Рассказы

Кальчик Рудольф

Один из бывших работников мастерской куда-то исчез, Уголовный розыск запустил свои мощности на самые высокие обороты, Через несколько часов этот человек был найден: он сидел в тюрьме, будучи задержан при попытке нелегально перейти границу. Задержан за два дня до пожара. Искали также мужчину, который сбежал из исправительно-трудовой колонии под Кладно, сам он из пражского района Холешовицы. Нашли аж в Северной Чехии, но у него оказалось алиби. «За подозрительный вид и отсутствие документов» был задержан грузчик, который слонялся по Праге без дела, — выяснилось, что грузовая машина уехала без него. Попытались установить связь между убийством в мастерской и самоубийством в Млада Болеславле — безрезультатно. При осмотре дома

у одного служащего нашли уйму запчастей, украденных из сгоревшего предприятия. Расхититель первостатейный, но в тот роковой вечер у него было твердое алиби. Один анонимщик сообщал «старшему уполномоченному по расследованию», что некий Ржитичка, проживающий на Каменицкой улице, «мошенник, способный на все, особенно когда у него нет денег». Он сообщает это тем, кто занимается расследованием, в надежде на денежное вознаграждение, если вдруг его сведения «пригодятся». Выяснили, что Ржитичка с Каменицкой улицы невинен, как лилия.

Другие проверки тоже ничего не дали, у всех было алиби. Было оно и у знаменитого спекулянта канцелярскими машинками Зденека Б., которого арестовали еще до пожара. Магазин подержанных канцелярских машинок пана Фердинанда Л., преуспевающего перекупщика, а также его квартира подверглись нежелательному визиту нескольких очень любопытных мужчин в штатском; осмотр, однако, дал отрицательный результат. То же самое— в аналогичном магазине под названием «Канцелярия».

У Заградника и Петрасека отрицательные сводки пока не вызывали беспокойства, скорее наоборот. Если быстрая работа группы расследования ведется правильно, то отрицательные сведения сужают круг поисков, и это хорошо. Хуже то, что известие о расследовании быстро распространилось по городу. Сыщик, направляющийся на осмотр дома, очень не любит, когда его уже в дверях встречают с вежливым приглашением пройти в комнату, поскольку его уже ждут, и тут же предлагают кофе или чего-нибудь покрепче. И все же такие широкие проверки небесполезны, порой они весьма сильно действуют преступнику на нервы. Вот и теперь не исключено, что он вдруг начнет волноваться и попытается избавиться от машинок или спрятать их получше, куда-то перевезти, А любая манипуляция с награбленным может выдать преступника. Поэтому решили в четверг проверки продолжать.

Четверг, 6 октября.

Поначалу этот день был похож на среду, как одно яйцо на другое. В областном управлении пишущие машинки и телетайпы неустанно выстукивали отрицательные сводки.

Одного из служащих, Ж. С., в ту ночь не было дома в Холешовицах. Его невеста, однако, подтвердила, что он провел ночь у нее в Розтоках — предместье Праги. Бывшего служащего Йозефа К. по указанному в списке адресу не нашли, так как он уже третий год жил в другом месте. Пока ничего, нигде ничего.

После обеда автомобиль пражского уголовного розыска остановился у дома № 24 на улице У верпанку, недалеко от Велварской улицы. Двое сотрудников пришли сюда, чтобы проверить алиби бывшего служащего мастерской — двадцатилетнего Мирослава Трнки, в тот период не работавшего, а также обыскать его квартиру. Трнка, как и многие другие проверяемые, был готов к их приходу. На вопросы отвечал спокойно и уверенно. Его показания слово в слово совпадали с показаниями его жены, которую другой работник уголовного розыска допрашивал в соседней комнате.

— Где вы находились в ночь на четвертое октября?

— Где находился… дома. Проспал всю ночь. Да так глубоко, что самого черта не узнал бы. Вечером немного переусердствовал в забегаловке «На зависти», тут неподалеку.

— И когда вы вернулись домой?

— Примерно в четверть десятого. Но ручаться не могу. Не исключено, что и полдесятого. Я был мертвецки пьян. Поэтому сразу же свалился в постель и мгновенно уснул.

