Расплата
Шрифт:
– Конечно будет рада.
Сияющие кудри Долорес сияли так же, как золото на изящной шее. Женщина неспешно шла к ним. Долорес всегда считала своих детей самодовольными, высокомерными, но не считала, что это недостатки. Скорее отличительной семейной чертой. Долорес положила всю жизнь, чтобы эти двое всегда шли рука об руку, всегда поддерживали друг друга. В детстве их называли одаренными и невыносимыми, и теперь эти двое навеки застряли с непомерно завышенными стандартами. Долорес была требовательным родителем, и именно поэтому каждый из них знал по несколько языков, умел идеально преподнести себя публике и не менее умело и элегантно послать неугодных им.
–
– Увидеть своих детей и внуков. А не твоего поганца мужа. – Долорес усмехается и многозначительно косится на дочь. – Один его вид портит мне настроение.
– Мама. – Аделаида вздыхает и бегло осматривается в поисках Гуго. Она хорошо знала, как мама относилась к ее браку, к ее выбору супруга. «Этот скользкий мужчина мне никогда не нравился. Его личина скрыта за особняком и ехидным оскалом». Такие слова она услышала в день бракосочетания и естественно отнеслась к этому скептически.
– Ладно, – Долорес вскинула ладони. – Я больше и слова не скажу.
– Каждый раз начинаете и заканчивается с одного и того же места. – Себастьян тихо смеется и приобнимает сестру.
– Вы точно не репетируете пока меня нет?
– Если бы, я вижу маму не чаще тебя, – Аделаида пожимает плечами и грустно улыбается. – Я много раз предлагала ей переехать к нам. Дом большой, всем бы хватило места и дети будут рады тебя чаще видеть.
– Кстати о детях. – Долорес сводит тему переезда к минимуму, оглядываясь в поисках внуков.
Долорес безмерно любила своих детей и уже тем более внуков, но еще она любила свою свободу, тишину и уединение. Ей больше по душе было видеть детей во время уикендов, праздников или просто когда соскучилась по ним. Воспитав двух детей сама, она до сих пор хорошо помнила какой это тяжкий труд. Но Долорес успокаивала себя тем, что Аделаиде проще справляться, ведь рядом с ней какой никакой муж, да и целый штат персонала ей во всем помогает, облегчая ее жизнь.
Из-за закрытого окна угловой комнаты своего кабинета, Гуго наблюдал за весельем в нарядном, праздничном саду. Позади него вдоль стен тянулись полки, сплошь заставленные книгами по уголовному праву и юриспруденции. Негромко хмыкнув Гуго поднес хрустальный бокал к губам и отпил обжигающей жидкости.
– Семейка в сборе. – едко заметил мужчина, наблюдая за своей женой, ее братом и матерью.
Он не долго разбирался в их иерархии, кто во что вовлечен, кто за что отвечает и чем руководит. Гуго точно знал, что в их семейке всем верховодит именно Себастьян. Владение сетью крупных вип банков по всему миру, немалое состояние в виде недвижимости, здесь, в Испании и всем этим руководит исключительно Себастьян. Хотя может он так только думал, что разобрался во всем. Но что он точно знал, так то, что его женушка оставалась в стороне, не касаясь дел брата. То ли по собственной воле, то ли потому, что так решил Себастьян. В поле зрения Гуго появляется еще одно знакомое лицо. Вот, пожалуй, его он не мог терпеть даже больше, чем Себастьяна. Кас Каплан только что подъехал ко дому, оставляя машину у ворот среди прочих иномарок. И покинув авто присоединился к Аделаиде, Себастьяну и Долорес.
– Идиллия. – прошипел Гуго и скривил губы.
Кас являлся чем-то вроде консильери Себастьяна, а так же – самым верным и близким другом, второй головой. Именно Кас Каплан сопровождал Себастьяна во время всех важных деловых поездок, совещаниях, советовал ему. Касу было известно все
В сад выбегают дети. Габриэла и Даниэль без труда находят того, кого ждали еще с прошлого вечера. Ноги несут их сами навстречу к Себастьяну.
– Дядя! – детский звонкий голос Габриэлы слышно издалека, стоит ей только выбежать из под свод дома.
Себастьян вовремя оборачивается, для того чтобы присесть и поймать летящих к нему племянников. Сгребая детей в охапку он отрывает их от земли. Радостные улыбки детей заставляют и самого Себастьяна просиять. Пожалуй эти двое единственные, кто мог заставить его улыбаться искренне.
– Кто эти два взрослых представителя общества? – он смеется и крепче сжимает их в объятьях. – Неделю назад вы небыли такими большими. Чем вас здесь кормят?
– Мне кажется, эти сорванцы растут по часам. – слегка с хрипотцой голос Каса раздается со стороны, и мужчина перехватывает с рук Себастьяна Даниэля. – Ну что, сколько вам сегодня, напомните мне, шестнадцать, верно?
Ответом ему служит озорной смех Габриэлы. Девочка застенчиво хлопает глазками и смотрит на маму.
– Твои расчеты не верны. – Даниэль скрупулёзно загибает пальцы на руках Каса отсчитывая шесть.
– Сегодня нам шесть.
– Шесть? – сквозь смех переспрашивает Себастьян. – Ты слышал, твои расчеты не верны. – обращаясь к Касу Себастьян хлопает его по плечу. – Ну раз вам сегодня уже шесть лет, у меня для вас есть особенные подарки.
Себастьян аккуратно спускает племянницу с рук. Кас следует его примеру. Дети переминались с ноги на ногу, в ожидании пока дядя достанет подарок. Увидев как Себастьян достал откуда-то из внутреннего кармана пиджака небольшую, темную коробочку глаза Габриэлы заблестели. От нетерпение и предвкушения девочка запрыгала на месте хлопая в ладоши. Даниэль, в отличии от сестры был более скуп на эмоции. Чем сильно отличался от Габриэлы. Его сильными сторонами были вдумчивость и остроумие, и эти качества довольно явно проглядывались в его шесть лет. Это замечали и подмечали все, кто провел с детьми дольше десяти минут. Габриэла была ребенком, которому палец в рот не клади, откусит. Она схватывала все на лету и могла убедить взрослого в чем угодно, если этого хотела. Ее отличительной чертой было искусное манипулирование и изумительная красота. Себастьян не раз подмечал, что Габриэла будет искусной разбивательницей мужских сердец. Габриэла раз за разом удивляла его своими речами. Когда племянники гостили у него, Габриэла поздно вечером вышла из комнаты и пришла к нему с Касом в гостиную. Сев напротив Каса в кресло и сложив руки в замок на коленях, Габриэла сказала, что не может уснуть. А на вопрос почему, ответила, что ее мучает вопрос о том, если у Каса возлюбленная. Себастьян тогда чуть виски не подавился. А получив на свой вопрос отрицательный ответ, Габриэла с тех пор Касу глазки строит.
– Это то о чем я думаю. – Габриэла приподнялась на носочках, стараясь разглядеть что же там у дяди.
Себастьян осторожно открыл коробочку. На подушечке красовались две украшения в виде птицы – феникса. Два идентичных украшения выполненных вручную и на заказ переливались в лучах солнца.
– Этот медальон твой. – Себастьян указывает на феникса, что прикреплен к цепочке. – А этот значок-фрачник твой Даниэль. Его ты прикрепишь к лацкану пиджака.
– Какой красивый. – Габриэла маленькими пальчиками коснулась красного камня, что служил глазом феникса. – Он очень яркий. Наверно рубин.