Рай для бунтарки

Линдсей Джоанна

«Дорогой мистер Буркетт,

Мне доставляет величайшее удовольствие сообщить Вам добрые новости вскоре после получения Вашего письма. Вы наняли меня, чтобы я нашел Сэмьюэла Барроуза, который девятнадцать лет назад посетил Ваш отдаленный остров. Я это сделал.

В соответствии с Вашими инструкциями, я начал поиски со своего родного города Бостона и без труда отыскал этого человека, так как он оказался весьма уважаемым и видным членом бостонского общества. Он проживает на Бикон-стрит, в элитном жилом районе Бэк-бей. Его состояние возникло из многих источников. Однако главные интересы сосредоточены в судостроительной компании, одной

из самый крупных в штате Массачусетс.

У меня нет никаких сомнений, что это тот самый Сэмьюэл Барроуз, которого вы хотели разыскать. Если я смогу каким-то образом послужить вам в дальнейшем, с радостью это сделаю.

Всегда к вашим услугам,

Нэд Догерти»

Джаред сунул письмо в карман своего белого тропического сюртука, как раз когда карета остановилась на Форт-стрит. Он поднял голову и оглядел старое двухэтажное здание розового цвета, которое давно нуждалось в покраске. Но оно выглядело ничуть не хуже других зданий, выстроившихся вдоль улицы этого старого района города.

Контора Эдмонда Буркетта находилась на втором этаже, и Джаред начал медленно подниматься по лестнице, заранее содрогаясь от предстоящей встречи. Между дядей и племянником не было любви. Сколько Джаред себя помнил, дядя чурался их семьи. Хотя они жили меньше чем в миле друг от друга, впервые он увидел Эдмонда Буркетта, когда ему исполнилось семь лет. Ему была известна причина, почему дядя отказывался поддерживать отношения со своими родственниками на острове. Дело было в матери Джареда.

Эдмонд не мог привыкнуть к смешанным бракам, которые заключались на островах. Человек строгих правил и богатых предрассудков, он так и не простил Родни женитьбу на женщине с гавайской кровью, пусть даже этой крови в избраннице брата было совсем немного. Нелюбовь к Ранелле распространилась и на ее детей, в особенности на Джареда, потому что мальчик гордился своими корнями. И хотя братья помирились после смерти Ранелле, тем не менее Эдмонд отказывался общаться с ее детьми. Джаред и Малия испытывали к нему такую же враждебность.

Однако теперь Джаред стал полноправным партнером Эдмонда в кредитной компании и был вынужден контактировать с ним. И дядя, и племянник изо всех сил старались поддерживать видимость добрых отношений. На самом деле Джареду доставляло какое-то особенное удовольствие демонстрировать преувеличенное дружелюбие, понимая при этом, как это раздражает грубого и неприветливого дядю.

Секретарша Эдмонда ослепительно улыбнулась Джареду, когда он вошел в приемную. Джейн Диринг – незамужняя молодая женщина – недавно переехала из Нью-Йорка. У нее было особое отношение к Джареду Буркетту. Благодаря своей красоте и необычной смуглой коже он вскружил не одну голову. Его светло-голубые глаза резко контрастировали с черными волосами. Джаред был высок – шесть футов два дюйма, с сильным телом атлета. Джейн, как, впрочем, и большинство других женщин, завидовала Дайне Каллан, которую он часто сопровождал на людях. Дайна и Джаред дружили с детства и, по общему мнению, рано или поздно должны были пожениться. Но женщины острова пока не были готовы сдаться и без боя отступиться от Джареда. Джейн Диринг – тоже.

– Мистер Буркетт! – глаза Джейн сияли. – Как приятно видеть вас!

Ее интерес к нему был вполне очевиден, и Джаред почувствовал себя неловко.

– Мой дядя у себя, мисс Диринг?

