Расстрелять!
Шрифт:
«Ч-т-о ж т-ы с-п-и-ш-ь, с-о-б-а-к-а, т-ы ж г-е-р-м-а-н-с-к-и-й к-о-н-ь… – между прочим, из германского героического эпоса». – «А из японского можешь?» – «Могу: Ч-т-о ж т-ы с-п-и-ш-ь, с-о-б-а-к-а, т-ы ж я-п-о-н-с-к-и-й к-о-н-ь…»
– …Великое, старина, – это простое… Простое, старина, – это плоское… Великое – это плоское, старина…
– Ты мешаешь мне правильно реагировать на те порции света и тепла, которые исходят от солнца лично для меня…
– Ты знаешь, какая самая первая самцовская
– ?
– Метить территорию. О-собыми выделениями о-собой тер-рриториальной железы… Выходишь… ежедневно и… метишь…
– И последнее, товарищи! Так, с хвостов, встаньте в каре. И последнее. Командующий требует спокойствия и выдержки. В ходе инспекции десять человек сымитировали повешение. Трое доимитировались до того, что повесились…
– Ну как ваш новый зам?
– Видишь ли, Шура, в детстве его так сильно напугали «бабайкой», что ещё с колыбели в ответ на «Коза идет, коза идет» он научился приставлять ладонь торцом к переносице.
– Наберут трусов на флот, а потом хотят, чтоб они умирали гер-роями…
Цок, цок, цок.
– Доложите в центральный: прибыл гражданский специалист к радистам.
– Цэнтралный. Прышол дэвишка, хочет радыстов.
– Я не девушка, я гражданский специалист. К радистам.
– Цэнтралный… ана нэ дэвишка… ана хочет радыстов.
– В пять утра прибыть в казарму!
– Мда-а…
– Не успели с моря приплыть – на тебе…
– Сейчас почти час, в два – дома, в три – на жене, в пять – в казарме…
– Вот они, пассаты, дующие в лицо…
– Мама моя, лучше б я назад в море ушел или в говно упал.
– Страна ты моя Дуремария…
– Вы что-то сказали или мне показалось?
– Вам показалось…
– Ночь. Везде темно. И только в Стране Дураков загорался свет…
– А в Абрам-мысе водку по прописке продают…
– Иди ты! А где её берут?
– Кого? Водку?
– Нет, прописку…
– Внимание, товарищи! Командующий флотом объявил оргпериод флоту! С сегодняшнего дня – якорный режим. Сход запрещен. Экипаж на борту. Сходню сбросить!
– Мать моя женщина, опять семья на якорном режиме…
– Жалуйтесь. В лигу защиты сексуальных реформ…
– Никак не пойму, это что – домой сегодня не пустят?
– Плохо быть деревянным…
– Не-ет, флотом управляют двоечники…
– Вы хотите сказать, что командующий флотом – двоечник?
– А разве командующий флотом управляет флотом?..
– А мне ещё двенадцать лет вот так просидеть на оргпериоде – н все!
– Помрешь, что ли?
– Пенсия…
– А-а…
– А американцы вообще говорят: «Войну им объявим, но не начнем. Они себя сами задолбают оргпериодами…»
Крыса попалась в петлю. Её повесили в боевой рубке с биркой: «Повесилась
– Я вас категорически приветствую. Прошу разрешения подержаться за вашу мужественную руку. Как ваше драгоценное для флота здоровье?
– Безнадежно здоров. Годен только к службе на подводных лодках. Место службы изменить нельзя. У нас нет оснований для беспокойств и переводов. А списывают с плавсостава теперь по двум статьям: трупные пятна и прободение матки.
– Ну с маткой, я думаю, у нас все в порядке.
– Слушай, что это за козёл ходил с вами море удобрять?
– Из института. Мы с ним три вахты проговорили. Я думал, он серьезный мужик, а он кандидатскую пишет…
– «Есть», «так точно», «никак нет» и «ура!» – четыре слова, отпущенных военнослужащему. Как из них сделать кандидатскую диссертацию? Не понимаю…
– Мужики, слушайте, что пишут в нашей любимой газете, удивительное рядом, докладываю близко к тексту: «Крейсер. Ночь. Корабль спит. Устало дышат кубрики. Затихли орудийные стволы. Легкий бриз. Лишь одно окно освещено. Это окно замполита. Стук в дверь. На пороге – старшина трюмный, старшина первой статьи Перфильев.
– Разрешите, товарищ капитан третьего ранга?
– Проходи, проходи… Перфильев…
– Вот, задумка есть, товарищ капитан второго ранга, как бы мне вывести свою команду в отличные?.. – и ещё долго-долго не тушился свет в каюте замполита».
– Во дают, растудыт её в качель… живут же люди… к замполиту тянутся…
– А наш хрючит по ночам, как трофейная лошадь, аж занавески развеваются…
– Почему у вас начштаба зовут Бамбуком?
– Потому что деревянный и растет быстро.
– Факт, как говорится, на лице; я не хочу, чтоб он был у вас на лице.
– Я сейчас соберу узкий круг ограниченных людей; опираясь на них, разберусь как следует и накажу кого попало.
– Я теперь, порой, иногда даже думаю с ошибками.
– Если нет мозгов, бери блокнот и записывай! Я всегда так делаю.
– Я вчера в первый раз в жизни подумал, осмотрелся, осмотрелся, взглянул на жизнь трезво и ужаснулся.
– Поймите вы, созерцательное отношение к жизни нам чуждо, чуждо… Этим занимались древние греки… и хрен с ними.
– Товарищ командир, прошу разрешения быть свободным.
– Вас освободила Великая Октябрьская революция.
– Товарищ командир, прошу разрешения на сход с корабля.
– А зачем?
– К жене.
– Дети есть?
– Двое.
– Остальное – разврат!
– Пачему бревно плавает?!
Командир дивизии уставился в распорядительного дежурного (вахтенные, собаки, проворонили; чёрт, как он возник, неизвестно).