Рай для двоих

Спэнсер Кэтрин

— Миколас упоминал об этом. Кажется, он сказал, вы пишете для журнала.

— Верно.

Анджело улыбнулся совсем как волк из «Красной Шапочки».

— Расскажи мне об этом поподробнее. И о себе тоже, моя дорогая.

О, Анджело услышит многое! Но не сейчас, не в присутствии Микоса. То, что она собиралась сказать, было только для ушей этого мерзкого старика. Джина сомневалась, что Анджело Тайрос захочет поделиться этим с кем-либо, а тем более со своим протеже, который

уважает его и восхищается им.

— Знаете, чего бы мне хотелось, мистер Тайрос? — вымученно улыбаясь, сказала Джина.

— Скажи, и я постараюсь исполнить это желание.

— Я бы предпочла поговорить с вами наедине, если вы уделите мне время.

— Назови день, и я отвечу на все твои вопросы.

— О, когда вам удобно. Я свободна все ближайшие дни.

— Но не ночи, да? — Анджело заговорщицки кивнул в сторону Микоса. — Признаюсь, я заинтригован. Эта женщина должна быть особенной, если она заставляет тебя позабыть о работе.

— Я не забыл, — ответил Микос. — Ты же знаешь, что я никогда не смешиваю работу с личной жизнью… и наоборот.

— В этом случае, — ухмыльнулся Анджело, — я бы не стал винить тебя. Твоя девушка исключительная. И обладает исключительным вкусом. Я восхищен вашими украшениями, моя милая, — снова повернулся он к Джине. — Очень красивые. Как они к вам попали?

— Это колье принадлежало моей семье, переходя от поколения к поколению, — пробормотала Джина.

— Что-то вроде фамильной драгоценности?

— Нет, конечно. Едва ли можно так сказать.

— Я разбираюсь в старинных украшениях. И боюсь, я с тобой не согласен. — Анджело придвинул свой стул к Джининому. — Можно взглянуть поближе? — И прежде, чем Джина успела что-то сказать, ловким движением расстегнул застежку и взял колье в свои руки. — Да. Так я и думал. Редкая вещица, скажу я вам. Уникальная. Выпьем кофе?

Что-то странное промелькнуло во взгляде старика. И если от Джины не ускользнуло, что Анджело так резко сменил тему, то Микос, кажется, даже не заметил этого.

— Евхаристо,Анджело, но, если не возражаешь, я отвезу Джину домой. Она еще не привыкла к греческому времени.

— Что ж, не буду настаивать. Рад был познакомиться с тобой, дорогая. Надеюсь, ты хорошо провела время?

— Очень, — соврала Джина. — Спасибо, мистер Тайрос. Надеюсь, мы еще увидимся.

— Называй меня Анджело, — снова попросил старик, целуя Джине руку. — И мы еще увидимся. Можешь быть в этом уверена, моя дорогая. Адью!

По дороге домой Микос и Джина обсуждали вечер.

— Кажется, все прошло хорошо, — заключил Микос. — Ты очаровала Анджело. Я даже

приревновал тебя. Что ты о нем думаешь?

— Он… интересный. Но не показалось ли тебе, что в конце вечера ему не терпелось избавиться от нас.

— Он очень устает в последнее время. Случалось, что Анджело даже засыпал посередине собрания. Все это замечают. И обсуждают, сколько еще он протянет. Но у Анджело железная воля, и он не хочет уходить на пенсию. Он — босс. И пока жив, не собирается передавать бразды правления в чужие руки.

— Чужие — то есть твои? Ты — его наследник?

— Я стану президентом «Эсперуса» и главой совета директоров, но я не унаследую все. Да и не хочу.

— Почему?

— Судоходный бизнес не очень меня интересует и не в моей компетенции, кстати сказать.

— Чем ты занимаешься?

— Я — тот, кто обеспечивает безопасность. Чьи люди в темных костюмах неотступно и незаметно следуют за богатыми и знаменитыми. Я их тренирую. И сам обучен тому же.

— То есть ты глава службы телохранителей?

— В некотором роде. Анджело Тайрос — один из самых богатых людей на свете. И, конечно, ему нужно защищаться.

— От кого?

— От любого, кто захочет напасть. От тех, кто хочет легких денег. От многочисленных так называемых пропавших родственников, которых якобы нашли у стен Парфенона с запиской в корзине. Моя задача — не допустить, чтобы эти люди подобрались близко к Анджело.

— Опасная у тебя работа.

Микос пожал плечами.

— Мы живем в жестоком мире, Джина. Кто-то же должен усмирять всяких мерзавцев.

— Кто-то вроде тебя? Так ты личный телохранитель Анджело?

— Уже нет. Я глава его службы безопасности. Но если он будет нуждаться в моей непосредственной защите, то, разумеется, я не откажу.

— Его однажды похитили, так? Мужчину, сделавшего это, убили.

— Именно.

— Ты застрелил похитителя?

— Да.

— И вот откуда у тебя шрам на плече? — похолодела Джина.

— Верно.

— Тебя могли убить!

— Но не убили.

— Как ты можешь так легко говорить об этом?

— А разве ты боишься, что тебя собьет машина, всякий раз переходя дорогу?

— Это разные вещи. Я всегда осторожна и если поранюсь, то случайно. Чего нельзя сказать о тебе. Только представь, как будет трудно твоей жене, всякий раз отпуская тебя на работу, гадать, не останется ли она вдовой.

— Я знаю. Поэтому до сих пор не женат и у меня нет детей.

Джина ощутила, будто только что лишилась чего-то важного. Откуда взялось это чувство?

Она не хотела знать. Ответ был слишком волнующим.