Рай. Земля. Ад

Тихомирова Елена Владимировна

Наместник, как и обычно, сидел в кресле из бледной кожи, расположенном на постаменте и больше напоминавшем трон. Руки его отложили в сторону свиток, как если бы он не ожидал столь скорого визита подчинённой. Девушка слегка улыбнулась, и виконт позволил уголкам своих губ чуть приподняться на краткий миг. Вот и всё. Это значительно позже можно было бы не стесняясь целовать его тело, крепко обнимать в порыве страсти или просто вести неспешный разговор, сидя на коленях, играя с жёсткими прядями его чёрных волос… Но не раньше, чем он сам этого захотел бы. Сейчас позволительно, да и следовало лишь подойти к трём массивным ступеням, ведущим на постамент и подняться.

В этом кабинете Лея была

уже много раз, но она до сих пор внутренне содрогалась от вида стен. Казалось бы, разве могло что-либо пугать человека привыкшего к кошмарам Ада наяву? Да. Только не пугать уже. Просто это остатки всего человеческого в душе, что приходилось тщательно скрывать от беспощадного окружения, никак не могли успокоиться. А потому по-прежнему неприятно выглядели живые мумии, стискивающие белоснежные зубы на обсидиане ступеней. И не подойти было близко к стенам, выложенным чернёными человеческими черепами, в которых словно теплилась своя тёмная жизнь. Да и вид за окном мрачных вулканических гор, с которых непрерывно медленно стекала лава, собираясь в постепенно остывающие озёра, не мог стать родным.

Лея почти дошла до постамента, как виконт встал из-за своего рабочего стола, сделал несколько коротких шагов по направлению к ней и остановился. Это было необычно. Подходить к нему должна была всегда она, а сейчас они застыли друг напротив друга. Молодая женщина замерла в нерешительности недалеко от Кхоттажа — нового Кхала клана Рохжа, призванного охранять (а, по сути, выполнять различные поручения) Ал’Берита, ибо наместник не подавал никаких знаков, чтобы ей приблизиться. Более того, его лицо с тонкими чертами снова стало бесстрастной маской. Даже выразительные необычайно светлые зелёные глаза ни о чём не могли поведать. Это крайне настораживало. Демон не любил тратить своё время на перегляды. Возвращалось утреннее беспокойство. Но ожидать дальнейших событий долго не пришлось. Первый заместитель скорее почувствовала, чем услышала, как за её спиной открылась дверь.

«Значит, кто-то вошёл», — подумала она.

Оглянуться ненароком, чтобы проверить, не получалось, а если сделать это намеренно — выставило бы её не в лучшем свете. Поэтому Лея внутренне сжалась, сдерживая желание обернуться. Ведь даже шаги вошедшего были не слышны.

Может ощущения её обманывали?

Но нет. Наконец слух уловил лёгкий шорох ткани одежды от поклона. Голова девушки непроизвольно чуть повернулась в сторону звука, но она так ничего и не разглядела толком.

— Вот и вы! — спускаясь по ступеням навстречу вошедшему, доброжелательно, словно старому знакомому, произнёс Ал’Берит. — Очень рад вас видеть!

— Это взаимно, Ваше превосходительство.

— Тогда прежде, чем мы перейдём к намеченой беседе, позвольте представить вам моего первого заместителя госпожу Пелагею. Госпожа Пелагея, Его высокость барон Аворфис.

Лея поняла, что ей давали возможность удовлетворить своё любопытство и посмотреть на демона, который с самого утра занимал её мысли. Хотелось резко повернуться, но она сумела сдержать себя и сделала неторопливый полуоборот.

Гостем виконта оказался немолодой худощавый мужчина неуловимо похожий на итальянца, только с каштановыми волосами и бесстрастными серыми глазами, скрытыми за круглыми пенсне. Одет он был просто, но официально, напоминая сотрудника бухгалтерии начала двадцатого века, как их представляла себе молодая женщина. Абсолютно ничего примечательного.

