Рассказы
Шрифт:
оправдывает факт кражи, по крайней мере, в моих глазах. (Надо сказать,
что эта лафа уже кончилась, и красть больше неоткуда, потому что места,
где инструмент и аппарат лежит плохо, теперь слишком хорошо
охраняются.)
д) так или иначе раздобыть себе точку
Здесь тоже вариации возможны самые дивные и трудновообразимые. Группы
репетировали в мое время в общественных туалетах, в вытрезвителях, при
психбольницах и отделениях милиции. Это, впрочем, были счастливчики.
Большинству - не побоюсь сказать так, потому что айсберг под водой
всегда больше, чем над - повезло гораздо
е) так или иначе организовывать себе выступления, записи, перформансы и
вообще все то, что он понимает под актами своего творчества. Здесь тоже
возможны вариации. Одним нужны стадионы, другим - кухни друзей
достаточно. У всех вариантов есть свои прелести.
ж) производить оные акты, что включает в себя транспортировку туда и
обратно всего, что считается необходимым.
Помимо этого он еще должен на что-то жить и кормить порою жен, детей и собак. Забавно давеча высказался на IX Фестивале Рок-Клуба руководитель группы "Оазис-Ю": какие теперь чудесные времена, сказал он. Музыканту теперь не нужно ходить ни на какую идиотскую работу ради трудовой книжки, он может всего себя посвятить музыке. В какой такой загадочной местности живет этот руководитель? Не иначе, как в блаженной Шлараффии братьев Гримм.
* * *
Он сказал: мне сорок шесть лет, с восьми я играю на гитаре. У меня высшее музыкальное образование. Я послушал вас, и мое мнение такое: ни о каких концертах не может быть и речи. Вы что, смеетесь? Вам надо работать, работать и работать.
Мы сказали: мы не против. Мы очень хотим работать.
Он сказал: для начала обзаведитесь приличным инструментом. То, на чем вы пытаетесь играть, никуда не годится. На этом играть нельзя.
Мы сказали: другого у нас нет, и не будет, если только вы не дадите.
Он сказал: это не разговор. Добудьте себе приличный инструмент.
Мы спросили: откуда? У вас, должно быть, богатый опыт, поделитесь им с нами. Откуда взялась у вас ваша первая гитара?
Он сказал: первый инструмент должны купить папа с мамой.
Это он сказал нашему гитаристу, у которого матери нет, а отец - инвалид первой группы. Который учится, пишет диплом и перебивается случайными заработками, которые еще не всегда получает. Ту гитару, о которой идет речь, он собрал себе сам, можно сказать, из мусора. Она играла.
Мы ушли от него. Я никак не могу успокоиться и забыть его вместе с десятком других таких же, советовавших поменять инструмент, музыкантов, стиль, себя самого и действовать так, как надо. Потому что я не уверен, что он не прав. Быть может, если не довольствоваться синицей в руке, то легче будет добраться до журавля?
Мы вышли от него. Если у человека насморк - ему нельзя дышать? сказал я. Если у него не вырезан аппендицит, ему нельзя есть? сказал я. Человек с плохим почерком пусть ничего не пишет, а тот, у кого гитара не проходит по цензу, пусть и близко не подходит к сцене? сказал я.
Но не свинство ли зазывать зрителя, заранее зная, что хорошей музыки он не услышит - по какой бы то ни было причине? подумал я про себя. Не преступно ли мне называть себя музыкантом, не умея сыграть элементарных упражнений для начальной школы? подумал я. Имею ли я право играть на плохой гитаре? А с плохим голосом? А с плохими текстами и музыкой?
Несомненно, ответил мне внутренний голос - пока кто-то тебя слушает. А тебя ведь слушают, напомнил внутренний голос. Тебя есть за что слушать,
Вина ли моя в том, что я не отдал этому всего себя? Было ли это правильнее? Пусть на это ответят те, кто знают меня лучше. Я слишком слабо понимаю, чего я хочу, чтобы судить, правильно ли я живу.
Но мне больно и обидно.
* * *
Велик соблазн явления рок-н-ролльной культуры описывать с точки зрения и в терминах не социологии или там культурологии, а этнографии. Hекоторое основание к этому дает Л.Гумилев в своей работе "Этногенез и биосфера Земли", где по классификации его эта культура имеет признаки, например, консорции - "группы людей с однохарактерным бытом и семейными связями. Конвиксии мало резистентны. Их разъедает экзогамия и перетасовывает сукцессия, т.е. резкое изменение исторического окружения." - Мы знаем, как переложить эти термины в наши условия.
– "Уцелевшие конвиксии вырастают в субэтносы."
Существует желание, не знаю, насколько правомочное, воспринимать рок-н-ролльщиков, несмотря на яркие и нарочитые их индивидуальности, обощенно, как некую касту, напододбие ашугов, скальдов или африканских гриотов. Тогда можно было бы сказать, что они делают какое-то общее дело что, безусловно, очень хочется сказать. Что, вообще, у всего этого есть какой-то смысл - близкий, ощутимый. Hа нашем веку. В наши дни.
* * *
Видишь ли, в чем дело. Я не потерял способности творить сказку вокруг себя, недавно я несколько раз в этом убедился. Я еще много чего могу из того, что мог раньше. Я только не вижу тех, кому это нужно. Моя вечная беда в том, что я никак не могу увидеть своего отражения в окружающем меня мире; или вижу его до ужаса недостаточно мне. Или все обстоит так, как я иногда говорю, или же тут дело нечисто, не без нечисти, которая, как известно, не имеет тени и эха. Если же первое, то плохо. Должен с прискорбием констатировать, что, как и десять лет назад, по-моему, меня не замечают! Или слишком мало. Я не говорю про тех, кто однозначно имеет со мной дело... Я ничего не знаю о других. Ладно, будем считать, что дело во мне.
Я хочу оставить след, такой, чтобы я мог видеть его каждый день. Весомый, полезный, добрый след. Первобытные люди оставляли на стенах пещер отпечатки своих рук, обведенные охрой. Многие ученые видят в этом разные смыслы. Мне представляется, что делали они это из того же желания, что и я. Хочется оставить след. Не хочется исчезнуть бесследно.
И вот еще что. Ты уходишь с концерта и уносишь образ меня, остающегося на сцене. Я же - того, как ты уходишь. Не шутки. Мы очень плохо заканчиваем наши концерты. В этом есть что-то шлюшеское: сделал дело, слезай с тела...
После концерта мы отправляемся пить или ругаться. Или, что хуже всего, кто пить, а кто ругаться. Я чаще - во вторых, потому что всегда мало денег и не всегда хватает сил. Куда каждый раз уходишь ты, я не знаю.
Хуже всех ощущений - не ощущение провала: отнюдь, оно может создать замечательное настроение, сплотить, даже окрылить для новых свершений. Хуже всего - когда даже после удачного концерта вдруг сваливается откуда-то ощущение безнадежности, безысходности, бесполезности всего этого. Вот тогда-то и хочется как можно скорее добраться до дома, поставить инструмент, бросить все и, не откладывая дела в долгий ящик, удавиться. На худой конец, вспомнить, какого цвета у меня кровь, давненько не видел...