Рассказки
Шрифт:
Ленка стояла на одной ноге и смотрела, как от остановки отходит автобус.
Вечером в дверь позвонили. На пороге стоял высокий парень.
– Мишка? Ты чего так вырос?
– А ты маленькая, как раньше. Подарки принимаешь? Держи.
Она взяла свёрток, развернула. Внутри обнаружился её телефон. Именно её, а не похожий.
– Откуда? Нет, ты только скажи, откуда он у тебя, и я прощу, что ты не появлялся шесть лет.
– Чаю дашь? Расскажу.
Мишка работал в салоне сотовой связи. С некоторых пор к нему повадился мальчишка. Приносил телефоны
Владелец приходил и получал свою вещь за двести рублей. Вот такой бартер.
– Что же он так глупо сдаёт? Прямо с симками.
– Мне кажется, он просто голодный.
– Нет. Он – ангел.
Остаток от деления
– Время пришло в гости отправиться, – дурашливо пропела Вика в трубку, хихикнула и продолжила нормальным голосом, – сегодня в одиннадцать, не опаздывать, форма одежды парадная. Если придешь раньше, поможешь стричь салат.
– Викусь, ты только не обижайся. Я, наверное, не приду.
– Что случилось? Заболела? Сейчас я к тебе забегу. Минут через пятнадцать…
– Нет, Вик, я еще на работе. И когда выберусь отсюда, не знаю. Потом сразу домой и спать лягу. Устала ужасно, и голова болит.
– Бедная моя девочка, – голос подруги стал расстроенным, – ладно, но если передумаешь, приползай к нам. А завтра увидимся по-любому. Тут для тебя подарок.
– Если передумаю – приползу. Народу привет и с наступающим.
– Эх, и тебя с наступающим, – вздохнула Вика и отключилась.
Ленка врала. Нет, она на самом деле была еще на работе, а Новый год искренне собиралась проспать. И голова болела по-настоящему. Но было кое-что, о чем она умолчала.
Их маленькая уютная компания, сложившаяся еще в школьные времена, за последнее годы выросла в два раза. Вернее, почти в два. Ленка была единственной, кто нарушил эту счастливую статистику. Друзья считали ее привередливой, пытались знакомить с какими-то молодыми людьми, Ленка отказывалась, отшучивалась, говорила, что ждет своего "принца".
На прошлый Новый год традиционно собрались у Вики. Посидели за столом, проводили старый год, встретили новый, раздарили подарки. Вышли на улицу, взорвали припасенные петарды. Вернулись, допили шампанское, включили музыку и… рассыпались по парочкам. А Ленка уселась в кресло и сидела, упорно и отчаянно делая вид, что ей весело. Устав улыбаться, собрала грязную посуду и отправилась на кухню. Вот тогда, перемывая тарелки, она дала себе слово – проспать следующий Новый. Если, конечно, ничего не изменится. Не изменилось.
Но и оставаться без праздника она не собиралась. В сумочке лежал билет на "Щелкунчика", традиционный спектакль тридцать первого декабря. Любимый театр, любимый балет, место в третьем ряду партера – разве это не счастье?
Таблетка от головной боли начала действовать, чай заварился, до выхода оставалось сорок минут. Ленка свернула последний разговор с заказчиком (вот настырный, дома его не ждут, что ли? хотя…), отправила ему факс, выключила компьютер.
После феерического спектакля, после праздничной предновогодней улицы в квартире оказалось особенно темно и
Переоделась в домашние джинсы и свитер, разбудила компьютер, включила музыку. Бросила на диван подушку и плед, плюхнулась сверху, потянулась… И поняла, что совершенно не хочет спать. Наоборот, хочет есть и чего-то еще, неформулируемого.
В холодильнике обнаружились кусок французского сыра, два помидора, четыре яйца, три пластиковых стаканчика с йогуртом и полбутылки пива. Очень неплохой наборчик, но не новогодний. Организм требовал мандарин и шоколадных конфет. И шампанского. Ленке вдруг так захотелось шампанского, что даже в носу защипало. Да, и еще посмотреть "Иронию судьбы", подпевая Жене Лукашину "со мною вот что происходит…". Половина двенадцатого, до магазина пять минут. "Успею", – решила Ленка. Почему-то ей показалось очень важным встретить полночь именно дома, как задумала, а не где-то на улице или, что еще хуже, в магазине. Видимо, сработал укоренившийся стереотип: как встретишь Новый год, так и… Короче, должна успеть. Быстро набросила курточку, выскочила на улицу.
Перед магазином стояла огромная искусственная елка, украшенная разноцветными лампочками. И дед Мороз, подсвеченный изнутри так, что сквозь красную ткань был виден каркас.
Под бодрый голос, рассказывающий о скидках на овощи и колбасу, Ленка добралась до винных рядов и притормозила. Отсканировала водки, коньяки, ликеры, вина, пиво,.. минеральные воды. Шампанского не было. Не поверив в такое вопиющее невезение, развернулась и двинула назад, внимательно изучая этикетки. Потом, уже не надеясь, заходила кругами – не может быть, чтоб ни одной бутылочки не осталось. И тут произошло чудо. Среди коробок сока стояла она, одна-единственная во всем магазине, да что там – во всем мире, предназначенная специально ей, и было уже не важно, сладкое или брют, не смотреть же в зубы подарку судьбы. Вытянув заранее руку, Ленка двинулась навстречу подарку. И тут в поле зрения появилась еще одна рука, чужая, и эта рука сомкнулась на фольговом горлышке.
– Не трогайте! – заорала Ленка.
– Почему? – изумился человек.
– Оно… оно… – нет, говорить, что это ее личное шампанское, нельзя, никто не поверит, надо срочно придумать вескую причину, – оно отравлено, – твердо сказала Ленка и посмотрела прямо в глаза парню.
– Отравлено? – еще больше изумился тот, – Зачем?
– А у нас акция. Э-э… Называется "умри счастливым". Так что ставьте ее на место и считайте, что я спасла вам жизнь. Мучайтесь до ста лет. Не стоит благодарности.
Рука разжалась. Ленка облегченно вздохнула и улыбнулась. Это было ошибкой.
– Послушайте, вы сумасшедшая. Я вас сейчас придушу, и вы умрете счастливой. Или несчастной, все равно.
Парень решительно двинулся к ней, и Ленка сразу поверила, что придушит. Умирать не хотелось, но отдавать шампанское незнакомцу хотелось еще меньше. Она начала медленно отступать, соображая, как бы зайти ему в тыл и схватить бутылку. Ей уже удалось сделать полукруг, когда боковое зрение просигналило, что третья, теперь уж совершенно посторонняя, рука, принадлежащая противному потрепанному субъекту, приблизилась к заветному горлышку. Презрев опасность, Ленка остановилась.