Расправить крылья
Шрифт:
– Не о чем переживать, Снежка. – Со вздохом отвечаю, по-дружески сжимая кисть подруги. – И ничего не бестактность, Ланская. Кто ещё откроет мне глаза, как не ты?
– Вот и правильно. Твоя жизнь похожа на строчку в анкете: «Лиза, тридцать восемь лет, разведена». – Снежка вырисовывает в воздухе закорючки и смешно кривится.
– Семьдесят килограммов. Ты забыла добавить! – деловито добавляю.
– Это можно опустить, Виноградова. Зачем так палиться-то? – прикрыв рот рукой, шепчет Ланская.
– Ну, ну. Договаривай. Строчка в анкете, что дальше?
– А
– А… как ее писать-то? Если у меня даже слёз нет, Снеж?
– Они и не нужны. Ты уже выплакала все, дурочка. И готова для полёта. Причём в прямом смысле этого слова. – Снежана театрально взмахивает рукой и достаёт яркий рекламный буклет. – Я тут подумала – в отпуск тебе надо, Лизок.
Глава 2
Возможно, это прозвучит цинично, но я не боялась развода. Я неплохо зарабатываю, а финансовая независимость придаёт уверенности побольше, чем новые прическа или туфли. Забота о моем детище – Grapes Casual – небольшом производстве женской одежды и интернет-магазине, занимала все свободное время.
Прошло много месяцев, но мельчайшие подробности того дня не отлипают от меня, как гадкие пиявки. Накануне открытия первого магазина-салона дизайнер интерьера перенесла встречу, освободив в моем рабочем графике несколько часов. Воодушевленная предстоящими изменениями, я отправилась домой – хотелось успеть замариновать мясо и сделать лёгкую уборку перед возвращением любимых с работы. Данька устроился стажером в крупную фирму современных IT-технологий, я открывала первый оффлайн-магазин – нам было что отмечать, правда? Однако, Матвей так не думал…
Машину мужа, припаркованную возле ворот, я заметила издали. Странно… Матвей не предупредил о том, что приедет в обеденный перерыв. Мы давно обедали порознь, и времена, когда Матвей прибегал домой в любую свободную минуту, канули в Лету.
Бросив машину возле калитки, я бесшумно открыла ее и проникла во двор. Амур – наш джек-рассел-терьер сиротливо сидел возле входной двери в дом. Мне бы тогда почуять неладное, но нет… Разум словно отключился, отказываясь принимать очевидные вещи. Муж никогда бы не выгнал пса на улицу без причины. А причиной послужила его полная вовлечённость в некий процесс.
Женские стоны до сих пор стоят у меня в ушах. Нет, я не стала подниматься в нашу с мужем спальню: не хотелось видеть их сплетенные обнаженные тела. При моей впечатлительности эта картина наверняка пошатнула бы психику.
Потрепав Амура за ухом, я скинула туфли и прошла в гостиную. Напоила пса, полила цветы, украшающие дом, и включила телевизор. Погромче. Так, чтобы мое присутствие в доме, наконец, заметили. На Муз ТВ орала какая-то глупая песня, но даже она была неспособна заглушить бешеное сердцебиение…
А потом она спустилась – молодая и стройная блондинка с почти детским лицом и очаровательными кудряшками.
– Милый, – она визгливо позвала Матвея, жеманно прикрывая полные груди МОИМ розовым банным полотенцем. – У нас гости.
У НАС! Ну, вы поняли. Почему же я ничего не замечала, а? Наивно прятала голову в песок и отбрасывала от себя подозрения? Почему упорно верила в то, что муж никуда не денется спустя столько лет? Что же это за свойство психики – вытеснять из сознания то, что может принести боль?
– Лиза?! – застыл в дверях Матвей. Взъерошенный, с глазами, сверкающими сытым блеском, и губами, припухшими от поцелуев с юной прелестницей. Даже тогда… такой красивый, но уже чужой.
Отчего-то вместо размышлений над сломанным браком, я думала о беспорядке в спальне, несвежем постельном белье и разбросанной на туалетном столике косметике. А ещё о Данькиных носках, валяющихся под диваном в гостиной. Глупо, правда?
– Лиза, что ты здесь делаешь? – подозрительно взирая на мою физиономию, спросил Матвей.
– Я? Вообще-то, я здесь живу.
Ответила и рассмеялась. Я смеялась громко и долго, наблюдая за их растерянными, ошарашенными лицами. Вытянутыми, постными, охреневшими лицами. Смеялась, пока бедолага Амур не начал лаять, испугавшись за здоровье хозяйки…
– Лиза, ты не уснула? – голос Снежки вырывает меня из задумчивости. – Так что насчёт отпуска?
– Хм… Отпуск? – равнодушно кручу в руках красочный буклет. Пальмы, яхта, загорелые красавчики и я…
– Что-то ты приуныла, Виноградова, – Снежка подливает мне чай и достает с верхней полки большую шоколадку. – Тебе точно нужен отпуск. И не спорь!
– Ну, какой отпуск? Перед открытием второго магазина? К тому же на носу самые значимые выставки новых коллекций и…
– А как же лето? Июль, море, солнце и прогулки на яхте? Ты лишишь себя заслуженного отдыха ради каких-то выставок? – фыркает Снежана, отломив кусочек шоколадки. – Лиза, жизнь сама вытолкала тебя из золотой клетки. Распахнула перед тобой дверь в ожидании полета. Тебе нужно присесть, как перед стартом, разогнаться и… расправить крылья. А небо само тебя подхватит.
Верчу яркий буклет, понимая, что у меня нет шансов отказаться. Не потому, что я тряпка, не имеющая своего мнения. Я хочу этого! Хочу впервые сделать что-то не по плану. Сделать то, что Я сама хочу. Выдрать это самое Я из завалов обязанностей, ответственности и долга.
– Снежка, я долго думала, – хитро прищуриваюсь. – Тур, как я погляжу, очень дорогой. Так вот: я поеду в отпуск и оторвусь по полной!
Последние слова тонут в счастливом визге Снежки.
Глава 3
– Папуль, я так рада, что ты едешь один. – Лицо Рады выражает крайнюю обеспокоенность. Прямо не восемнадцатилетняя девчонка, а маленькая старушка. Удивляюсь, когда она успела вырасти? Рада отбрасывает за спину длинную каштановую прядь и по-хозяйски разливает чай.