Расплата
Шрифт:
– Ответ на этот вопрос вам известен, – ровно отвечаю я. – На данном этапе ему совершенно ничем нельзя помочь. Я беспокоюсь о Кате.
– Почему? – резко спрашивает она.
– Если правда будет обнародована, компания рухнет, а Уильяму грозит тюремное заключение за ее утаивание. Катя второй человек в компании, а Андрей – ее брат-близнец. Кате придется основательно помучиться, пытаясь убедить всех и каждого, что она была совершенно не в курсе происходящего. В самом лучшем случае, Комиссия по ценным бумагам и биржам
– А в самом худшем?
– Не хочу гадать на кофейной гуще. Тюрьма – вполне реальный исход.
– Понятно, – мягко говорит миссис Жилина. – Спасибо, что так хорошо все объяснили. Если допустить, что вы правы, может ли Уильям осуществить свой план?
– Вы хотите знать мое мнение? Ему и миллиона лет на это не хватит. Совершенно невозможно, чтобы более или менее осмотрительный покупатель не обнаружил фальшивых бумаг на миллиард долларов. Терндейл, должно быть, сошел с ума.
Твердой рукой миссис Жилина поднимает свою мензурку с чаем и крутит ее вокруг оси, наблюдая, как крошечные чаинки вращаются подобно листьям на сильном ветру.
– Вы предположили, что вашу жену убил человек, охотившийся за Андреем, – продолжает миссис Жилина. – Вы считаете, этим человеком был Уильям Терндейл?
– Нет. – Я рассмотрел эту возможность довольно давно. – Как бы ни сердился Терндейл, ему лучше, чтобы Андрей оставался в тени. Привлекать любое вмешательство извне – последнее, чего он сейчас хочет.
– Но тогда кто?
Я пожимаю плечами, не желая и дальше делиться своими соображениями. Первым номером в моем списке все еще идет Лиман, но я все больше и больше подозреваю в этом Владимира. Готов поспорить, что основной его задачей была подделка сертификатов акций для Андрея. Если так, то Владимир был жизненно необходим Андрею, чтобы его схема продолжала работать, и Владимир мог использовать эту зависимость, чтобы получить место в клинике. Нетрудно представить себе Владимира в роли наемника, работающего на террористов. Каким бы невероятным это ни казалось, но возможно, Дэвис все же говорил правду. Возможно, Андрей обнаружил, что делал Владимир, и потому сбежал, а в таком случае Владимир непременно должен разыскивать его.
– Итак, – ровно говорит миссис Жилина, – что я должна делать?
– Рассказать мне, где сейчас Андрей. Чем больше я узнаю о том, что случилось, тем больше я смогу помочь Кате.
Она снова вонзается в меня взглядом.
– Вами движет желание помочь Кате?
– Это одно из желаний. – Я не отвожу взгляда. – Я никогда не хотел обидеть ее. И я хочу загладить свою вину.
– А чего еще вы хотите?
– Отомстить. Кто бы ни убил мою жену, он должен заплатить за это.
– Око за око, зуб за зуб. – Миссис Жилина медленно кивает. – Вот это я называю справедливостью.
Я разочарован, но у меня есть другие варианты.
– Вы, вероятно, можете сказать мне еще кое-что, – заявляю я. – Был ли когда-нибудь у Андрея родственник или друг семьи, которого он называл bon papa?
Уголок ее рта дергается – движение такое незначительное, что я бы пропустил его, если бы моргнул. Она что-то знает.
– Почему вы спрашиваете?
– Андрей использует дебитную карту, связанную с номерным банковским счетом в Люксембурге, и оплачивает ею поездки по личным делам. Если я смогу добраться до его счета он-лайн, то возможно, сумею выяснить, где он находится. Выражение « bon papa» используется у него как дополнительный вопрос при введении пароля. Думаю, ответом может быть имя – имя кого-то, кого он знал в детстве или в студенческие годы. Мне обязательно нужно это вычислить, если я хочу помочь Кате.
– Мне никто в голову не приходит, – напряженно отвечает миссис Жилина.
Я наклоняюсь вперед, чтобы попытаться уговорить ее, когда меня внезапно осеняет. Андрей как-то раз признался мне, что первопричиной трений между Катей и ее матерью был отказ миссис Жилина рассказывать своим детям что бы то ни было о бросившем их отце. Все, что было известно Андрею и Кате, – это то, что он был американцем, с которым их мать познакомилась в Европе. Возможно, Андрею удалось узнать какие-то детали. Возможно, этот bon papaприходится ему родственником не по материнской линии.
– Я вовсе не пытаюсь всколыхнуть неприятные воспоминания, – отмечаю я, намеренно стараясь быть уклончивым, чтобы пощадить гордость миссис Жилина. – Если вы откроете мне имя, я никому не сообщу об этом.
– Я вам уже сказала, – заявляет она тем же напряженным тоном. – Никого нет.
Прежде чем я успеваю ответить, у меня звонит телефон. Я машинально проверяю номер и вижу, что это рабочий номер Кати.
– Одну секунду, – говорю я миссис Жилина и подношу трубку ко рту. – Алло?
– Катя хочет встретиться с вами в офисе как можно скорее, – сообщает мне Дебра.
– Хорошо. Уже еду.
Я выключаю телефон и встаю, раздумывая, стоит ли пытаться еще раз надавить на миссис Жилина. Что бы Андрей ни выяснил о своем отце, он наверняка поделился информацией с Катей, а следовательно, я узнаю об этом через считанные минуты.
– Мне позвонила секретарь Кати. Я должен встретиться с Катей прямо сейчас. Вы абсолютно уверены…
– Абсолютно, – холодно заявляет миссис Жилина.