Растопив лед недоверия...
Шрифт:
– Но он делал то, что считал нужным и правильным, – твердо ответил Джозеф. – Он жил так, как хотел жить.
Мария глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Нет, у нее не может быть ничего общего с шерифом Джозефом Робертсом, с которым она сидела рядом в машине по дороге домой.
– Сейчас Сэм у своего друга. Если вы подвезете меня к их дому, я вас больше не побеспокою, – сухо произнесла она.
Джозеф вздохнул.
– Куда ехать?
Она указала в направлении старой проселочной дороги, ведущей к большому дому.
– Отсюда
– Я могу отвезти вас обоих домой, – предложил он, уже зная, что она откажется. Ее взгляд был достаточно холодным, чтобы его душа покрылась толстой коркой льда.
– Еще раз спасибо. До свидания, шериф.
– Подумайте насчет работы, – сказал он ей вдогонку. – Из всех жителей Голд-Спрингс вы больше всего подходите на эту должность.
Она остановилась и повернулась к нему.
– Не забудьте поместить объявление в газету, шериф. Вы обязательно найдете кого-нибудь, кто захочет на вас работать.
Ему захотелось удариться лбом о руль, но он взял себя в руки, успокоился и медленно вырулил на дорогу.
Сходство между ним и Джошем Лайтнером заканчивалось тем, что оба они работали в полиции. Джош, по словам Марии, мог очаровать даже птиц на деревьях. У Джозефа, похоже, не было такого таланта…
Скорее всего, это к лучшему, решил он.
Мария была живым призраком Рейчел. Именно такой стала бы она, если бы с Джозефом что-то случилось. Общаться с ней было все равно что смотреть в плохое мутное зеркало на свое собственное прошлое. Ему не нужны были эти воспоминания, и эта горечь. Особенно сейчас, когда он пытается начать новую жизнь.
Подготовка к празднованию Дня основания шла полным ходом. Казалось, что все жители в Голд-Спрингс были поглощены уборкой и украшением города.
Шериф Робертс и его помощники разбирались с пьяными водителями, занимались бытовыми драками. Комиссия предоставила в их распоряжение еще одну машину. Теперь полицейские прибывали по вызову гораздо быстрее, а по ночам патрулировали улицы. Граждане почувствовали себя гораздо спокойнее, видя около своих домов людей в форме.
Семья Лайтнер затихла и ничем не проявляла своих прежних намерений, только сторонилась шерифа и его людей.
По воскресеньям Мария и Сэм обедали в их помпезном доме. Сэм был их единственным внуком, и Анна Лайтнер, несмотря на все презрение к его матери, обожала мальчика.
– Как твои дела, Мария? – спросил Джоэл Лайтнер, пока его жена была на кухне, а сыновья, Томми и Рикки, после обеда ушли по своим делам.
– Неплохо, спасибо, – ответила она. – В этом году был хороший урожай.
– Я слышал, у тебя сломался грузовик, – сказал Джоэл, стараясь предложить свою помощь как можно деликатнее. – Ты знай, если мы можем чем-то помочь…
– Твой друг шериф наделал много шума, как мы и опасались, –
– Анна, – муж попытался замять конфликт, но она уставилась на него тяжелым свинцовым взглядом и продолжала:
– Он не знает границ, не понимает, где кончается его дело и начинается не его.
Мария взглянула на сына, который с удовольствием ел мороженое.
– Анна, мне кажется, что Джозеф Робертс делает то, что считает правильным. Так же, как Джош. Ты хочешь сказать, что и он был не прав? – Мария вздрогнула под уничтожающим взглядом Анны Лайтнер.
– Я хочу сказать, что городу не станет лучше, если всякие чужаки начнут приезжать и устанавливать здесь свои порядки.
Твоему другу шерифу лучше поменьше вмешиваться в нашу жизнь, иначе ему придется объясняться насчет его собственной…
Мария уже хотела сказать, что он не «ее друг шериф», но прикусила язык, подумав, что Анне удалось отыскать какой-то темный факт в его биографии.
Они собирались уходить, когда появился Томми и предложил отвезти их домой.
Мария на минуту заколебалась. Ее деверь после смерти Джоша частенько распускал руки, когда они оставались одни. Но сейчас она отбросила сомнения, решив, что Томми не будет к ней приставать в присутствии Сэма.
Томми лихо развернулся, выехал на шоссе и, включив большую скорость, помчался вперед.
– Прошу тебя, не гони так, – строго сказала Мария.
Сэм повернулся к ней и нахмурился.
– За нами едет полицейская машина. Как ты думаешь, мам, вдруг это Джозеф?
Мария мельком взглянула назад и опустила голову на руки.
Голубые огни на новенькой патрульной машине были включены, прозвучала сирена, давая им сигнал остановиться.
Томми притормозил у обочины, глядя в зеркальце на Марию так, будто она была виновата в этом.
– Права и документы на машину, пожалуйста, – настойчиво сказал подошедший новый помощник шерифа.
– В чем дело? – лениво осведомился Томми.
– Вы превысили скорость, сэр. Могу я посмотреть ваши права?
Видно было, что Томми не на шутку разозлился, но все же протянул ему права.
– Я не превышал скорости. Помощник шерифа внимательно рассмотрел права.
– Вы, очевидно, не осознавали, насколько быстро ехали, мистер Лайтнер.
– На этой дороге нет знаков, запрещающих скорость, – возразил Томми.
– От вашего дома до этого перекрестка стоит целых два знака, ограничивающих скорость до сорока пяти миль, мистер Лайтнер. А прибор показал, что вы ехали со скоростью никак не меньше шестидесяти.
– Вы можете выкинуть… свой прибор. – Томми рассмеялся и оглянулся на Марию, чтобы понять, оценила ли она его шутку.
Но у полицейского на этот счет было свое мнение.
– Если вы пройдете со мной к полицейской машине, мистер Лайтнер…
– Вы же не собираетесь выписывать мне штраф? – недоверчиво спросил Томми.