Расщепление
Шрифт:
– Что же, по крайней мере вы меня слышите… Это уже немало! – развела руками Егожина, поднимаясь на ноги. – Если вдруг решите поговорить – я всегда к вашим услугам…
По возвращении в кабинет молодой врач решила ознакомиться с историей болезни новичка. Смена, дежурившая в ночь, должна была коротко изложить обстоятельства госпитализации.
– Даниил Карпов… – вслух прочитала Даша, ощутив странную, безудержную дрожь в районе желудка. – Сейчас я о тебе все узнаю…
Со слов
За последние пятьдесят лет о человеке и содержимом черепной коробки узнали столько, что теперь любому можно запросто поставить диагноз (а то и не один). Каждый второй с гордостью рассказывает о том, как непросто живется с биполярным расстройством… Интересно, знай он первоначальное название этого недуга, все так же охотно признавался бы окружающим в том, что страдает маниакально-депрессивным психозом? В эпоху романтизации душевных болезней этот вопрос, разумеется, носит риторический характер. Доктора делают свою работу, а толпы художников, поэтов и фотографов – свою. Иногда их пути пересекаются.
– Ну че, как тебе Карпов? Правда, хорошка? – не успев переступить порог, спросила Марина.
По кабинету разошелся горький дух табака. Егожина, не отрываясь от чтения, распахнула форточку и презрительно фыркнула:
– Потехина, ты на сигары перешла? Вонь страшная!
– Ну чего ты ругаешься! Подумаешь, курнула с запасом… Может, у меня стресс! Не каждый день к нам привозят фотомоделей! – прихрюкнула от смеха коллега, усаживаясь на старенький диван.
– Попытка суицида?! – удивленно воскликнула Даша, дочитывая историю болезни.
– То-то и оно! Собрал все таблетки в доме, заперся в ванной и сожрал, собака! Благо, там девчонка вовремя спохватилась – поняла, что он не отвечает, и подняла крик! Сосед дверь топором вырубал, еле откачали…
– Он как-то объяснил свой поступок?
– Дарюш, ну ты что, первый день замужем? Стандартная чухня про голос, который его мучал круглыми сутками… Все как всегда! – отмахнулась Марина и, облизав палец, принялась листать свою книжку со сканвордами в поисках нетронутой страницы.
– Очень и очень странно… – пробубнила Даша. – Не
– Это еще почему? – недоверчиво скривилась Потехина.
– Сама знаешь, их за версту видать. Тут что-то другое! Даже интересно стало разобраться…
– Ой, лисааа… – пропела Маринка. – Так и скажи, что понравился! Жених-то завидный, богатый, со многими звездами знаком!
– Я гляжу, ты времени зря не теряла!
– А то! Все скандалы, интриги и расследования в больнице на мне! – довольно заявила Марина, вынимая конфету из сумочки.
– Ой, Потехина… Мне бы твои заботы! – вздохнула Даша. – Ты когда домой?
– Через часок. А ты? – почти на автомате уточнила коллега, с головой погрузившись в разгадывание слов.
– Я сегодня Катерину Андреевну подменяю, дежурю в ночь. У нее с ребенком беда какая-то, температура под сорок.
– Ну что сказать, крепись, боевая подруга! А еще – молись, чтоб ночь прошла спокойно…
– Кхм… А что такого может случиться? – недоверчиво вскинув бровь, поинтересовалась Егожина.
– Да что угодно! Это же дурдом! – внезапно расхохоталась Маринка, отбросив в сторону сканворды. – Пойду-ка, еще курну…
Даша промолчала в ответ. Странным образом ее мысли были увлечены необычным пациентом. Раньше такого не случалось, посему нынешнее состояние пугало. Егожина не была одним из тех врачей, что воспринимают пациентов лечебницы как безмозглое стадо овец, за которым надобно следить, возвращая отбившихся и наказывая непокорных. Неподвластная профессиональной деформации, девушка старалась сопереживать тем, кому не посчастливилось лишиться разума. О ее добросердечности и отзывчивости коллеги слагали легенды… А еще, в шутку называли Матерью Терезой.
В то же время никто не сомневался в профессионализме молодого врача. Когда того требовала ситуация, Дарья Алексеевна без раздумий отдавала приказ санитарам привязать к кровати разбушевавшегося больного и лично угощала его конской дозой галоперидола. Зная это, подопечные относились к Егожиной с пиететом, охотно шли на контакт и всячески содействовали.
Даниил оказался другим. Мальчик, с ноги открывавший двери в редакции модных журналов, знал себе цену, и начинающему доктору он точно был не по карману. Будь Карпов дурачком – «три класса церковно-приходской школы», коммуникация сложилась бы иначе. Выходцам из маргинальной среды многого не нужно! Такие готовы в ноги падать за добавку супа или разрешение тайком выкурить сигаретку. С этим гламурным мачо придется попотеть. Задача непростая, но интересная. Такие, как он, действительно, крайне редко попадают в госучреждения, особенно провинциальные…
Конец ознакомительного фрагмента.