Раскол
Шрифт:
– Да… я знаю, где она.
– Удалось ответить друиду. Он снова увидел дикое безжалостное выражение Нелтариона, заставившее его похолодеть.
– Но я боюсь, что мы не в состоянии забрать ее у него.
– Но мы должны, - сказал Крас, кивнув, понимая беспокойство Малфуриона.
– Но мы должны… независимо от того, чего нам это будет стоить.
5
Нежные руки касались лица Иллидана, поскольку они обмывали его сожженную, частично утраченную плоть. Аромат лилий и других цветов доносился до его носа. Наконец он пошевелился, очнувшись
Но когда он полностью пришел в сознание, его мир внезапно заполнился невыносимым видом разноцветных, неистовых энергий. Задыхаясь, колдун коснулся своими руками места, где были его глаза, теперь там не было даже век, чтобы прикрыть их. Но даже это не помогло сдержать циркулирующие энергии и постоянно меняющиеся цвета, почти сводившие с ума. Это был подарок Саргераса, демонический, магический вид мира.
Тогда, Иллидан Ярость Бури припомнил слова Ронина, волшебника человека. Сосредоточься, так часто настаивал могущественный чародей. Сосредоточься и все само придет к тебе. Это ключ…
Сдерживая начинающуюся боль, Иллидан попытался воспользоваться советом. Это было практически невозможно, сначала, был бесконечный хаос, слишком много для простого смертного как он, чтобы контролировать это.
Но, с той же самой решительностью, которая так быстро продвигала его наверх среди Лунной Стражи, Иллидан заставил все это выстраиваться в определенной последовательности. Цвета начали приобретать нормальный вид, энергии лились правильно с определенной целью. Из естественных энергий начали формироваться очертания всех вещей, живых и безжизненных.
Он понял наконец, что лежит на мягкой кушетке, ее ткань была столь гладкой и мягкой, что почти не чувствовалась. Рядом с ним стояли три фигуры, все женщины, как понял Иллидан. Чем больше близнец сосредотачивался, тем подробнее он мог видеть детали. Все ночные эльфийки, они были молоды, изящны и одеты в богатые, но очаровательные платья.
Появилось больше отличительных особенностей, когда он устремил взгляд на ту, что мыла его раны. Иллидан ощущал серебряный цвет ее волос, который не был естественным и кошачий вид глаз. По правде говоря, его восприятие было более острым чем когда-либо. Колдун мог прочитать мелкие изменения в прядях ее волос. Он мог чувствовать уровень силы, которым владела каждая из этих Высокорожденных, и знал, что все трое, что мыли его раны, безусловно, были очень сильны. Но даже тогда, их навыки по сравнению с его были ничем.
Главная служанка обратилась первой. Отложив влажную ткань, она что-то достала, с помощью окружающих энергий Иллидан знал, что это был шелковый шарф цвета янтаря.
Цвета его потерянных глаз.
– Это для вас, господин волшебник…
Он точно понял, для чего он был нужен. Это новое, более острое зрение на мгновение заставило его забыть, как он должен был выглядеть для остальных. С поклоном как для Лорда Гребня Ворона, Иллидан принял шарф и обернул его вокруг места, где были его глаза. К его удивлению, повязка ни сколько не мешала его новым способностям.
– Так намного лучше, - бормотала женщина.
– Вы должны выглядеть как можно лучше для королевы ...
– Спасибо Ваши… - внезапно
– Пока ты и остальные можете быть свободны.
Ваши замолчала, затем, кланяясь, она и две другие вышли из палаты.
У Иллидана захватило дыхание, когда он обратил свои чувства на королеву. Блестящее сияние окружало Азшару, серебряный свет он признал как признак силы, которой она обладала. Иллидан закрыл бы глаза, если б мог. Хотя Азшара была любима всеми ее подданными, некоторые, такие как он, предполагали, что ее навыки в искусствах были незначительны. Он всегда полагал, что для колдовства ей требовалась сила Высокорожденных. Иллидан задавался вопросом, понимал ли даже покойный Лорд Ксавий или прежний Капитан Варо'тен, насколько опытной была их королева.
– Ваше величество. Спустившись с кушетки, колдун встал на одно колено.
– Пожалуйста,… поднимитесь. Нет никакой необходимости соблюдать формальность, когда мы наедине.
Каким-то образом, незаметно для Иллидана, она подошла к нему вплотную. Королева направилась с ним назад к кушетке.
– Пусть нам будет более удобно, мой дорогой волшебник.
Когда они сели, Азшара наклонилась к близнецу Малфуриона. Ее прикосновение разожгло огонь в его душе. Само ее присутствие охмеляло.
Или гипнотизировало? Иллидан изучил ее.
Свет вокруг Азшары усилился так сильно, что даже перешел на него. То, как Иллидан упустил это, говорило о многом в правлении королевы.
Даже зная об этом, все, что он мог сделать, это быть пораженным ею.
– Я была больше всего впечатлена вами, Иллидан Ярость Бури! Столь умен, столь могущественен! Даже наш Лорд Саргерас видит это, иначе, зачем он даровал вам такой дорогой подарок?
– Длинные, тонкие пальцы ласкали повязку.
– Такая досада, потерять красивые янтарные глаза, еще… я знаю, это причинило сильную боль…
Ее лицо было соблазнительно близко к нему и в этот момент было невозможно отказаться от этой близости.
– Я, я вытерпел это, ваше величество.
– Пожалуйста! Для вас я просто Азшара… - Ее пальцы перешли от глазных впадин к остальной части его лица.
– Такое красивое лицо!
– Она коснулась его плеча, отодвинув часть одежды.
– Столь силен… и со знаком Великого также!
Нахмурившись, Иллидан, мельком взглянул туда, где лежала ее рука.
Замысловатый узор темных татуировок окутал его плечо. Под ними ночной эльф ощущал хорошо спрятанную таинственную магию, магию Саргераса пронизывающую его плоть. То, что он не почувствовал этого до сих пор, ошеломило Иллидана. Быстро взглянув на другую сторону, колдун увидел, что там был отмечен похожий узор. Саргерас действительно сделал Иллидана созданием Легиона.
Забыв на время о королеве, брат Малфуриона осторожно коснулся одного. Тут же он почувствовал волну энергии. Она струилась в нем. Его тело излучало древнюю энергию, которая черпалась, как он знал, из Источника. Он понял, что хозяин демонов усилил его способности, отметив его.
– Действительно вы одобрены им… и, таким образом, одобрены мной, - прошептала Королева Азшара, снова приблизившись.
– И есть много всего, что я могу вам предложить, что даже он не может ...
– Простите за это несвоевременное вторжение, Свет Огней, - почти прорычала фигура в двери.