Шрифт:
Лабиринт
Как же мне надоело постоянно менять мнения, сомневаться, сливаться с толпой! Как же уже хочется выбраться из этого лабиринта. Как долго я здесь нахожусь? Последнее время мне это напоминает современный мир: что принято в одном обществе, с лёгкостью может быть вштыки воспринято в другом.
Я попал сюда, когда бездумно шёл по дороге, залипая в телефоне. Случайно открыл какую-то дверь, попавшуюся на пути и оказался в первой комнате лабиринта! В этой комнате было достаточно много людей, но они не замечали друг друга. Все эти люди ходили по комнате, не отрывая глаз от экранов телефонов. Они натыкались
Во вторую комнату я попал, когда бросил телефон. Неужели?! Здесь люди разговаривают друг с другом! Но… все говорят одновременно? Ведь так ничего не слышно! Вскоре, мне удалось найти ответ. Здесь все жаловались на свои проблемы. Я успел сделать два шага, прежде, чем ко мне подбежали двое и начали жаловаться. Естественно, я ничего не понял! Но как только собрался открыть рот, что бы попросить их говорить по-очереди, оба человека, вздохнув, сказали:«И ты меня не понимаешь!» А потом просто пошли жаловаться другим. Спустя пять минут, я уже не мог здесь так просто находиться! Начал жаловаться людям на них же. Но разве хоть кто-то сможет что-то здесь услышать? Даже если захочет? Чёрт! Куда же я попал? Я потерял счёт времени. Вскоре мне надоело. Да что я тварю? Зачем жаловаться на жизнь, если я сам во всём виноват? Особенно тем, кто ничего не слышит? Остановился, облакотился на стену и… провалился!
Снова новая комната. Она была разделена на секторы, в одном из которых и оказался я. Вокруг меня были люди. Они чем-то были похожи друг на друга. И вскоре, я понял – чем. У всех у них были карие глаза. А я здесь выделяюсь. У меня голубые! Были в последний раз, когда я смотрел в зеркало у себя в квартире… Как же хочется в неё вернуться. Кареглазые люди столпились вокруг меня. Сначала они стояли молча, однако потом кто-то из них выкрикнул:«Смотрите! Голубые глаза! Он не такой как мы! Как мы к этому относится?» «Осуждаем, осуждаем…» – раздался нестройный хор голосов. Что? Всмысле? Какое-то время я просто сидел на полу, стараясь пропускать разные издёвки мимо ушей. Было сложно. С этим надо что-то делать! Глубоко вздохнув, я встал и начал говорить. Громко, чётко, уверенно. «Осуждать людей лишь за то, что они выглядят не так, как все – это ненормально! Ведь любой из вас мог родиться не то что с другим цветом глаз, а без рук, без ног, без мозга и… и ещё много чего!» – выдал я. Люди передо мной расступились, пропуская к новой двери.
Я, с опасением и с надеждой открыл её и вошёл в следующую комнату. Странно… Здесь не было людей. Я оказался в пустой комнате. На полу валялся белый мелок. Вдруг, я начал слышать тиканье часов. Их самих нигде не было видно. Сколько прошло времени? Как отсюда выбраться? И что означает этот давящий на виски и внушающий страх и ужас звук часов? Тик-так. Тик-так. Единственное, чем я мог здесь заняться-рисованием на стенах. Рисование действительно отвлекало и от одиночества, и от звука часов. Я научился рисовать. Вот только, зачем? Ведь даже показать некому.
…на линии глаза последние крошки мелка высыпались
Дверь открылась. Я вошёл. Что? Неужели? Я у себя дома. В своей квартире! Но… разве что-то изменилось? «Тик-так. Тик-так,» – медленно и навязчиво напоминая о чём-то важном издавали звук настенные часы. Здесь никого не было. Я выглянул в окно. Никого. С чего начиналась эта история? Я, игнорируя всё, что меня окружает: людей, животных, растения, даже погоду попал в какой-то чёртов лабиринт. И что теперь? Родственники, с которыми общался все уже давно мертвы, о других сам ничего не знаю. Вот так я и остался один: без жены, без девушки, без детей, без друзей, без товарищей…
Пусть мести
Клавдий медленно вытянул меч из мёртвого тела. В его, на первый взгляд, милых голубых глазах, плескался холод. Всё также медленно он обернулся и посмотрел на единственного человека в помещении, которого ещё не убил. Стоило только юноше посмотреть ему в глаза, как тот затрясся от страха. Человек не мог оторвать взгляда от пронзительно чистых и невинных глаз. Он оставался неподвижным не из-за их красоты. Из-за взгляда. Взгляда убийцы. Юноша приблизился к мужчине вплотную и пощекотал его щёку ручкой ножа. Ножа, который каждый день уносил всё новые и новые жизни.
– Ну что? Поговорим? – тихо сказал Клавдий.
– Пощадите! – вырвалось нервное из уст мужчины. За это его мизинец резко обожгло невыносимой болью. Мужчина закричал, осознавая, что он лишился части пальца.
– Во-первых, это неверный ответ на мои вопросы. Я ожидал согласия. А во-вторых, ненавижу, когда молят о пощаде. Ещё раз подобное услышу, и ты начнёшь молить о смерти,-очень тихо, почти шёпотом и так ласково сказал юноша. Мужчина сглотнул.
– Что вы здесь искали?
– Те… Вас.
– Как мило! Я всегда рад новым знакомствам, но ненавижу, когда ко мне подходят с оружием со спины. Так что, прости, эти пятеро здесь задержатся. И зачем же вы искали со мной встречи?
– Убить.
– Понимаю. В такое время живём. А зачем вы собрались вшестером? Специально ради одного маленького меня? Ай-ай-ай! Такие взрослые, а маленького мальчика обижают.
– Господин, я восхищаюсь, вашим мастерством владения оружием в свои двадцать лет. Мы бы недооценили вас ещё сильнее, если бы кое-кто не сказал нам, что…
– Мне восемнадцать, – мрачно поправил юноша.
– Да, простите, господин.
– И кто же послал вас ко мне? – спросил Клавдий, проводя острием ножа в миллиметре от шеи говорившего.
– Я! – донеслось громкое от двери. Взглянув на пленного пронзающим взглядом, он обернулся на ещё одного гостя. Это был высокий, широкоплечий мужчина с таким же взглядом, как и у Клавдия. Взглядом убийцы.
– И зачем же? Мог бы сам прийти.
– Я и пришёл. Хотел проверить не растерял ли ты навыков.
– И как? Я смог порадовать злейшего врага?
– Очень. Был бы я тебе врагом, давно бы меня убил. Для тебя это не проблема.
– Ты прав. Но тогда придётся искать нового врага. А это очень утомительное занятие.
– Неужели?! – прошипел человек, уворачиваясь от пролетающего около его шеи сюррикена.
– Что надо? – грубо спросил Клавдий.
– Дело есть.
– Ты вроде не похож на самоубийцу.
Мужчина сделал три шага вперёд, встал на колени.
– Интересненько, – усмехнулся Клавдий.