить как раз перед конем командира.
— Там драка! — Он никак не мог отдышаться и показывал пальцем себе за спину. — В лесу… в полумиле отсюда. Двое мужчин, может, больше, я не всех рассмотрел.
Майор легко соскочил с седла и не успел коснуться земли, как в голове у него уже созрел план действий.
— Брукс, вы остаетесь с колонной. — Он передал поводья лейтенанту и повесил треуголку на переднюю луку седла. — Я возьму Бенсона… Вас ведь зовут Бенсоном, верно? — Запыхавшийся разведчик кивнул. Таунсенд осмотрел колонну солдат, и его взгляд упал на грубое, словно высеченное из камня лицо сержанта Лексоулта. Он поманил его пальцем. — И сержанта. Я сам все проверю. Пока мы не выясним обстановку, не стоит допускать, чтобы мятежники видели весь наш отряд: это может их вспугнуть. — Он вытащил из седельной сумки пистоль и сунул его за пояс, отдав последний приказ младшему офицеру: — Будьте настороже, Брукс. Ну, показывайте дорогу, — приказал он разведчику и побежал за ним в лес.
Донесение пожилого разведчика было до смешного неопределенным — дерутся какие-то двое парней. Но по правде говоря, в данный момент Гарнер Таунсенд был рад любому предлогу слезть с лошади и приступить к каким-то действиям. Он уже давно невыносимо страдал от натертостей, приобретенных в седле за время этого долгого утомительного перехода, но гордость заставляла его скрывать свои мучения, и сейчас он горел желанием в жестокой схватке с врагом отвлечься от печальных размышлений и разочарования. Ему необходима была именно схватка, а не какая-нибудь дуэль с ее дурацкими правилами… «Разойдитесь на десять шагов… не проявляйте своих эмоций… повернитесь и стреляйте». Он жаждал нападения, сопротивления, борьбы и победы.
Они пробежали через лес, спустились с первого хребта и поднялись
Выждав несколько секунд, Таунсенд послал вперед сержанта и, пригибаясь, побежал рядом с ним к распластавшемуся на земле разведчику. Нервно ощупывая свой мушкет, Бенсон вытянул шею, нахмурился и поднялся на локтях.
— Где они? — шепотом спросил Таунсенд.
Бенсон повернулся к командиру со смущенным видом:
— Наверное, ушли, майор. Они должны быть где-то здесь, могу поклясться. Должно быть, пошли вон туда. — Он указал вниз, в лощину. — Может, они убежали…
Таунсенд буквально закипел от досады. Он пристально осмотрел лощину в поисках следов и различил потревоженный покров из опавших листьев, который вел ко дну лощины. Следы были слабые, но для его наметанного глаза достаточные, чтобы идти по ним.
— Мы их выследим. — Он приподнялся на колени и встал, махнув рукой, чтобы остальные следовали за ним. — Разойдитесь в стороны, но не выпускайте друг друга из виду. И как следует прислушивайтесь.
Они двинулись вперед, шорох листьев под ногами перекрывался шумом ветра в кронах деревьев. Пробираясь по ущелью со сведенными от напряжения мышцами и громко стучавшими сердцами, они то и дело останавливались за деревьями и прислушивались. Через несколько минут ветер донес до них первый, приглушенный звук, который тут же исчез. По знаку Таунсенда они с бесконечными предосторожностями тронулись с места, перебегая от дерева к дереву.
Голоса, вдруг понял Таунсенд. Сердитые голоса. Свара между преступниками, презрительно усмехнулся он, осторожно выглядывая из-за дерева и осматривая открывшийся перед ним пологий спуск.
Он увидел двоих мужчин, плохо различимых под рыхлым слоем недавно опавшей листвы, в который они зарылись, борясь друг с другом. Теперь уже можно было не прятаться.
— Взять их! — закричал Таунсенд.
Лексоулт добрался до дерущихся первым, размахивая мушкетом и приказывая прекратить драку. Но они так увлеклись своей борьбой, так кричали, выли и ревели, что голос сержанта потонул в этом шуме. Затормозивший на спуске рядом с сержантом Таунсенд возмутился тем, что его приказ еще не выполнен.
— Поднимите их, черт возьми!
Он схватил мушкет Лексоулта и сердито взмахнул им над головой. Бенсон и сержант схватили крупного парня, подмявшего под себя другого, и рывком поставили его на ноги. Молодой парень мощного сложения только теперь понял, что на него напали солдаты, и стал отчаянно вырываться.
— Пустите меня… черт!
Парень дрался отчаянно, выпуча глаза от ярости. Ему удалось вырваться из рук Бенсона, и он сразу занялся сержантом. Молотя того ручищей, он дергался и рвался, наконец оторвал от себя его руки, пошатываясь, отступил на шаг и тут же снова бросился на него, как медведь.