Распутница
Шрифт:
Игнорируя изумленные взгляды, Триста на негнущихся ногах направилась к двери и вышла, не оглядываясь. Она уже ни о чем не думала, целиком отдавшись своему гневу – единственному, что могло сейчас ее поддержать.
Глава 30
– Вы никогда не ощутите подлинного духа Виргиния-Сити, если не посетите все лучшие местные бары и бордели. Именно там вы встретите всех, на кого стоит посмотреть и, если хотите, зарисовать!
– Например?
– Например, загадочную женщину, которую здесь называют Серебряная. Вот будет для вас головоломка, как и для всех остальных, я думаю! Дает она вообще или не дает? Даст сегодня или нет? Согласитесь, это очень интригует! Эта дьявольская женщина – вечная загадка и вечный вызов.
Сэм Клеменс, репортер «Территориэл энтерпрайз», уже доказал, что может быть занимательным спутником и весьма информированным проводником по злачным местам Виргиния-Сити. Когда они, немного покачиваясь, вошли в пышно обставленный холл «Серебряной туфли», в пухлом альбоме Блейза Давенанта оставалось всего четыре чистые страницы. По словам Клеменса, внизу здесь круглые сутки играли и пили, вверху же находились отдельные номера: «Всегда приберегайте все лучшее напоследок!»
Лучшее? Блейз осмотрелся по сторонам. Традиционные зеркала и портреты пышных обнаженных женщин, непременное бренчащее пианино в углу, на которое большинство посетителей, сгрудившихся за карточными столами, не обращают внимания. Ну, слава Богу, это последний салун, который он должен сегодня посетить, с раздражением подумал усталый полупьяный Блейз. Сейчас ему хотелось только выспаться, чтобы завтра утром вновь отправиться в путешествие. На этот раз он поедет на Юг… хотя это слишком близко к дому и к воспоминаниям о прошлом, которые, казалось, уже давно исчезли из памяти. Нет, они все еще слишком живы и слишком горьки.
«– Индеец!
– А, вот и индейское отродье! Сколько же времени ты пробыл с дикарями?
– Говорят, что твой папаша купил твою мать у ее отца, а у него уже была жена индианка. Об этом все знают!»
Голоса прошлого. Почему они вдруг всплыли в памяти? И какое ему дело до них сейчас, когда он уже давно перестал быть тем робким мальчиком, каким был еще на пороге зрелости. Тогда Блейз был влюблен в молодую женщину на несколько лет старше себя. Наполовину мексиканка, выше и стройнее других девушек ее возраста, она казалась ему совершенно неотразимой и бесконечно желанной. А потом Блейзу пришлось внезапно вернуться к отцу и приспособиться к совершенно новому, непривычному образу жизни, который он с трудом постигал. Вот тогда его вожделение, его страсть к этой девушке стали не только невыносимыми, но и почти неуправляемыми. Ее глаза, обрамленные черными ресницами, были цвета старого виски…
Нет, об этом не стоит вспоминать! Сейчас она, вероятно, стала толстой, безобразной и потеряла большую часть зубов. Чем думать о своей первой любви, лучше вместо этого вспомнить о Чэрити Виндхэм. Чэрити, милая Чэрити! Преданная подруга, готовая всем пожертвовать ради него, научившая Блейза быть заботливым, а иногда даже нежным. Он должен был бы жениться на ней – и несколько раз просил ее об этом. Пытался убедить, а один или два раза почти умолял. Но Чэрити всегда только качала головой, говоря, что у них обоих слишком много дел, чтобы думать о подобных вещах. А кроме того, оба они слишком независимы и слишком привыкли к свободе, и какие бы то ни было узы будут им в тягость.
А потом Блейз оказался настолько глуп, что позволил соблазнить себя чересчур пылкой племяннице Чэрити. Да что там – пошел еще дальше, женился на этой ненасытной девице! Он, видите ли, спасал ее репутацию, которая ей-то была совершенно безразлична! А она убежала со своим драгоценным братцем, выставив напоказ всему миру их отношения. В результате именно он, Блейз, оказался в дураках и получил репутацию рогоносца. Если он когда-нибудь встретит эту дрянь снова, то, вероятно, придушит ее – бесстыжую, лживую шлюху!
