Расплата
Шрифт:
Короче работать с ней кандидатов почти не осталось. Ну тут Марат мимо ходом и упомянул, что у него, мол, есть отличный спец по таким ситуациям, где чувства отключать уметь надо, чтобы работать не мешали. А у киборга, как известно, все гораздо проще. Чувства, как эмоция, напрочь отсутствуют. Слово за слово они и решили пригласить Дана.
Марат искренне сомневался в желании Холодова работать на сторонних людей, но и препятствовать бы не стал. К тому же деньги выходили очень хорошие. А киборг на удивление быстро согласился. На том и порешили, и вот уже пару недель от него ни слухом
Парой вежливых фраз закончив наконец пространный, нескончаемый поток бессмысленной речи, мужчина решительно двинулся на другой конец зала, очень тихо достиг нужной точки и мягко обвил руками, увеличившуюся в объеме талию. Ощущение округлившегося живота пробудило невероятные эмоции.
Это была их вторая беременность, второй ребенок, а ощущения такие, будто переживаешь все заново. Марат с нетерпением ждал первого толчка. Непременно собирался присутствовать на родах и встретить их малышку в первых рядах. Последнее узи показало, что внутри спряталась девочка, наверное такая же упрямая и своенравная как и мать.
— Марат! — Аня обернулась к нему, и капкан рук на ее спине сомкнулся. — Я думала у тебя очень важный разговор. Не хотела мешать.
Какая же она глупая. Его малышка.
— Ты бросила меня одного на растерзание этого старикашки! — шепнул он в маленькое ушко. — Придется тебя наказать.
Аня захихикала, а он еле сдержался, чтобы у всех на глазах не чмокнуть ее в пушистую макушку.
— А где Слава?
Женщина обернулась в поисках сына, а Марат вспомнил себя в тот момент, когда ему с непоколебимым, стальным блеском в глазах объявили имя первенца. Насмешка судьбы! Да уж! Похоже он действительно все это заслужил. И то что его любимый старший сын назван в честь мелкого паршивца и друга семьи незыблемого Славика, чтоб ему пусто было.
— Не волнуйся, — попытался он успокоить девушку. — За ним смотрит охрана. Я выделил семь лучших людей. Плюс тамошние безопасники тоже на уровне. Внутрь никто левый не проскочит. Я все проверил.
— Хорошо, — кивнула она.
Ее доверие было для него лучшей наградой. Марат не удержался и прислонился губами к мягким прядям, вдохнул сочный, сладкий аромат весенней листвы и почувствовал себя дома. Он столько лет был один, столько скитался, столько боролся, выживал и забывал про боль, радость, удовольствие. И теперь наконец-то у него был свой собственной дом, где его любили, ждали, поддерживали. Ни с чем несравнимое чувство, за которое Марат был готов заплатить собственной жизнью.
— Не пора ли нам домой? — поинтересовался он, незаметно поглаживая плотный, округлый животик супруги.
— Можно еще немного? — попросила она.
Марат кивнул, но пост свой не покинул, оставаясь рядом так близко, как это возможно, готовый защитить, закрыть собой, если понадобится. Потому что само ее существование рядом кажется призрачным сном, который вот-вот закончится.
На ее тоненьком пальце, блестящее в свете софитов, красовалось изящное кольцо. Марат вспомнил, как делал предложение. На одно колено конечно не вставал. Слишком пафосно и наигранно. Как дрожали руки, когда доставал коробочку. И
Марат тогда второй раз в жизни поседел. Пока ждал, пока метался в муках. Пока обдумывал варианты того, что делать при отказе. Конечно смиряться он не собирался. Но и действовать силой не вариант. Для него больше не вариант. Слишком любит. Слишком дорожит. Слишком ценит.
А потом девчонка в какой-то момент изменилась, даже смотреть по другому стала. Несколько дней ходила как в воду опущенная. А под конец еще и сбежала, к маме. Как говорится, в лучших традициях российских мыльных сериалов. Благо что вернулась в тот же день. Иначе Марат… Глупостей бы точно натворил.
Он уже представлял наихудший расклад. Но она удивила вновь. Взяла и согласилась. И после их отношения покатили как по накатанной. Практически никаких ссор, разве что по поводу ресторана в котором собирались обедать или места для будущего отдыха. На этом все и закончилось или вернее началось.
Под колесами машины тихо шелестел гравий. Пробыв на мероприятии еще полчаса, они все же засобирались. Аня почувствовала себя хуже, да и Слава устал от шума, толкотни и чрезмерного внимания. Шустрого, непоседливого мальчишку с каштановыми волосами и черными, как ночь, глаза обожали все, кто хоть раз имел возможность его лицезреть.
Маленький демоненок уже сейчас, в свои шесть, подавал замашки заправского ловеласа и беспрекословного лидера. Что из него вырастет? Оставалось лишь догадываться и запасаться успокоительными. Парень обещал попить не мало кровушки своих родителей.
С мероприятия он возвращался в отдельном автомобиле, в окружении вооружений до зубов охраны и собственной нянькой мужского пола. Женщинам Марат не доверял. Потому что дьяволенок окучивал их за раз и вертел ими как хотел. Поэтому для присмотра за сорванцом выбрал одного из своей охраны. Семейного человека с тремя детьми преимущественно мальчиками. Который умел задать правильный тон и не спускал мелкие шалости.
Аня сидела рядом, немного клевала носом и готова была заснуть в любой момент. Маленькие пальчики мягко перебирали складки его рубашки, замирали время от времени и снова возвращались к увлекательному занятию.
— Поспи, — предложил он, не в силах смотреть, как супруга стойко сражается с обволакивающей ее сонливостью. — Ты плохо спала ночью. Отдохни.
— Скоро приедем, — пожаловался она.
— Ничего. Я отнесу тебя в кроватку.
Усмехнувшись, он чмокнул ее в нос.
— Знаю я, чем это заканчивается!
Марат глухо рассмеялся, не в силах спорить с очевидным. Маленькие пальчики переместились выше, мягко коснулись шеи и утонули в жестких, мужских волосах.
— Седины стало больше, — трогательно заметила она и в очередной раз поборола приступ зевоты. — Тогда, в Америке, было меньше.
Сердце Марата остановилось, а девушка, не заметив перепада в его настроении, продолжила:
— Мы добавляем тебе хлопот.
— Какая ерунда, — железная выдержка не подводила даже в такие моменты. — Спи, моя любимая. До дома еще есть время.