Рассчитаться сполна
Шрифт:
Я лег в постель и погасил свет, но тут же тихонько выскользнул из нее и аккуратно разложил вместо себя подушки, придав им очертания тела спящего человека.
Саквояж с двойным замком был прикован к постели тоненькой стальной цепочкой, которая поблескивала в темноте, отражая лучи проникавшего с улицы света.
Я спрятался в гардеробной, откуда через дверную щель мог наблюдать за происходящим в спальне.
Прошел час. К этому времени дом полностью погрузился в тишину. В этом добротно построенном доме с прочными дубовыми полами не нашлось бы ни одной скрипящей половицы, и в той гробовой тишине,
Притаившись в своем укрытии, весь — само напряжение, я ждал, вглядываясь в темноту и прислушиваясь.
И вдруг я обнаружил, что больше уже не вижу, как блестит цепочка. Может, на улице погас свет? Я взглянул на окно — нет, фонари горели. Однако цепочка перестала блестеть. А вокруг по-прежнему ни звука.
Вдруг в тишине что-то тихонько звякнуло, и снова наступило безмолвие. Но теперь я знал, что произошло — это щелкнули о стальную нить цепочки кусачки.
Снова воцарилась абсолютная тишина. Добыча угодила в ловушку, и мне оставалось только захлопнуть ее, но… я не видел ничего, не мог различить ни единого звука.
Вдруг в сторону окна метнулась тень, загородив пробивавшийся оттуда свет. Затаив дыхание, напрягая каждый мускул, я ждал. Эта тень, заслонившая оконный проем, двигалась так же неуловимо, как движется диск луны, выплывающей из-за подернутых золотой каемкой холмов. И тогда я понял, почему не слышу ни единого звука. Незваный гость, проникший в дом, очевидно, был из тех, чьи особым образом натренированные мышцы сделались до такой степени гладкими и пластичными, что позволяли ему двигаться как бы в замедленном темпе. Это была особая техника. Ни шороха, ни шелеста одежды, зацепившейся за стул, ни приглушенного звука шагов… Этому человеку удалось достичь абсолютной бесшумности и замедленного эффекта благодаря тому, что за один раз он продвигался буквально на миллиметр.
Я сам умел двигаться бесшумно в полной темноте и считал себя непревзойденным в этом искусстве, но сейчас я с трудом представлял, как можно, не выдавая себя, проследить за таким человеком. Однако, призвав на помощь все свое мастерство, я выбрался из гардеробной и последовал за ним, стараясь повторять каждое его движение.
Так мы вышли из комнаты, проследовали по коридору, по лестнице — две едва различимые тени, вовлеченные в смертельную дуэль, — и оба двигались в кромешной тьме со скоростью улитки.
У меня не было полной уверенности, что тот, кого я преследую, уже не свернул в сторону. Не был я уверен и в том, что не наткнусь на него в темноте или что мне удается двигаться с той же скоростью, что и он. Возле окна он ускорил шаг, и это помогло мне, — я понял, как он собирается выбраться отсюда. Оставалось положиться на удачу и на собственные способности. Я боялся потерять его. Позволить этому человеку улизнуть из дома и скрыться в темноте означало для меня лишить Элен Чэдвик счастья, а себя самого жизни.
Вдруг все изменилось в мою пользу.
В кромешной тьме послышались легкие, тихие, но все же различимые шаги — тот, кого я преследовал, направлялся на кухню. Похоже, сейчас для него быстрота решала все, и я тоже ускорил шаг, стараясь двигаться с ним в унисон.
На кухне он остановился у окна, обернулся и осветил
Он еще немного помедлил и выпрыгнул в окно. Я выждал пару секунд, прежде чем последовать его примеру. Я боялся привлечь внимание сторожей, равно как и опасался, что меня заметит похититель саквояжа. Но больше всего я боялся упустить свою добычу. Драгоценности должны были попасть в собственные руки босса с ледяными глазами. Моя добыча схватила приманку и сейчас тащила ее прямо в логово. Теперь моя цель — обеспечить безопасность Элен Чэдвик — значительно приблизилась. Этого момента я ждал давно. Моя собственная жизнь не имела значения, она нужна была лишь для того, чтобы защитить Элен.
С удвоенной осторожностью приблизившись к подоконнику, я спрыгнул на землю. Сторожей я не увидел, но мне были хорошо слышны спокойные размеренные шаги одного из них, направляющиеся в мою сторону.
Такие шаги свидетельствовали о том, что сторож ни о чем не подозревает.
Стало быть, похититель саквояжа выпрыгнул из окна незамеченным. Дом охранялся двумя сторожами, и этого, конечно, было недостаточно. Чтобы организовать надежную охрану владений такого размера, потребовалось бы не меньше двух десятков сторожей, но и эти двое создавали для меня серьезную помеху.
Интересно, что делает сейчас похититель саквояжа?
Может, притаился в тени и ждет, когда сторож пройдет мимо? В таком случае он должен был видеть, как я спрыгнул на землю. А может, он давно уже удрал, воспользовавшись тем, что сторож находился в другом конце дома? Тогда мне нельзя медлить. Если я настигну его, то должен буду вести себя как подобает настоящему русскому великому князю, пытающемуся вернуть свои бесценные сокровища. Если же ему удастся улизнуть от меня, придется пойти на крайние меры, и тут уж ни в чем нельзя быть уверенным.
Мысленно попросив Бога направить меня по правильному пути, я начал красться по двору, убедившись, как и подозревал ранее, что обмануть сторожа не составляет труда.
Внезапно меня осенила идея — а вдруг грабитель захочет угнать одну из машин. Я направился к гаражу, но там был полный порядок, никаких его следов.
Неужели я ошибся? Неужели он действительно оказался крайне осторожным и все еще ждет в тени возле дома? А может быть…
Я выскользнул из гаража и, стараясь держаться в тени ограды, направился к мощеной дороге, пролегающей у подножия холма. Другого выхода у меня не было, мне ведь не известно, где он подкарауливает меня.
Я был уже на полпути, когда судьба снова сыграла мне на руку. Впереди что-то блеснуло, потом еще раз… И я увидел на земле небольшой кружок света. Я остановился и начал красться по направлению к нему. Учитывая величину сделанной мной ставки, я не мог позволить себе упустить даже малейший шанс. Я должен был выяснить, что означает этот свет.
Я двигался по траве бесшумно, как тень, пока не оказался на достаточном расстоянии. Это был мой ночной вор. Выбравшись на безопасное место, как и следовало ожидать, он решил удостовериться в подлинности своей ноши. Да уж, хорош бы он был, если бы принес боссу с ледяными глазами набитый газетами саквояж с положенным в него для тяжести кирпичом.