В своем раздражении Блейз не заметил, что уже опрокинул три порции виски. Когда он снова пододвинул
Нет, долой все эти ненужные, наводящие тоску воспоминания! Блейз бросил бармену через стойку золотую монету в десять долларов. Тот сразу широко заулыбался, достал чистый стакан и тут же наполнил его из другой бутылки – с другим, гораздо лучшим сортом виски.
Имея деньги, можно многого добиться – во всем мире дела обстоят именно так. Смогли ведь они превратить дикаря в так называемого образованного джентльмена, обладающего при желании хорошими манерами!.. Но куда же это подевался Клеменс? Поднялся, что ли, наверх с какой-нибудь из хорошеньких женщин-игроков? Тоже своего рода забвение, и, чтобы получить его, не нужно напиваться до бесчувствия. Да, ему, чтобы забыться, нужна женщина – теплая, податливая плоть, готовая принять его и удержать рядом с собой час или два. Физическое облегчение без всяких чувств.
– Женщина-игрок, которую зовут Серебряная, всегда одетая в черное с серебром, – где я могу ее найти? За каким столом?
При этих словах улыбка на лице бармена почему-то исчезла.
– Э-э-э… ну… кажется, что… – запинаясь, начал он с явной неохотой. – Значит, мисс Серебряная… она сегодня одета по-другому. Я сам ее с трудом узнал! Она в том красном платье, которое мистер Чарли, то есть я хотел сказать, мистер Донелсон – заказал специально для нее. Он поспорил с ней, что она никогда не осмелится появиться в нем на публике. А мисс Серебряная, естественно, решила у него выиграть – чего мистер Донелсон и добивался! Но, мистер, я бы на вашем месте, даже если бы не дорожил своей шкурой, не стал бы ничего затевать в отношении этой малышки. Она все равно не станет подниматься наверх ни с вами, ни с любым другим джентльменом – сколько бы ей ни предложили!
– И что же, она зарабатывает себе на жизнь исключительно игрой в «фараон»? Скажите мне: кто ее покровитель? Вы или, может быть, тот мистер Донелсон, который покупает ей красные платья? Не беспокойтесь – пока я хочу только взглянуть на это чудо. Вы возбудили мое любопытство. Она, случайно, не красит волосы в красный цвет и не отращивает усы?
Конечно, она сидит за тем столом, вокруг которого столпилось большинство посетителей. Отпихивая друг друга локтями и обмениваясь сквозь зубы угрозами, они стараются пробраться поближе к женщине, которую зовут просто Серебряная.
Вероятно, она вовсе не стоит того, чтобы тратить на нее свою энергию. В том, что касается женщин, эти убогие городишки славятся полным отсутствием вкуса. В подобных местах бывает очень выгодно прикинуться глупой и беспомощной. Женщина, которая называет себя Серебряной, видимо, взяла на вооружение именно это обстоятельство. Скорее всего перед ним сейчас предстанет еще одна битая жизнью проститутка. Так к чему суетиться?
Пожалуй, единственная причина для этого – странное поведение бармена, который всего несколько минут назад улыбался и был очень любезным. Сейчас, с преувеличенной тщательностью протирая стойку бара, он ничего не выражающим голосом сказал Блейзу, что приезжие очень скоро убеждаются в этом сами. И – «вот ваша сдача, мистер!»
Отойдя от стойки и от ставшего вдруг молчаливым бармена, Блейз Давенант сказал себе, что в зале есть множество точно таких же покрытых зеленым сукном карточных столов. И достаточно точно так же сдающих карты женщин-игроков, более чем готовых «подняться наверх», чтобы составить компанию мужчине после того, как закончится очередная игра. Чем тогда объяснить его любопытство именно к этой женщине, которая вряд ли сильно отличается от остальных, если работает в таком месте? Еще одна типичная шлюха, которая научилась дразнить мужчин только для того, чтобы их распалить и заставить потом платить больше. Если бы Блейз не обещал своему другу Ориону Клеменсу встретиться с его младшим братом Сэмом (который всегда в курсе всех последних сплетен), ему бы сейчас не пришлось проводить скучный вечер в Виргиния-Сити. И не пришлось бы пробираться через плотную толпу поклонников только для того, чтобы один раз взглянуть на женщину, называющую себя Серебряной.