Рассказы
Шрифт:
– Очень приятно познакомиться, – смущенно повторила Сэм еще раз, а потом, извинившись, поднялась к себе под предлогом переодеться. Изабель растерянно проводила ее взглядом.
Когда Сэм спустилась чуть позже к гостям, Изабель несколько раз пыталась подойти к ней и завязать беседу, но поначалу Сэм встречала ее тем же самым испуганным выражением лица, на котором сияли становившиеся тут же огромными синие глаза, а потом и просто убегала при ее приближении в толпу гостей, которая с радостью принимала свою любимицу. К концу вечера у Изабель сложилось четкое ощущение,
– Питер, я не пойму, что происходит! – поделилась она своими сомнениями с другом. – Мне, кажется, Саманта меня избегает.
– Сэм? – удивленно воскликнул Пит. – Не может этого быть! Ни в коем случае! Тебе просто показалось! Саманта сама любезность, радушие и доброжелательность!
Изабель еще раз с сомнением посмотрела в сторону сестры своего друга в поисках подтверждения его слов. И да, та очень ласково и дружелюбно общалась со всеми присутствующими. Было видно, что они ее любят, что у них очень теплые и сердечные отношения. Но стоило Изабель сделать только шаг в сторону Сэм, как та просто исчезала из поля зрения. Саманта Сэммерсон по каким-то неведомым, но абсолютно реально существующим причинам не давала даже приближаться к себе. Изабель могла в этом поклясться. Поэтому вскоре она оставила свои бесплодные попытки познакомиться с сестрой своего друга поближе.
– Доброе утро, братишка! – пропела Сэм своим сильным хорошо поставленным голосом. Она выспалась, улыбалась и выглядела просто прекрасно, ослепительно, как всегда.
Питер давно проснулся и спустился на кухню, в ожидании двух женщин. Кухня в доме Сэммерсонов была просторной и светлой, как, впрочем, и остальные комнаты в доме.
– Привет, сестренка! – ответил Питер, обнимая такую же высокую, как и он сам девушку. – Как ты?
– Оооо! – довольно протянула Саманта. – Спасибо тебе за вчерашний вечер! Я была так рада всех видеть!
Питер еще раз посмотрел на свою сестру, убеждаясь в том, что та прекрасно себя чувствует, и улыбнулся.
– Приготовлю нам всем завтрак, – сказал он. – Изабель скоро к нам присоединится.
– Я уже здесь! – появилась в дверях женщина-ученый.
Она старательно пыталась вглядеться в лица Питера и Сэм сквозь светившее ей прямо в глаза утреннее солнце и выглядела такой милой, что Сэм не удержалась от восхищенной улыбки. Эта женщина была прекрасна.
– Всем доброе утро! – добавила Изабель и осторожно посмотрела на Сэм.
Она уже была готова к тому, что та сейчас сорвется с места и опять убежит. Но Сэм неподвижно сидела за столом, оперев подбородок о ладонь, и смотрела на нее, не отрываясь.
– Доброе, – отозвался Питер, подходя и обнимая подругу.
– Чудесная погода, не правда ли? – спросила Изабель, медленно приближаясь к Сэм. На ее удивление объект наблюдения по-прежнему не трогался с места, продолжая ослепительно улыбаться своей голливудской улыбкой. – Питер говорил,
Ее явно читающееся желание построить и поддержать беседу, тронуло Сэм до глубины души. И это после того, как она отвратительно вела себя весь вчерашний вечер. Поэтому Сэм энергично замотала головой в знак согласия со словами Изабель. Не издав при этом ни звука.
– Здесь очень мягкий климат, – продолжала Изабель, подойдя практически вплотную к сидящей за столом Саманте. В ее взгляде читался чистой воды научный интерес за импровизированным экспериментом. Она ждала реакции Сэм и была готова к тому, что эта реакция может быть непредсказуемой.
– Да, – наконец, прохрипела Сэм в ответ, чувствуя себя не в силах больше молчать. Надо было что-то придумывать. Не могла она все время бегать от Изабель. Да и не хотела.
– Сэм? – тут же удивленно обернулся на хрип Питер. – Что случилось?
– Я простудила горло, – тем же голосом ответила ему сестра.
– Когда ты успела? – он смотрел на сестру во все глаза. Он отчетливо помнил, что еще минуту назад та цвела, словно роза и пела будто соловей.
– Это очень коварная и стремительная простуда, – хрипела Сэм, – она наступает очень неожиданно. Поэтому мне сложно говорить, – и она показала пальцем на горло, одаривая Изабель обворожительной извиняющейся улыбкой.
– Вызвать врача? – строго спросил Питер, пытаясь разгадать, какую игру затеяла его сестра.
Саманта отрицательно замотала головой.
– Нет! – произнесла она одними губами.
– По-прежнему не жалуешь врачей? – примирительно спросил Питер. – Что же нам с тобой делать?
Как он был доверчив.
– Само пройдет? – хриплым шепотом предположила Сэм, не спуская с Изабель глаз, чтобы понять, как та воспринимает весь этот спектакль.
Но Изабель была серьезна, спокойна и собрана, как всегда. Сэм уже начинала восхищаться этим ее самообладанием, даже не успев узнать молодую женщину поближе.
– Не обязательно утруждать себя визитом к врачу из-за больного горла, – заметила она, подходя к холодильнику. Достав оттуда лимон и отрезав от него пару ломтиков, она протянула Сэм блюдце. – Надо положить на язык и рассосать.
На лице Сэм возникла гримаса мученика, но тут же исчезла, и молодая женщина послушно положила ломтик в рот и сделала то, что велела ей Изабель.
Питер обомлел.
– Сэм, ты же не ешь лимоны! Никогда и ни за что!
– Аллергия? – спросила Изабель, испугавшись.
– Нет, – успокоил ее Питер, – просто она их с детства не выносит.
Сэм вдруг достала из ящика кухонного стола ручку и блокнот и написала на чистом листе: «Лучше лимон, чем доктор».
– Похоже, ты все-таки со мной разговариваешь, – радостно воскликнула Изабель.
«Да. Это так» написала в ответ Сэм и пририсовала смайлик. Потому подумала и написала следующее: «Спасибо. Горлу уже лучше. Вы просто волшебница мисс Богарт».