Распинатель

Картер Крис

Они дошли до служебного входа на южной стороне здания, и Крис набрал шестизначный код на электронной клавиатуре. Толстая металлическая дверь с жужжанием отворилась.

— Подожди здесь, я сейчас вернусь, — сказал он и быстро исчез внутри здания, оставив озадаченного Калхейна стоять снаружи.

Меньше чем через минуту Крис появился снова, держа в руках белый халат судмедэксперта.

— Надень, должен подойти. Это самый большой, который я смог найти.

— Что это еще за шутки?

Крису было

совсем не нужно, чтобы кто-нибудь узнал, как он впустил в отдел постороннего человека, не записавшегося у главной стойки, даже если этот посторонний был полицейским. Он провел Калхейна по пустому нижнему коридору сквозь несколько тяжелых распашных дверей, и они поднялись по лестнице на второй этаж. Калхейн ходил по этим коридорам чаще, чем ему хотелось бы помнить. Его до сих пор от этого подташнивало. Калхейн никогда бы не признался, но он был рад, что идет не один. Они дошли до последней комнаты в конце зала.

После каждого вскрытия тела помещали в холодильную камеру для хранения трупов, которую все в отделе звали «большой холодильник». В стеллаже у западной стены хватало места, чтобы вместить более пятидесяти тел. Калхейн и другие детективы из отдела по борьбе с наркотикам имели собственное название для этого помещения — «соты смерти».

Крис запер дверь за собой, чтобы им никто не помешал, и подошел к компьютерному столу в дальнем конце комнаты.

— Ладно, давай попробуем поискать… Это мужчина, женщина? — спросил он, не теряя времени. Чем быстрее он отвяжется от Калхейна, тем лучше.

— Женщина.

— Белая, черная?

— Белая, блондинка, голубые глаза, стройная и очень привлекательная.

Крис робко улыбнулся Калхейну.

— Ладно, с какой даты искать?

— Давай с прошлой пятницы.

Крис автоматически посмотрел на часы.

— Это у нас будет… первое июня, верно?

— Верно, верно.

— Ладок.

Крис впечатал данные и нажал кнопку. Ушло меньше пяти секунд, чтобы компьютер ответил.

— Да, есть шестнадцать результатов, знаешь ее имя?

— Да, Дженни Фарнборо, но я уверен, что оно у тебя не значится.

Глаза Криса быстро просмотрели список.

— Да, ты прав, ее нет.

— Какие-нибудь неопознанные женские тела?

Крис проверил список снова.

— Есть четыре.

— Пошли проверим.

После нескольких щелчков мышью они получили распечатку.

— Ладно, пошли посмотрим, — сказал Крис, подходя к холодильным камерам.

Они остановились перед дверцей с номером C11, первой в списке. Им понадобилось немногим более пяти минут, чтобы просмотреть все неопознанные трупы. Дженни Фарнборо среди них не было.

— Это все? Я имею в виду, здесь еще есть где-нибудь холодильные камеры? — спросил Калхейн.

— Да, есть еще одна в подвале, но у меня нет к ней доступа, — ответил Крис.

— В

каком смысле нет доступа, почему это?

— Это закрытая зона.

— С какой стати в экспертно-криминалистическом отделе есть закрытая зона?

Крис был только счастлив объяснить кое-что, чего не знал даже лос-анджелесский детектив.

— Бывают опасные случаи — радиация, отравление, высокий риск заражения, всякое такое. Тогда аутопсию производит в закрытой зоне лично главный судмедэксперт.

— А ты знаешь, есть ли там сейчас какое-нибудь тело?

— Доктор Уинстон работал над вскрытием чуть ли не с утра. Труп так и не подняли в эту комнату, так что я уверен, что он все еще там.

— Но ведь в конце концов его должны перевезти в соты?

— В соты? — Крис нахмурил брови.

— Сюда… в холодильник, — пояснил Калхейн с оттенком раздражения.

— Нет, у той комнаты свой холодильник. Труп может оставаться там до скончания времен. — После ответа Криса раздражение детектива только увеличилось.

— Ты уверен, что туда нельзя попасть?

— Никаких шансов, только у доктора Уинстона есть ключ, а он постоянно держит его при себе.

— А другого способа нет?

— Нет. Дверь с сигнализацией, и видеокамера на стене. Без приглашения туда не попадешь.

— Сколько там тел?

— Мне известно только об одном.

— У тебя нет его фотографии или каких-нибудь данных в компьютере?

— Нет, все, что имеет отношение к делам, которые идут в закрытую зону, доктор Уинстон держит там же. Их даже не вводят в главную базу данных, пока сам доктор с ними не закончит. В общем, даже если бы у меня была фотография тела, я не думаю, что это тебе помогло бы.

— Это почему же?

— Ну, был слух, что его нельзя узнать, что-то насчет того, что у него нет лица.

— Что? Как это?

— Так уж я слышал.

— Без головы?

— Я не уверен, я только слышал, что у тела не было лица. Может, его отстрелили из ружья. Такие случаи бывали, — сказал Крис, качая головой.

Марк Калхейн на минуту задумался о том, в какой он оказался ситуации. По его мнению, шансы, что единственное тело в закрытой зоне принадлежало именно Дженни Фарнборо, были весьма скудными. Он не видел смысла копать глубже.

— Спасибо, Крис. Сделай мне одолжение, последи, не появится ли труп, подходящий под описание, которое я тебе дал, и, если что-нибудь будет, дай мне знать, это важно.

Калхейн передал Крису свою визитную карточку.

Крис несколько секунд смотрел на нее.

— Конечно, рад помочь лос-анджелесской полиции.

— Пойду-ка я, пожалуй. Не возражаешь, если я выйду через ту же дверь, в которую мы вошли?

— Это мне подходит. Мне нужно будет спуститься с тобой, там кодовый замок.