Расплата
Шрифт:
– Это новый клуб, лейтенант, – ответил сержант. – Открылся два-три месяца назад.
– Ты знаешь его?
– Я там никогда не был, – сказал Полник с ноткой сожаления в голосе. – Но говорят, у них есть бабенка с объемом груди сто пять сантиметров. Если она немного поднатужится, то может порвать любой бюстгальтер.
Я с недоверием посмотрел на него. Потом понял, что у меня нет оснований подозревать сержанта во вранье.
– Этот Амой бывал здесь? – спросил я у Росса.
– Никогда! – Он энергично тряхнул головой. – Мадам этого не допустила
– Вы никогда его не видели?
– Нет, сэр.
– Хорошо. Большое спасибо, Росс!
– Это то, что вам нужно, лейтенант, я твердо убежден, – заявил он. – Очень хочу, чтобы его арестовали. Я, несомненно, потеряю место, но наказание убийцы мисс Алисы для меня важнее, чем честь семьи.
Он повернулся и вошел в дом, бесшумно закрыв за собой дверь.
Мы забрались в мой “остин-хили”.
– Как вы думаете, он не врет? – пробурчал Полник.
– Я думаю, что это сделал дворецкий.
– Да? – Его лицо осветилось. – Я того же мнения.
Как только мы выехали на дорогу, ведущую к городу, я дал полный газ. Полник всю дорогу сидел зажмурившись, словно моя манера водить автомобиль внушала ему дикий страх.
Я остановился перед офисом шерифа, и только тогда Полник решился открыть глаза.
– Ты сойдешь здесь, а я скоро вернусь.
– Хорошо, лейтенант, – с сожалением вздохнул он. – Эй, лейтенант!
– Что еще?
– Он воображает себя хитрецом, этот дворецкий, – сказал он неприязненно. – Амой, о котором он говорил, это же аноним, а?
– Что?
– Ну, это не настоящее его имя.
– Ты хочешь сказать, псевдоним?
– Да! Росс вообразил, что вы будете искать человека, которого даже не существует, а настоящий преступник тем временем спокойно смоется. Понимаете, лейтенант?
– Вполне возможно, – сказал я, не двигаясь.
– Но не на тех напали! – уверенно заявил Полник. – Вы вернетесь туда и арестуете этого вруна за предумышленное убийство, а? У него голова не варит, я это понял сразу же.
– Сразу?
– Он принялся с ходу врать. Они все одинаковые, эти типы. Они не могут говорить правду, даже когда им ничего не грозит.
– Продолжай. – То, о чем он говорил, начало меня интересовать.
– Помните, лейтенант, когда он произнес “мадам в салоне”? Я хорошо оглядел комнату, когда мы там были.
– Ну и что?
– Никаких кистей и красок! – торжествующе воскликнул он.
Глава 3
Клуб “Уединение” занимал первый этаж старого здания в центре города. Его украшала красная неоновая вывеска. У входа стоял швейцар в адмиральской форме. На моих часах было 3.30. Я взглянул на них, поравнявшись с “адмиралом”, который успокоил меня, сказав, что клуб работает всю ночь и еду подают в 6.30 утра.
Я остановился в баре. Это был первый зал, который оказался на моем пути.
Забравшись на табурет,
Что-то вроде удовлетворения заставило меня повернуть голову, чтобы рассмотреть часть бара, отделенную от меня полуоткрытой занавесью. Некая личность женского пола, исполняя песни, добралась до самой высокой ноты своего регистра. Судя по шуму, производимому зрителями, Полник ничего не придумал.
Я прикончил стаканчик и встретился взглядом с барменом, который смотрел на меня с тем же “энтузиазмом”, что и при моем появлении.
– Где я могу найти Дюка Амоя? – спросил я у него. Он схватил стакан и принялся энергично протирать его салфеткой, на которую я предпочел не смотреть.
– Кому нужен Дюк Амой? – поинтересовался он.
– Подходящий вопрос, честное слово! А вы его мамаша?
Его брови собрались у переносицы.
– Вы шутник, да?
– Нет, я – из полиции, – ответил я и предъявил жетон.
– Он должен быть в своем кабинете…
– Где это?
– За сценой. На двери есть табличка “Вход воспрещен”. Что-то случилось?
– Просто у меня есть желание нанести ему визит вежливости.
– Полицейский с визитом вежливости? – Он не без иронии улыбнулся. – Чего только не бывает! – Поставив стакан, который он только что протирал, от чего тот не стал чище, он добавил:
– Может быть, что-нибудь возьмете перед визитом к боссу? За счет заведения!
– Нет, спасибо.
Я слез с табурета и прошел в зал, который был почти полон, хотя в темноте было плохо видно. На сцене одинокий пианист колотил по клавишам, издавая что-то похожее на Гершвина. Я прошел перед ним, отыскал дверь с табличкой “Вход воспрещен”, постучал и вошел.
В комнате были двое – мужчина и женщина. Современный Эдем с гарнитуром светлого дерева и огромным диваном посередине. Судя по их физиономиям, когда они оторвались друг от друга, я был для них хуже змеи.
– Кто вам позволил сюда входить? – завопил мужчина. – Вон отсюда!
На даме был бюстгальтер, черные трусики и черные чулки. Она была рыжей, и объем ее груди в сто пять сантиметров при желании можно было обмерить. Когда ее груди приходили в движение на вдохе и выдохе – от этого зрелища невозможно было оторваться.
– Скандал! – закричала она. – Такого еще в моей жизни не бывало!
– Это оттого, что вы не жили, мой ангел, – ответил я.
– Я вам велел убираться! – снова прокричал мужчина. – Хотите получить пинок под зад? – – Будьте благоразумны с полицейским, – посоветовал я. – Они, может быть, и не очень крутые, но их много.
– С полицейскими? – повторил он растерянно. Я сунул ему под нос жетон, и это, похоже, произвело на него впечатление.
– Прошу прощения, – пробормотал он. – Но, знаете, половина посетителей, приходящих сюда, воображают себя хозяевами заведения, если выпивают пару мартини.