Рассадник добра
Шрифт:
Лунный свет просачивался сквозь нее. Она чувствовала себя легкой, прозрачной и воздушной, как привидение. Мелкие ночные кровососущие хищники настырно шныряли рядом с ней, но ее саму увидеть не могли. Дойдя до края поляны, Машка обернулась. Дух агуры все стоял возле куста и смотрел ей вслед печальными глазами, а тощие большие уши его колыхались на ветру, похожие на старые паруса. Он был один такой на всем свете, и только недоразвитые глупые существа вроде нее и эльфов в поисках знания могли общаться с ним. Наверное, духу было совсем уж одиноко, если он согласился говорить с ними.
Машка
Эльфы появились на поляне сразу после того, как она уселась на примятую траву. Если бы не обряд, Машка заподозрила бы, что они ждали ее возвращения. Но религиозные традиции — серьезная штука, гораздо серьезнее, чем банальный розыгрыш. Май сладко потянулся — довольный, расслабленный, точно сытый кот. Видимо, общение с духами предков, или кто там у эльфов в запредельном мире развлекается, пошло ему на пользу. Даже цвет лица у него стал здоровее. Бледность сменилась легким румянцем, а кончики волос задорно закурчавились. Это придавало ему буквально ангельскую прелесть, а лицо делало из насмешливого очаровательно наивным. Машка подумала, что всегда недолюбливала парней именно такого типа: никогда не знаешь, чего от них ждать.
У Вия же лицо было торжественным, как у какого-нибудь древнего полководца, устроившего плановый смотр своим войскам. Кажется, он тоже был доволен тем, как прошел обряд. Усевшись рядом с Машкой, он немедленно сунул в рот травинку, вкусно пожевал ее и, вынув, сунул за ухо. Это не было похоже на традиционное завершение древнего эльфийского обряда, но Машка и сама уже понимала, что все закончилось. Дико хотелось спать. Она даже зевнула, из деликатности прикрыв пасть ладошкой. Май хихикнул и сорвал с ветки ближайшего дерева крупный сладкий орех грамб. Захрустел им смачно, так, что Машке тоже захотелось есть. Но меньше, чем спать.
— У тебя отлично вышло, — похвалил ее Вий. — Если бы я не знал, кто ты такая, я бы поклялся, что ты наша родственница. У тебя явно врожденный талант к правильной магии.
— К правильной? — удивилась Машка, снова зевнув.
Вий кивнул.
— Ну да. К нормальной, естественной, природной. Словом, нечеловеческой. Люди, как известно, выживают за счет других, насилуя мир, в котором живут. И их магия такая же.
— Но почему эльфийский дух решил пообщаться со мной? — недоумевала Машка. — Почему он принял меня и даже что-то сказал? Я же человек!
— Для высших духов не существует людей и нелюдей, — сказал Вий. — Я подозреваю, что, даже если они и были когда-то людьми, они давно забыли про то, что в мире есть такие мелкие различия. Все живые подразделяются для них на тех, кто может с ними общаться и, соответственно, выносить что-то из этого общения, и тех, кто не может. Последние их не интересуют.
— По-моему, они вообще таких не видят, — нервно хихикнув,
— А я где-то читала, что духи видят все, — пробормотала Машка с сомнением.
— А зачем им это? — искренне удивился Вий. — Только засорять сознание.
В этот момент в Машкину голову пришла новая, гораздо более соблазнительная мысль. Она приподнялась на локте — в кожу тут же впился мелкий, но очень острый камушек, — и пристально взглянула на одно из деревьев вдалеке, страстно желая разглядеть его во всех подробностях. Она прищурилась и постаралась ощутить в центре лба третий глаз, который при таких действиях непременно должен работать. Однако то ли ей не хватало практики, то ли глаз у нее был какой-то не такой, но ничего не вышло. Впрочем, может быть, Вий был прав относительно количества глаз, даденных всякому живому существу. Машка осторожно коснулась центра лба, надавила слегка, но ровным счетом ничего не почувствовала.
— Эй, с тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Май.
— Нет, не все, — буркнула Машка. — Я не знаю, как мне разбудить магию, которую мне передал ваш дух. Она почему-то не работает.
Май рухнул на спину и беззвучно расхохотался. Машка обиженно взглянула на него и, тяжко вздохнув, перевела взгляд на Вия.
— Он хочет сказать, — объяснил тот, — с чего ты вообще взяла, что он тебе что-то дал? И почему ты считаешь, что магия обязательно должна работать?
— У него весьма емкий способ общения, — оценила Машка.
— Нет, у него хороший переводчик, — поправил ее Вий.
— Понимаешь, пока я стояла рядом с духом агуры и он держал меня за руку... — начала Машка.
— Как романтично! — фыркнул Май. Никакого благоговения перед могущественными духами у этой остроухой язвы не было и в помине.
— Так вот, когда он держал меня за руку, из него изливалось что-то, — упрямо продолжила Машка. — Я думаю, это была магическая сила.
Май, скорчив препохабнейшую рожу, предположил, что еще это могло бы быть. И в самом деле, существо мужского пола, ночь, кусты... У всех могут быть физиологические потребности. Машка немедленно оскорбилась.
— Ты не понимаешь! — с горячностью сказала она. — Это была энергия. От нее немножко болела голова и мне было нехорошо, но это точно была энергия!
— Эх ты! — Вий вздохнул. — Много ты знаешь про способы передачи энергии... Да и почему она могла бы работать? Ты — человек, не эльф. Может, ты вообще не приспособлена к усвоению магической силы, которой пользуется наш народ.
— А я тебя предупреждал: ты первый человек, присутствующий на подобной церемонии, — напомнил Май. — Так что относительно последствий мы не можем быть уверены.
— Вот так всегда, — укоризненно сказала Машка. — Всю жизнь я сталкиваюсь с тем, что на мне ставят опыты и проверяют новые технологии. Вы на крызах, что ли, проверили бы сначала.
— Я пробовал, — печально сказал Май. — Крызы дохнут.
— И почему я подозревала, что это именно так? — вопросила Машка окружающую ее тьму.
Тьма не ответила. Все призрачные бабочки, розовые крокодилы и прочие астральные жители благополучно вернулись домой, за Стекло, бросив Машку расхлебывать заваренную кашу.