Райская птица
Шрифт:
Вдоволь насмотревшись, Аня перевела курсор и стала перечитывать собранную на него информацию.
Основные сведения. Ален Филипп Блэккет, 63 года (ого, а ты хорошо выглядишь для своего возраста, - отметила она) родился в семье ветеринарного врача и школьной учительницы... учился... проживает... закончил Гарвардскую школу права. Служил в ВВС США. Возглавлял окружную прокуратуру, был помощником Федерального прокурора. Избран в Сенат, представляет свой штат уже 9 лет.
По результатам независимого исследования, в настоящее время лидирует в списке возможных кандидатов в президенты на очередных выборах. Республиканец, вступил
Вдовец, жена, Ханна (Энни) Блэккет, погибла в автомобильной аварии шесть лет назад. Детей нет.
Дополнительные сведения. В юности увлекался орнитологией. Ведет здоровый образ жизни. Из проблем со здоровьем - аритмия. Характеризуется как властный, жесткий, решительный, уверенный в себе человек. В порочных связях замечен не был.
Прочитав последнее предложение, Аня хихикнула. Затем перевела курсор наверх и снова посмотрела на его фотографии. В этот момент где-то под подушкой раздалась мелодия входящего звонка. Пошарив рукой, она достала телефон и, не глядя, нажала кнопку принятия вызова, сказав короткое "да".
– - Добрый вечер, Анна, - раздался в трубке глубокий низкий голос, - это Ален Блэккет.
– Добрый вечер, рада слышать вас, Сенатор Блэккет, - поприветствовала его Аня и, не понятно по какой причине, ее вдруг охватило трепетное волнение.
Но она быстро взяла себя в руки и игриво добавила:
– Не поверите, но я только что вас вспоминала.
Он подхватил ее тон и проговорил:
– Возможно, я почувствовал это, поэтому решил позвонить. А что, если это незримая энергетическая связь?
(Ах ты, сукин сын, - думала Аня, - Решил со мной по заигрывать, ну-ну...) А вслух произнесла другое:
– К сожалению, Сенатор, метафизика не мой конек, поэтому просто поверю вам на слово.
– Анна, зовите меня Ален. Вы еще не уехали домой?
– Нет, Ален, мы улетаем послезавтра утром.
– В таком случае, могу я пригласить вас завтра на обед?
– Смотря в какое время вы обедаете, - отшутилась она, - я смогу освободиться только после четырех дня.
– Отлично, значит, встретимся ровно в шесть. А что это будет: поздний обед или ранний ужин мы с вами решим на месте, а заодно обсудим вопросы метафизики. Я зайду за вами. Полагаю "Джеферсон"?
– уточнил он название отеля.
– Все верно, - подтвердила Аня.
– Тогда до встречи, Анна, - попрощался Блэккет.
– До встречи, Ален, - отозвалась она.
Аня отключила звонок и отложила телефон. "Черт, черт... какой у него все-таки потрясающий голос" пристукнула она кулачком подушку. Потом сказала самой себе:
– Так, дорогая, стоп! Тебе надо влюбить его в себя, а не наоборот.
Глубоко вздохнув, она снова взяла телефон и набрала Макса, сообщив ему:
– - Максим Сергеевич, не рассчитывайте завтра на меня после пяти часов, меня пригласили на обед.
Макс чуть присвистнул:
– Ты, птица моя райская, только не забудь послезавтра к самолету прилететь.
– Вот еще, - фыркнула Аня, - "руссо туристо - облико морале".
И повесила трубку.
– 7-
За окном из огненного ковра тысяч фонарей
Прошло шесть лет со времени той страшной аварии, которая унесла жизнь его дорогой жены. Он помнит все в мельчайших подробностях, как будто это случилось вчера. Был воскресный день, она отправилась за покупками, обещала быть дома уже к обеду. Но больше не вернулась. Вечером пришли полицейские: "Мистер Блэккет...". "Сенатор", поправил тогда он. "Сенатор Блэккет, нам очень жаль. В машину вашей жены врезался грузовик, его водитель был пьян. Мы его задержали. Тело вашей жены в Окружном морге". Вот тогда ему и поставили этот диагноз "аритмия".
Почему они с Энни не родили детей? Сначала казалось, что рано, еще можно немного подождать. А потом внезапно стало поздно, когда у Энни обнаружили хоть и доброкачественную, но опухоль.
Теперь него был только один "ребенок" - политика, которому он посвящал все свое время и всего себя. Даже не оставалось времени на женщин, да ему и не хотелось тратить на них свое время. Никто не мог заменить ему "его милую Энни". А эта русская вдруг что-то изменила в нем, что-то шевельнулось в его душе, как будто живой росток пробил толстый слой асфальта. Он вдруг ясно осознал, что Энни нет, ее не вернуть, но он-то сам жив. Анна Воронова его заинтересовала, она казалась такой светлой, такой искренней, ей хотелось верить. А еще она была Анной, даже ее имя напоминало ему имя его потерянной жены.
– 8-
Аня стояла перед зеркалом и не могла решить: заколоть волосы в прическу или распустить. Покрутившись, она решила все-таки оставить их распущенными, в конце концов, она идет на неформальную встречу. Поэтому позволила себе надеть любимое темно-зеленое платье, которое выгодно оттеняло цвет ее серых глаз, придавая им зеленоватый оттенок. Брызнула напоследок себя легкими ненавязчивыми духами, накинула пальто, закрыла номер и вызвала лифт.
Ален уже ждал ее внизу, в холле. При виде Ани, он поднялся из кресла ей навстречу. На нем было темное кашемировое пальто и синий шарф, небрежно обмотанный вокруг шеи. Он шел уверенной стремительной походкой, на губах играло что-то вроде полуулыбки.
– Анна, рад вас видеть! Вы восхитительны!
– он легко стиснул ее пальцы, но приложить к губам ее руку для поцелуя не решился.
(Почему-то в ее присутствии хочется совершать пошлые джентльменские штучки, - думал он про себя, - забавно, если бы я решил поцеловать руку какой-нибудь из наших когресменш или сенаторш, да они меня засудили за сексуальные домогательства).