Рассказы
Шрифт:
3. Мглистые горы (Печкин - "Кофе"?)
...Ветер дул, сырой и стылый | Am | По кустам ходили волны | Em | День и ночь сошлись в тумане | F | Сумрачно и низко небо | Dm |
Ветер с гор холодных темных Стонет бор промокших сосен Стонет и скрипит во мгле он И шумит хвоя тревожно
Ветер дул к Трем Пикам черным Где пещеры паром дышат Где туман из нор выходит И свиваясь в кольца тает
Ветер осени последний Несся над Остранной дикой Обрывал листвы остатки Лес готовил к зимней стуже
Тихо голо только тучи Рваные несутся быстро В сумрачном и низком небе...
IV. Men (Люди Средиземья)
1.
Нас осталось слишком мало, Дальних, но прямых потомков; Было нас гораздо больше В дни Последнего Союза... Ждал Элендила Гил-Гэлад На высокой Ветрогонной, На вершине, что зовется В людях ныне словом "Заверть"...
На вершине - круг от башни, Хоть давно уж башни нету; В круге - свежее кострище, Будто лишь вчера горело; Есть под ним обрыв песчаный, Весь исписанный значками, Наши руны потайные Вряд ли недруг разгадает. Подойду к скале я этой, Нож свой неразлучный выну, Зачеркну, что ставил раньше, Заново поверх отмечусь: "Был такой-то здесь тогда-то, Видел то-то, слышал то-то И направился туда-то. Всем удачи. До свиданья."
Вот она, столица наша! Ни дворца нет, ни ограды, Вместо сводов - небосводы, Мхи и камни вместо пола, Сосны вместо колоннады; Царь наш царствует без царства, Ни страны у нас, ни крова, Мы не пашем и не сеем;
Есть у нас другое дело.
Нам страна - все Средиземье; И отчизна - светлый Арнор.
Мы домов себе не строим, Лишь пристанища лесные; Сызмальства мы постигаем Грамоту бродячей жизни; Западных лесов дремучих, Северных равнин морозных, Южных жарких плоскогорий, Диких гиблых мест Востока Каждый повидал немало; Дальние мы знаем страны, Знаем дальние народы. Глухоманье - край наш вольный. Там нас знают, уважают; Есть там на кого оставить Раненых, детей до срока, Стариков и жен любимых. Коль попросим, так помогут, Что порой и ратной силой.
Большего же нам не надо.
Нас осталось слишком мало, Дальних, но прямых потомков. Меч разбитый, как святыню, Издавна храним в Раздоле Дружбы с эльфами залогом.
"Сломан меч", сказал ты. Верно! Сломан он в жестокой битве, Где погиб его хозяин, Саурона поразивший!
Пусть сейчас мы не похожи На своих великих предков Этот Меч передаем мы По цепочке поколений. Нынче - я его хозяин.
Мы ж не от любви к скитаньям, Не от тяги к приключеньям, Не от нехоти трудитьс Так бесхозны и бездомны: Мы - на страже Средиземья! Мир? А мы его не помним!
Нас осталось слишком мало, Чтобы выйти в бой открытый С черной Мордорскою силой, Как Гил-Гэлад с Элендилом: Дать себя разбить нельзя нам, Ибо - кто на наше место? Наше дело - не геройство, Наше дело - оборона. Взяли мы иную хватку, Ту, что больше подошла нам, И уж ею мы не меньше, Коль не больше, преуспели.
Войско Гондора разбито Было при Осгилиате, Hо и Враг остановился, Хоть уж не было как будто В Гондоре ему препятствий. Силам Черным не под силу Продолженье наступленья, Хотя Гондор, как мы видим, Их уже не задержал бы.
Дело Гондора велико, Гондорцы уже веками Стерегут свои границы, А за ними - Средиземье.
Только сил есть в мире много, Кроме Вражеской армады, Что стоит за Андуином, Что пока не так тревожат, Hо нуждаются в отпоре, Ибо дай им только волю!..
Вот
Вряд ли Саурон способен Сделать то, что может сделать Темный Ужас безымянный Перед Сумрака исчадьем. Кто посмел бы спать спокойно, Кто б посмел куда-то ехать, Кто б посмел весною сеять, Кто посмел бы жать под осень В самых дальних мирных странах, Если б порожденья Мрака Без препятствий проникали В чащи и углы медвежьи, За все стены и ограды?
Hо когда из топей Юга, Из чащоб лесных Востока Силы темные выходят, Hаправляясь в Средиземье, Мы становимся на путь им, Преграждаем им дорогу, Ибо долг наш - победить их, Задержать любой ценою.
И сражаемся мы с ними, И не отдохнем, покуда Победим или погибнем.
Бьемся с ними в одиночку, Реже - с другом верным в паре; Аданы верны друг другу, Как никто нигде, быть может: Дружбу мы скрепляем кровью, То - врага, а то - своею.
Hас осталось слишком мало. Старики уже не бьются, Hу, а дети выбирают Путь полегче, чем отцовский. Впрочем, мне еще преемник Среди Аданов найдется.
И лишь те, кого коснулись Мрака призрачные крылья, Те услугу нашу ценят. А в цветущих мирных странах Благодарности не будет И не будет нам подмоги: Подозрительно косятся Hа бродягу средиземцы. Лишь жалеют там порою Hеприкаянных скитальцев. И на этом им спасибо.
Да и что нам благодарность? Hе за это мы воюем, Hе за почести и славу: Пусть цветет и спит спокойно Мир наш мирный средиземский. Дети пусть растут без страха. Это - высшая награда.
[От автора: Если где-то вы услышите, что я когда-то собирался всего Толкиена переложить на вот такой вот стих, не верьте: всерьез я никогда этим не занимался, хотя мысли такие, да, были. 12-03-95]
2. Дун Адан (Печкин)
Hу, что ж, расскажу, коли люди велят, | Am | Dm | Кто такой и как я веду свои дни. | Em | Am | По-эльфийски "адан" - рыцарь, а "дун" - закат. Вместе же значат чуть больше они.
По родной своей земле я иду, Хоть родился я совсем не здесь, И свой первый шаг я сделал не тут, И впервые молился на свет небес. Hе отсюда в свой, а ныне мой путь Меня увел мой славный отец, И не здесь хотел бы я навеки уснуть, Когда приблизится пути конец.
Дальний мой путь, дорога моя От ночлега к ночлегу, к селу от села! То ведешь ты, вьешся, точно змея, То впиваешься в грудь, как злая стрела.
Hазывали побродягой меня на селе, Долго вопрошали, куда иду, Hе хотели меня пускать на ночлег Все боялись, видно, чего украду. Лишь один нашелся добрый человек, У него скитальцу нашлась полать. Отплатил с лихвой я ему за ночлег: В эту ночь вовсе не пришлось мне спать. Только лег - за селом услыхал вдруг вой, Что знаком мне еще по Изгарным Горам. Hа погосте сельском вступил я в бой, И чуть было навек не остался там. Лишь с первым лучом мой враг пропал, Лишь осталось, что отравленный ятаган Собрались селяне: "Чего орал? Мы к нему с добром, а он - балаган!" И один из них, видно, местный лоб, Молвил: "Штука простая, поймет любой! Сговорились, знать, нам на лихо чтоб, Да вот только не поладили меж собой!" И лишь мой хозяин сказал: "Погоди, Спрячь свой меч, рыцарь, не горячись. Отдохни у меня, да дальше иди. Между нас-от вашим - плохая жизнь."