Расплата

Тирнан Кейт

«Не очень», — ответила я с улыбкой, — «не считая снега. Мне нравится снег, но папа не умеет водить по нему автомобиль. Он никогда не знал, как это делать. Поэтому даже в сильный снегопад, моя будущая монст-мачеха вынуждена вести. Если ее нет дома, мы застряли».

Вежливый смешок раздался от каждого, кроме Эвелин, которая общалась со своей жареной морковью. Сэм, Рут, Чарли и Бриджид продолжали расспрашивать меня о моей жизни. Как правило, они просто поддерживали вежливую беседу, не слишком вдаваясь в подробности. Эвелин многозначительно не произносила ни слова.

Я заметила, как все остальные косятся на нее, но, казалось, это не влияло на ее непоколебимый стальной внешний вид. Ей было неинтересно разговаривать со мной. Точка.

Я как раз заканчивала рассказывать им мелочи о папиной работе и моих бабушке и дедушке из Буэнос-Айреса, когда Эвелин внезапно подняла свою голову и сфокусировалась строго на мне.

«Как твой отец относится к этому ремеслу?» — произнесла она.

«Этому ремеслу?» — повторила я. «Вы имеете в виду Викка?»

«Имею в виду».

«Не думаю, что он радуется моей вовлеченности в нее», — честно ответила я. «Но на самом деле он ничего не знает о ней. Полагаю, он считает, что это временное сумасшествие нашей высшей школы».

«Временное сумасшествие вашей школы?»

«Большинство моих друзей состоят в моем ковене», — объяснила я, в ужасе хватаясь за свой серебряный прибор. «Папа лишь знает, что это то место, куда я хожу по субботам. Мы проводим круг друг у друга дома по очереди, несмотря на то, что я, вероятно, единственная, кто лишь приходит в гости. Зато я приношу закуски».

"Закуски — это хорошо," — сказа Сэм, кивая головой. "Ведьмы люьят закуски, особенно сладости".

«Значит, твой вклад в круги Викка — это закуски» — повторила она.

Вопиющее искажение моих слов с целью выставить меня дурой. Я не могла поверить в это. Настолько излишне это абсолютно жестокое поведение. Она была так невозмутима, передавая жаркое с подливом по кругу и жаля свою внучку до смерти. Я ощущала вокруг небольшие импульсы душевного волнения, которые остальные посылали мне. Это было мило с их стороны, но в действительности не влияло на болезненную реальность обстановки.

Затем, наряду с сигналами сочувствия появилось что-то еще. Беззвучное, но почему-то настолько очевидное для меня, будто кто-то кричал мне в ухо.

Что-то случилось.

Какого чёрта это было? Мороз пробежал по моему телу, как будто через мои вены пропустили ледяную воду. Я услышала скрип и треск ветра. Прежде, чем я осознала, что происходит, Чарли вскочил из-за стола и толкнул Бриджит.

"Рут!" — крикнул он, выбрасывая руку и указывая на неё. Бледно-белый луч энергии вышел из его руки и отбросил Рут к стене. В ту же скунду все огни в зале погасли, образовав облако электрических искр, люстра над нами отрвалась и рухнула на стол, разбив стекла и древесину. Обованые провода извивались над нами, всё ещё пульсируя током. Эвелин была уже на ногах, она подняла руку и вернула их в прежнее состояние. Другой рукой она погасила искры, исходящие из люстры. Стало темно, и только едкий запах дыма висел в воздухе.

"Все ли порядке?" — спросил Чарли.

"Я, да," — с дрожью в голосе ответила я. "Сэм тоже."

Эвелин

вытащила из буфета несколько с вечей и зажгла их. Я видела, что Рут была отброшена достаточно далеко, чтобы уберечь голову, однако ее руки до сих пор были слишком близко. Что-то свалилось на них, придавливая к столу. Бриджит находилась рядом с матерью, плача, она борматала заклинания, которые не производили никакого эффекта. Рут, похоже, перенесла много боли, чтобы говорить. Её лицо было в крошечных кровавых следах, вероятно от летевших в неё кусочков стекол.

Сэм присоединился к Чарли, который произнес короткое заклинание с целью, по всей видимости, превратить тяжелый, звякающий прибор в маленький и легкий, чтобы поднять. Они осторожно отодвинули его от Рут, стараясь не причинить еще большего вреда. Бриджид начала водить руками поверх рук Рут, очевидно пытаясь выполнить какую-то исцеляющую работу, но подошла Эвелин и дотронулась до ее плеча.

"Бриджит, иди заведи машину," — с казала она. "Её нужно отвезти в больницу. Чарли, ты сможешь её понести?"

Чарли кивнул и побежал за пиджаком.

«Думаю, мы должны обратиться в совет», — сказал Сэм. «Это зашло слишком далеко».

"Я знаю Сиккера," — услышала я свой голос. "Если я ему позвоню, он появиться здесь в течение нескольких часов".

Эвелин посмотрела на Сэма и на меня.

"Я думаю, вам лучше уйти," — сказала она. "Мы отвезем её в больницу".

Чарли вернулся как раз вовремя, чтобы уловить концовку разговора. Его брови поднялись, и его естественно радостное выражение лица сменилось пораженно раздраженным. У меня возникло чувство, что если бы ситуация не была бы настолько ужасной, он выступил бы в мою защиту. Но тогда было не время. Он наклонился и взял Рут на руки. Она тихо плакала от боли и страха, и я слышала, как он успокаивал ее, неся по коридору к двери.

Сэм, сраженный, как молнией, нашим несправедливым изгнанием, стоял там, уставившись на свою мать. Она резко развернулась на 180 градусов и последовала за Чарли вниз по коридору. Сэм обнял меня за плечи и вывел через парадную дверь. Мы стояли на крыльце и наблюдали, как Бриджид выехала с парковки и помчалась вниз по улице за пределы нашего виденья. Сэм быстро вытащил ключ из кармана и закрыл дверь.

"Ты уверена, что всё в порядке?" — спросил он.

"Я в порядке," — сказала я. "А как ты?"

"Это могло убить её," — сказал он, не ответив на вопрос. "Спасибо Богине, что Чарли быстро среагировал"

Мы сели в его машину. Мгновение Сэм просто сидел в кресле водителя, положа руки на руль, он был силшком напряжен, чтобы вставить ключ в замок зажигания.

"Мне показалось, что Эвелин рассердилась, когда услышала, что я хотела вызвать Сиккера," — сказала я. "Почему?"

"Не всем нравится Совет," — ответил он с тёмным выражением лица. Я почувствовала, что это было постоянным яблоком раздора. "Некоторые люди обижаются, что одна группа ведьм взяла бразды правления и суда в свои руки. Лично я думаю, что Совет делает хорошую работу. Мы могли бы воспользоваться их помощью".