– Да, но в данный момент он занят с мистером Карлстедом. Бедняга пришел попросить об отсрочке выплат по кредиту. Табак у него в этом году не уродился.

Джаред нахмурился. Ллойд

Карлстед был шведом, у него была добродушная пухленькая жена и множество детей. Их небольшая ферма давала мало средств к существованию, но располагалась на прекрасном участке очень близко к городу. Джаред понимал, что дядька наверняка заинтересован в этой земле. И наверняка не продлит кредит.

Все хорошо знали, что Буркетты придерживаются разных точек зрения на то, как вести дела в кредитной компании. Однако Джаред передал управление Эдмонду, так как у него имелись еще и другие коммерческие интересы. Кроме того, было бы не очень удобно заступаться за кого-то, кого захотел обанкротить Эдмондов, потому что главным аргументом дядьки в их спорах было: «Либо ты посвящаешь все свое время компании, либо продаешь ее мне, а нет – полностью соглашайся с моими решениями!»

Уже вскоре Ллойд Карлстед выскочил из кабинета Эдмонда с крепко сжатыми кулаками и с красным, как свекла, лицом. Он миновал Джареда, даже не увидев его, и бросился вниз по внешней лестнице. Джаред стиснул зубы. Бедняга, должно быть, просто уничтожен, и все из-за единственной ошибки – не стоило ему обращаться за кредитом к Эдмонду Буркетту.

Однако Джаред не мог себе позволить устраивать сегодня сражения из-за кого-то. Сейчас ему требовалось дядькино содействие и, возможно, какие-то деньги, хотя он не станет их просить. Еще он понадеялся, что Ллойду Карлстеду все-таки кто-нибудь поможет.

– Я зайду, мисс Диринг? – беззаботно спросил Джаред. – Обо мне можно не оповещать.

– Конечно, мистер Буркетт. Я уверена, ваш дядя обрадуется вам.

На это Джаред только улыбнулся. Мисс Диринг и в самом деле была рада услужить. Пожалуй, надо будет как-нибудь сводить ее поужинать. Пусть сама увидит, насколько это безнадежно – стараться сделать ему приятное. Тогда она развернется на сто восемьдесят градусов и убежит прочь. Для нее это будет лучше всего.

Джаред решительно вошел в дядин прохладный кабинет и закрыл за собой дверь. Здесь действительно было приятно находиться – окна по обеим сторонам просторной комнаты были распахнуты на две стороны, а над головой крутились лопасти вентилятора. Эдмонд любил демонстрировать свое богатство, и его кабинет предоставлял ему такую возможность. Удивительно, но плюшевые кресла и толстый ковер на полу тоже казались наполненными прохладой.

– Как идет бизнес, дядюшка? – начал Джаред. И в ответ получил самодовольную ухмылку.

– Хорошо, все прекрасно. Я слышал, что и у тебя дела идут тоже неплохо, – оживленно заговорил Эдмонд и указал племяннику на кресло по другую сторону письменного стола. – Контракт на новый отель в Вайкики – просто отличная сделка. Я всегда уговаривал Родни заняться строительством гостиниц, но он не отвечал на вызов и предпочитал связываться с домами и небольшими магазинами. Но таким способом имени не заработаешь.

– Вообще-то я не поэтому занялся отелем. – Выражение светло-голубых глаз Джареда было невозможно понять. – Его строительство даст много работы моим людям на продолжительное время.

– Ну, разумеется. Они быстро обленятся, если ты не займешь их делом.

– Совсем нет, – холодно возразил Джаред. – У меня никогда не было с ними таких проблем.

– Тогда ты более удачлив, чем все мы. – Эдмонд насмешливо улыбнулся.

Джаред не собирался с ним спорить. Вера в то, что гавайцы поголовно ленивые неумехи, глубоко укоренилась в его родственнике. И ничто не могло переубедить его в этом.

– Так что привело тебя сюда, Джаред? – поинтересовался Эдмонд. – Что-нибудь важное?