Расставания, встречи...
Шрифт:
Элли сжала зубы и попыталась справиться с раздражением от такой нечестной игры. Ей вспомнилось что-то о бессознательном детском эгоизме и умении манипулировать родителями. Кроме того, ей и самой очень хотелось в Париж. Может быть, даже больше, чем Чарли…
– Золотко, я попытаюсь свозить тебя туда в другой раз. Может быть, вместе с Венди и Линдой.
– Но с Беном будет так весело!
– Я не уверена, что он еще хочет с нами ехать. – И Элли взглянула на него в первый раз после того, как их прервали. Она безмолвно просила о помощи, но выражение его лица
– Бен… – Голос ее слегка дрожал. Теперь Элли была уверена, что Королевский шекспировский театр потерял настоящий талант в ее лице. – Бен, ты ведь все еще хочешь, чтобы мы поехали с тобой в Диснейленд, правда?
Мгновение он смотрел на ее исполненное надежды личико и наконец рассмеялся.
– Как бы мне хотелось, чтобы все женщины были так же кротки и сговорчивы, как ты, Чарли Осборн. – Он приподнял бровь. – Некоторые из них ворчливы и упрямы.
Элли уже не реагировала – бесконечные споры вконец измотали ее, и она даже не удивилась, когда услышала свой голос, признающий полное поражение.
К тому времени, когда они прибыли в Париж, Элли твердо решила выбросить из головы все заботы и наслаждаться отдыхом. А иначе какой смысл был приезжать сюда? Пусть все будет так, будто она поехала отдыхать на несколько дней с друзьями – например, с Дэвидом Мериманом и его сестрой Лиз… Впрочем, вряд ли Дэвида можно было поставить рядом с Беном Конгривом…
А Бен Конгрив во время поездки был мил и безобиден. Как будто единственным его желанием было порадовать ее дочку, и ничего больше. Хорошо конечно, провести денек на частном привилегированном пляже на побережье, но в то же время трудно не поддаться некоторой скуке, глядя, как эти двое заняты друг другом. И как близки они становятся. Да, трудно будет собрать вновь по кусочкам сломанную жизнь, когда великолепный Бен упорхнет в свои Штаты! Рано или поздно он поймет, что не получит желаемого, и исчезнет. А пока он за все платит. Именно это он и заслужил.
Отель, в котором они остановились, был одним из самых дорогих и престижных в Париже. Оглядывая фойе, Элли была поражена роскошью и обилием позолоты. На Чарли это великолепие тоже произвело огромное впечатление. Она вдруг перестала щебетать, замолчала и прижалась к матери, не отпуская ее руку, пока они не вошли в лифт, чтобы подняться в номер.
А номер у них с Чарли был потрясающим: огромные двуспальные кровати, гостиная с несколькими диванами и креслами со светлой обивкой, большая ванная и шкафы, в которых их небольшой запас одежды просто потерялся.
– Я приду за вами… – Бен взглянул на часы. – Получаса будет достаточно? Мы можем поесть внизу в ресторане, а потом отправиться в Диснейленд. Или, если ты предпочитаешь, – он улыбнулся Элли через головку девочки, – мы могли бы поесть прямо там.
Чарли в недоумении оглядела их лица.
– Я хочу прямо там, а ты, мам?
– Думаю, ты права. – Улыбка Элли была веселой и искренней. Она наклонилась
– Хорошо. Ты знаешь, что я в триста втором номере – этажом выше?
Через полчаса они встретили Бена на эскалаторе, уже спускаясь вниз. Он окинул ее взглядом, от которого сердце у нее забилось немного быстрее, а дыхание участилось. Элли была рада, когда его внимание переключилось на Чарли.
– Я и не знал, что буду иметь честь сопровождать близнецов.
– Хи-хи! – Маленькая кокетка, зардевшись потупилась, глядя на синий шелковый кардиган, выпущенный поверх брюк. Кардиган был такой же, как у матери, только меньшего размера. – Мы совсем даже не близнецы, Бен. Но маме очень идет этот цвет, правда?
– Я бы не смог предложить что-нибудь лучше. – И затем, как будто получив разрешение, Конгрив решил развернуться, как следует. – Думаю, цвет составляет превосходный контраст с волосами. Но… – Бен принял заговорщический вид и подмигнул Чарли. – На самом деле я всегда считал, что твоя мама выглядит потрясающе, что бы ни надела. А знаешь что? – Он понизил голос. – Ей не нравится, когда так говорят.
К счастью, они уже приехали на первый этаж, и разговор оборвался.
Сегодня Элли решила сделать яркий макияж – в конце концов, это Париж! Она подвела глаза, темной тушью накрасила длинные, загнутые ресницы, коснулась полных губ перламутровой блестящей помадой… Элли уже побаивалась следующего заявления Бена.
Она посмотрела в зеркало: высокая стройная женщина, рядом – милая маленькая девочка, похожая на мать, и мужчина, высокий, с темными волосами и хорошей осанкой, широкоплечий, сильный, уверенный в себе. Она и не заметила, как они с Беном превратились в настоящих актеров, старательно играющих роль любящих родителей.
Они вместе ели хот-доги, облизывая края крошащихся булочек, пили отличное пиво и коктейли. И хором вопили, катаясь на американских горках. Они пожали руки неисчислимому множеству диснеевских героев, а потом взяли билеты на поезд до центра города, решив повторить визит завтра же днем, когда Бен закончит свои дела.
– Ты, наверное, уже устала, Чарли. – Бен высоко поднял ее и усадил себе на плечи.
– Нет, не устала. Совсем не устала.
– Хорошо. Тогда ты единственная, кто не устал. – Он искоса поглядел на Элли с веселой улыбкой. Она молча кивнула, соглашаясь.
– Ну, я тоже совсем чуть-чуть, капельку устала, – подвела черту Чарли, а затем, протяжно зевнув, засмеялась.
Дойдя до номера, Элли с облегчением вздохнула.
– Все бы отдала за чашечку чая. Эти коктейли созданы для того, чтобы еще больше хотелось пить.
– Так и было задумано. – Бен уже подошел к телефону и звонил в гостиничную службу. Элли слышала, как он заказывает чай, сандвичи, молоко и печенье. Она подумала, что это просто замечательно – ни за что не отвечать, оставить заботы кому-то другому. Сама Элли уже и не помнила, когда ей удавалось так расслабиться и отдохнуть.