Равновесие
Шрифт:
И опять-таки буквально пара шагов - Игорь едва успел подхватить Дмитрия, у которого подломились ноги. Лена рванула к ним - поддержать Дмитрия под локоть с другой стороны. Тася - за нею, с предупреждением:
– Только в круг не заходи!
Они проволокли Дмитрия между бесконтактниками к кругу, где его, согнувшегося, вздрагивающего, как от невидимых ударов, и продолжающего плевать кровью, принял сначала Володя - с искажённым от мучительного сочувствия лицом, а потом - деловитый Саша, которому немедленно помог Влад.
Оглядевшись,
Немного испуганная стремительно сменяющимися событиями, Лена увидела, что в кругу Дмитрия подхватили - уже падающим. Мужчины осторожно, придерживая ему голову, положили его прямо на асфальт, и девушка, сама того не замечая, выдохнула: конец августа - пока тепло, а значит - полежит без страха заболеть. Но что с Дмитрием?
Руки-ноги Дмитрия медленно словно опали, расслабившись. Рядом с ним уселся на колени Саша, вытер ему лицо от крови и приподнял руки лежащего за запястья. Подкачивает силой?.. Остальные трое: Алексеич, Влад и Володя - только смотрели и время от времени... оглядывались? Как будто ждали, что вот-вот произойдёт ещё кое-что необычное и страшное.
Лена выдохнула. Кажется, с Дмитрием больше ничего не происходит. А что было-то? Почему она ничего не уловила? Никакого приближения агрессии не прочувствовала! И вообще... Дико как-то все эти лихорадочные действия в течение секунд смотрелись, когда фоном - безмятежный солнечный день... Не поднимая головы, Дмитрий что-то прошептал. Трое, стоящих рядом, резко развернулись к нему.
...
– Почему ты не предупредил меня?
"Откуда мне знать?
– угрюмо спросил "бессмертный".
– Они могут приходить неожиданно. Забыл, как это было в первый раз?"
Бродяга устало зажмурился: ослепительный свет, бьющий в избу через дверной проём с сорванной дверью, он помнил в подробностях.
Тело уже не болело, и не осталось впечатления, что из него пытаются выбить дух. Бродяга чувствовал, что его держат за руки, вливая здоровые ощущения. Но открывать глаза не хотелось.
"Открой глаза, - посоветовал "бессмертный", внезапно приободрившийся.
– Тут тебе такую защиту придумали, что боги добраться до нас не могут. Хм... Я и правда не думал, что твои защитники могут быть такими сильными".
Осторожно открыв глаза и тут же отвернувшись в сторону от ярких лучей солнца, бродяга напрягся. Саша, сидевший рядом на коленях, придержал его за спину и помог сесть. Ничего не понимая: неужели "бессмертный" прав - и он в безопасности?
– Дмитрий обнаружил, что его перетащили в те самые двойные круги, которые чертили Влад и Володя на старой заброшенной дороге.
– Как себя чувствуешь?
– спросил, наклонившись, Алексеич.
– Нормально, - прошептал он.
– Тебя больше не бьют?
– Они называют это "наказывать", - растянул он в усмешке сухие губы и поморщился. Пока лежал, струйка крови заползла за ухо, чего Саша не заметил и не
– Такие прямолинейные, - скептически пробормотал Алексеич и велел: - Вставай. Сейчас с этими типами поговорим.
Дмитрия подняли легко, потому что он, остерегаясь сначала, всё же уверился, что не чувствует ни боли, ни ушибов. Наконец он утвердился на ногах, получил салфетки самостоятельно вытереть остатки крови на лице. И выдохнул, неуверенно улыбаясь.
– Счастье твоё - увы!
– долгим не будет, - предупредил Алексеич.
– Сейчас мы сделаем небольшой проём для твоих богов. Возможно, они ещё не поняли - и могут снова ударить тебя. Понял? Но мы рядом. Залатаем. Положись на это. Приготовься. Готов? Открываю часть защиты. Тебе надо будет смотреть мне в глаза и сказать только одно слово: "Поговорить!" Не отводи глаз от меня, понял?
"Наивные..." - вздохнул "бессмертный".
– А вдруг получится?
– с надеждой прошептал бродяга. И поднял глаза на Алексеича: - Открывайте.
Затаив дыхание и напрягшись в ожидании неминуемой боли, бродяга смотрел в глаза Алексеича. Тот положил руку на его плечо и предупредил:
– По кивку.
Бродяга приготовился - и выпалил:
– Поговорить!
Показалось или нет, что его лишь опахнуло чем-то ледяным, совсем не похожим на недавний тёплый ветер, который то и дело появлялся с ароматами из леска с другой стороны заброшенной дороги?.. Замер, пытаясь сообразить, чего добивается Алексеич, хотя подсознательно уже понял; но так хотелось выразить в словах, чтобы успокоиться!
Алексеич продолжал смотреть ему в глаза, и бродяга понял, что лучше не опускать своих. Одновременно тот продолжал держать руку на его плече. И вдруг сказал:
– Да, это мы.
Бродяга окаменел, сообразив, что Алексеич говорит с богами.
– Мы уже поняли, что происходит. Эти ваши вселенцы... Они разучились брать силу - так? В телах людей они учатся заново напитываться энергией мира... Я же говорил, что мы всё поняли правильно.
Он замолчал, глядя бродяге в глаза, но у Дмитрия появилось отчётливое впечатление, что он видит отнюдь не его глаза. Молчание длилось недолго.
– Нет. Я понимаю вашу поспешность. Но вы уверены, что с поспешным внедрением вы не дадите промашку? Мне кажется, есть возможность подселения ваших энергетиков в более мягком виде. Без жестокости по отношению к посреднику, с помощью которого вы вводите своих в наших людей. Он ведь тоже не железный. А если в следующий раз вы просто-напросто потеряете его? Человеческое тело, в отличие от духа, весьма хрупко.
Снова пауза, в течение которой, наблюдая за слепыми глазами Алексеича, бродяга понял, что боги, кажется, не просто возражают, но и угрожают. Несмотря на общий вид ослепших во внимании к кому-то невидимому глаз хозяина поместья, уловилось в их выражении насмешка - эмоциональное движение сильного человека.