Райская птичка

Роум Маргарет

— Любишь достаточно сильно, чтобы выйти за меня замуж? — уточнил он.

У нее перехватило дыхание.

— Ты хочешь жениться? Но ты всегда говорил…

— Тогда я был дураком! Упрямым дураком, которого приводила в бешенство одна лишь мысль о свадебных кольцах. Теперь я знаю: если ты не станешь моей женой, моя жизнь потеряет всякий

смысл и будет лишена счастья. Позволь мне услышать, что ты выйдешь за меня, Линетт, любимая моя!

Он отчаянно сжал ее в объятиях, и она прошептала:

— О, с удовольствием, Луис, любимый!

Он ликующе засмеялся и поцеловал ее. Это был поцелуй вечной преданности, знак того, что теперь и она, Линетт, присоединилась к группе счастливых женщин, которые познали любовь властных, неистовых и верных мужчин из рода Эстевас.

Постепенно его поцелуи становились все более убедительными. Он шептал ласковые слова в короткие промежутки, когда их губы размыкались, чтобы в следующее мгновение слиться вновь. Луна милостливо смотрела на них, когда они целовались… и шептали… и растворялись в океане своей любви…

Только волны слышали, как позже он тихо сказал:

— Обожаю этот твой трюк — ты так восхитительно машешь длинными ресницами, ma petite!

Она пошевелилась в его объятиях и улыбнулась.

— Я заметил, что ты делаешь это всегда, если волнуешься, — задумчиво продолжал Луис. — Много раз, когда ты выводила меня из себя, я бывал полностью обезоружен, как только твои ресницы начинали трепетать, словно крылышки робкой маленькой птички, парящей в воздухе и готовой улететь.

Линетт в притворном удивлении вскинула брови:

— Когда это я выводила тебя из себя, Луис?

Маркиз — или пират? — мрачно нахмурился и крепче обнял ее, а она поняла, что есть события, о которых лучше не упоминать, пока время не залечит раны, потому что Луис действительно относится к этому слишком серьезно.

— Я с ума сходил, думая о том, что ты влюблена в этого

хлыща, месье Чемберса. Если он будет все еще на острове, когда мы вернемся, я поступлю с ним очень строго, слово даю. Но я почему-то уверен, что его там уже не окажется!

Линетт поспешила успокоить Луиса:

— Винс для меня ничего не значит и никогда не значил! Но я тоже была обижена твоей благосклонностью к прекрасной Клаудии.

Изумление в глазах Луиса само по себе было ответом, но еще больше утешили Линетт его слова:

— Клаудия? Но она всего лишь вдова моего старого друга! — Он засмеялся, а в следующее мгновение снова стал серьезным. — Пообещай мне, маленькая коноплянка, что ты никогда не улетишь от меня.

— Я останусь с тобой так долго, как ты сам этого захочешь, Луис. И мне не нужно ничего больше, только быть с тобой на Парадизе, на Райском острове. Твоя любовь подрезала мне крылья, я никогда не смогу улететь!

Луис наклонился к ней, синие глаза потемнели от переполнявших его чувств.

— Ты всегда будешь нужна мне, mon amour, — страстно прошептал он, — моя единственная любовь, моя райская птичка!

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.