Распинатель
Шрифт:
— С какой стати тут взялся капитан? Он же никогда не выезжает на место преступления. Он знает жертву?
— Я знаю не больше тебя, но, по-моему, вряд ли, ее вообще трудно узнать. — Реплика Карлоса заставила Роберта поморщиться от неприятного предчувствия.
— Значит, это труп женщины?
— Женщины, если можно так выразиться.
— Что с тобой, малец? Ты как будто не в себе.
— У меня все нормально, — заверил его Карлос.
— Его пару раз вырвало, — прокомментировал Питер с новой ухмылкой.
Роберт минуту глядел на Карлоса. Он знал, что тот не в первый раз видит убийство.
— Кто нашел
— Кажется, это был анонимный звонок в 911, — ответил Карлос.
— Ну, отлично, опять аноним.
— На, возьми мой, — сказал Карлос, передавая Роберту фонарь.
— Дать тебе с собой бумажный пакет? — пошутил Питер.
Роберт не обратил внимания на его шутку и задержался на несколько секунд, чтобы осмотреть дом снаружи. Входной двери не было. Большей части деревянных панелей с передней стены не хватало, и сквозь оставшиеся доски пола проросла трава, из-за чего прихожая была похожа на лужайку. По крошкам отшелушившейся краски на полуразваленных подоконниках Роберт понял, что дом когда-то был выкрашен в белый цвет. Было очевидно, что там уже давно никто не жил, и это не понравилось Роберту. Тот, кто убивает в первый раз, не утруждает себя поисками заброшенного места, чтобы совершить убийство.
Слева от дома стояли трое полицейских, обсуждая вчерашний футбольный матч, все трое держали по стакану дымящегося кофе.
— Где бы и мне такой раздобыть? — спросил Роберт, показывая на стакан.
— Я тебе принесу, — ответил Карлос. — Капитан в дальней комнате слева, в конце коридора. Я туда и принесу.
— Тяжелая работка, парни? — крикнул Роберт троим полицейским, которые равнодушно оглянулись на него и продолжили обсуждать игру.
В доме стоял странный запах, смесь гнилого дерева и канализации. В первой комнате смотреть было не на что. Роберт включил фонарь и вышел через дверь в дальнем конце в длинный и узкий коридор, который вел к другим четырем комнатам, они располагались по две с каждой стороны. Молодой полицейский стоял у последней двери слева. Идя по коридору, Роберт быстро заглянул в каждую комнату. Он не увидел там ничего, кроме паутины и старого мусора. Из-за скрипучих досок пола дом казался еще более зловещим. Когда Роберт подошел к стоявшему на страже полицейскому, его пробрал неприятный холодок, как это бывало на каждом убийстве. Холод смерти.
Роберт достал значок, и полицейский шагнул в сторону, пропуская детектива.
— Проходите!
На столе у самой двери Роберт нашел обычный полиэтиленовый балахон с белыми бахилами и капюшоном. Рядом с ними стояла коробка с перчатками. Роберт облачился и открыл дверь, чтобы лицом к лицу встретить свой новый кошмар.
Когда он вошел в комнату, от жуткого зрелища, представшего перед ним, у детектива перехватило дыхание.
— Боже мой, — пролепетал он.
5
Роберт стоял в дверях большой двойной комнаты, освещенной только бегающими лучами двух фонарей — капитана Болтера и доктора Уинстона. Как ни странно, эта комната была в заметно лучшем состоянии, чем остальные. У Роберта все похолодело внутри, когда он остановил взгляд на том, что находилось перед ним.
Прямо напротив двери, примерно в метре от противоположной стены, на двух параллельно установленных деревянных шестах висело нагое женское тело. Руки широко раскинуты,
— Господи боже!
Рой мух непрестанно кружился вокруг ее тела, издавая неослабное жужжание, но к ее лицу они не подлетали. К ее лицу, с которого была ободрана кожа. К бесформенной массе мышечной ткани.
— А, Роберт, все-таки решил появиться! — Капитан Болтер стоял у дальней стены рядом с доктором Уинстоном, главным судмедэкспертом.
Роберт смотрел на женщину еще несколько секунд и затем обратился к капитану.
— С нее содрали кожу? — спросил он, стоя в дверях, в его голосе прозвучал оттенок неверия.
— Живьем… с нее содрали кожу живьем, — спокойно уточнил доктор Уинстон. — Она умерла только через несколько часов после того, как с ее лица сняли кожу.
— Вы смеетесь, наверное!
Роберт рассмотрел безлицую женщину. Из-за отсутствия кожи ее глаза выпирали из глазниц, и казалось, будто она таращится прямо на него. Челюсть провисла, и рот был открыт. Зубов там не было.
Роберт прикинул, что ей должно быть не больше двадцати пяти. Ноги, живот и руки подтянутые, было видно, что она явно заботилась о своей внешности. У нее были золотисто-пшеничные волосы, прямые и длинные, спадавшие до середины спины. Роберт не сомневался, что при жизни она была очень привлекательной.
— И это не все. Посмотрите за дверью, — сказал доктор Уинстон.
Роберт вошел в комнату, закрыл дверь и несколько секунд смотрел на нее, не понимая.
— Зеркало? — сказал он, вопросительно глядя на собственное отражение.
Он отошел в сторону, и в зеркале возникло тело женщины.
— Господи! Убийца заставил ее смотреть. Ее тело находится прямо перед зеркалом.
— Похоже на то, — согласился доктор Уинстон. — Видимо, она провела последние часы жизни, глядя на себя — обезображенную, это была не только физическая пытка, но и моральная.
— Зеркало не отсюда… — сказал Роберт, осматривая его. — Не из этой комнаты. С виду оно совершенно новое.
— Зеркало и деревянные шесты были установлены здесь специально, — подтвердил доктор Уинстон.
Дверь распахнулась, и вошел Карлос со стаканом кофе.
— Держи свой кофе, — сказал он, передавая его Роберту.
— Пожалуй, не надо, у меня что-то сегодня с желудком, и вообще я уже совершенно проснулся, — ответил Роберт, жестом отпуская его.
Капитан Болтер и доктор Уинстон оба покачали головами, показывая, что им тоже не хочется кофе. Карлос открыл дверь и выглянул в коридор.
— Держите, — сказал он молодому полицейскому, стоявшему снаружи. — По-моему, вам не помешает выпить горячего.
— Уф! Спасибо, сэр. — Полицейский удивился.
— Ерунда.
Закрыв дверь, Карлос подошел к жертве вместе с Робертом. Едкий запах заставил Роберта закрыть нос рукой. Женщина стояла коленями в луже мочи и фекалий.
— Ее продержали привязанной к этим столбам несколько часов, может быть, даже целый день. В туалет ее никто не водил, — объяснил доктор Уинстон, показывая на пол.