Его жена в соседней комнате рассказывала:

— Он пришел почти сразу же после девяти.

Ему было плохо, — ведь ничего перед этим не ел, вот его и стошнило. Я дала ему несколько пощечин, и он завалился спать.

Криминалист посмотрел на ее маленькие руки и усмехнулся:

— И часто вы его так ласкаете?

Молодая женщина вздохнула:

— Убить его мало.

— Он ведь не работает?

— Нет. Но подыскивает работу. На стройке он мало зарабатывал.

— В автомастерской ему тоже не понравилось?

— Тоже. Но знаете, сам он не такой уж плохой. Если бы не эти его дружки…

— Значит, сразу после девяти он уже был дома?

— Да.

Обыск ничего не дал. Прежде чем отправиться восвояси, криминалисты на минуту заглянули в пивнушку «На зависти». Пан Трнка? Да, в понедельник вечером был здесь, примерно до девяти. Ну да, выпил, у него есть время на это, работой себя не перетруждает. Да и компания, в которой проводит время, — два его дружка— сомнительная. Их здесь побаиваются. Трнка, Сланы и Ржезак — те еще ребята. Работать не очень горазды, а вот шляться по ночам и дебоширить — это да.

Главное в искусстве детектива — умение слушать. Вот и сейчас двое сотрудников уголовного розыска, посиживая за кружкой пива, слушали повествование о трех молодых людях. Их интересовал один — Мирослав Трнка, автомонтер. В прошлом году он с начала сентября около пяти недель работал в автомастерской, затем шабашничал в Кладно и снова вернулся в автомастерскую. В обгоревшей личной карточке, которую удалось спасти из огня, вся его эпопея в автомастерской заканчивалась словами «уволен за прогулы». С 3 августа до начала сентября нынешнего года он работал на стройке, ушел по собственному желанию. Летун. Характер неуравновешенный. Откуда у него деньги для семьи и для себя?

Сотрудники уголовного розыска заплатили за пиво и уже хотели уходить, когда им приглашающе замахали руками два старичка, игравшие за соседним столом в карты.

— Я уже на пенсии, — начал один из них, более общительный. — Мы играем здесь с паном инженером — он тоже пенсионер — каждый вечер. В понедельник увлеклись, играли почти до полуночи. Да и что, скажите, человеку делать, если с годами он спит все меньше? Пивная около полуночи закрывается. Мы перед закрытием еще чуть-чуть перекинулись в картишки, допили свое пиво и пошли провожать друг друга. Оттуда, где живет пан инженер, прекрасный вид на Прагу. И вот мы идем к нему, и вдруг неожиданно видим огромный пожар. Это горел бывший цирк. И в это время по нашей улице, У верпанку, пронесся автомобиль. Водитель мчался как сумасшедший, на огромной скорости.

— Вы могли бы описать машину?

— Не мог бы даже днем. А тогда ведь было темно. Никто бы не смог при такой скорости.

— Ну хотя бы цвет.

— Было темно. Мы заметили только, что ехал он очень быстро и скрылся за поворотом. Это все. Может, вам пригодится.

После войны прошло лишь четыре года, машин на улицах было еще немного, особенно в ночное время. Сумасшедшая езда на автомобиле именно здесь… Даже такая мелочь укрепила интерес криминалистов к тихому уголку Ганспаулки на окраине Праги.

Поздно вечером группа расследования собралась на совещание. Как выяснилось, из всех нынешних и бывших работников автомастерской Трнка живет ближе всех к месту, где кузовщик нашел оторванную дверцу темно-синего «тюдора». Парень часто меняет места работы и имеет сомнительные связи. Взвесив все это, Заградник и Петрасек решили выделить дополнительно несколько человек для сбора любых сведений о Трнка и его дружках.

— И следить за ним, — приказал Заградник.

Слежку установили на улице У верпанку, но в тот день, в четверг, ждали понапрасну. Мирослав Трнка и Йозеф Сланы, тоже нигде не работающий, вновь заглянули в пивнушку, на этот раз в центре Праги. Сланы вернулся домой в четыре утра на такси. Трнка тоже добрался до своего дома лишь утром, пьяный.