Аворфис в свою очередь скучающе посмотрел на неё. Пожалуй, он мог с таким же выражением смотреть и на мебель. Она почувствовала себя странной девочкой, очутившейся в Зазеркалье. «Алиса это Пудинг, Пудинг это Алиса!» (1). Вот только бояться быть съеденной предстояло самой Лее.

(1)

Льюис Кэрролл. «Алиса в Зазеркалье».

— Рад нашему знакомству, госпожа Пелагея.

Демон чуть поклонился, и она ответила лёгким книксеном. Сказать, что внутри ощущалась радость или удовольствие от этой встречи было никак нельзя.

— Его высокость в скором времени займёт должность моего второго заместителя, — как о чём-то будничном и незначительном сказал Ал’Берит, обращаясь к Лее и заминая возникшую паузу. — Поэтому в эту встречу нам необходимо обсудить текущее состояние дел.

* * *

«Вот тебе и поддайся лени», — горестно подумала Лея, падая в изнеможении на своё рабочее кресло.

Голова разламывалась и ужасно болела. Сосредоточиться на чём-либо не предоставлялось возможным из-за обсуждения «текущего состояния дел», занявшего около половины рабочего дня. А толку то?… Если по своим обязанностям она по памяти (и так не самой замечательной) могла ещё что-либо рассказать, то остальные городские проблемы никогда и не волновали. Уйма информации, большая часть которой была абсолютно не понятна, отзывалась нудной пульсирующей болью в мозгу. Не пытаться запоминать в такой компании — было нельзя. Осознать — почти невозможно, а уж чтобы обсуждать, давая окончательно понять какая она дура… Так что почти весь разговор Лея молчала, пытаясь сохранить спокойное умное сосредоточенное выражение на лице, несмотря на беспросветную скуку и ощущение, что она была там абсолютно лишней. Внутренне молодая женщина также лелеяла надежду, что барон принял это молчание хотя бы за отголосок интеллекта. Мечтать о том, чтобы новый заместитель повелителя подумал, что его проверяли таким замысловатым образом на компетентность, совсем не приходилось. Более того, казалось, что Аворфису абсолютно всё равно, кто такая Лея, чем она занималась. Повелитель позвал — значит так было надо. Остальное неважно…

Девушка обречённо поставила локти на столешницу деревянного стола и положила на край ладоней потяжелевшую от новообретённых знаний и сомнений голову, кончиками пальцев массируя виски.

— И так. Когда отставка?

Непринуждённый и беззаботный голос демонессы откровенно не добавлял приятных ощущений. Словно та всё время пребывания госпожи у повелителя и не стояла на площадке возле двери в кабинет. Похожие чувства легко пережить, когда после бурно проведённой ночи на грандиозной вечеринке к вам приходит преисполненный оптимизма от начинающегося нового дня бодрый друг.

— И откуда у тебя такое зловредное воображение? — поинтересовалась девушка.

— Воображение, — возмутилась Дайна. — У меня просто богатый опыт!

— В таком случае, придётся его расширить до более светлых пределов. Ни о чём таком и речи не было. Зашёл Аворфис, и мы вместе обсуждали весь спектр обязанностей наместника и ситуацию по ним.

— А если конкретнее? — оживилась Дана, вытаскивая из-за уха перо, дабы сделать пометки на обратной стороне чьего-то свитка. Лея лишь жалобно посмотрела на ту и честно ответила:

— А демоны его разберут!

Разочарование Даны отчётливо читалось на её лице. Демонесса расстроено поправила косу, завитую в куколь, и, храня молчание, ушла в архив.

— Так барон Аворфис всё же станет заместителем Его превосходительства? — решила прояснить для себя Кхалисси клана Дагна.

— Да. Сегодня вечером объявят дату инициации.

— Значит опять ничего хорошего.

Дайна устало вздохнула и вполне по-человечески осунулась на миг. Но всего на мгновение. После чего, воодушевляясь, села на диванчик, вытянув ноги на поверхности маленького столика. Перед Леей вновь возникла её открытая улыбка, а в синих глазах засияла знакомая хитринка.