Шрифт:
– Добрый день, мистер Лапин! Это Френк Гир, вам должен был насчёт меня звонить полковник Грачев…
– Да-да, припомнил! Честно сказать, не очень перевариваю всяких корреспондентов, но если сам товарищ полковник попросил…
– О, я не корреспондент, я скорее писатель. Создаём книгу «Как мы выжили», и для вашей истории там будет отдельная глава. Итак, начнём с того, как вы попали в Балканскую колонну.
– Да как попал… Случайно. После армии шоферил
– Вспомните, как всё начиналось, мистер Лапин.
– Да как и у всех. Телевизор смотрели, в курилке трепались. Ржали, конечно – говорили, нашли чем испугать, насморком китайским. Да у нас от похмелья в день больше помирает, чем у них за всю эту эпидемию. Если кто в маске шёл – говорили: ты ещё презик на башку натяни, чтобы уж наверняка. Шуточек много всяких было. Кто-то на памятник Ленину маску натянул, кто-то на туалетной кабинке написал «входить строго по одному»…
– Но как, мистер Лапин? Вы же говорите, Военно-медицинская академия, там опытные врачи, серьёзные специалисты, неглупые же люди!
– Я-то врачей этих сначала и в глаза не видел. Мы ж по хозяйственно-складской части работали, по обеспечению гарнизонов, по закупкам, по приёму грузов. Обычная шофёрская бодяга, только в погонах. Но смеялись недолго. Приказ пришёл – соблюдать меры, носить эти маски чёртовы, руки протирать. Выдали нам и маски, и пузырьки, и брызгалки для рта. Пару уколов сделали. Мужики плевались, конечно. Но когда нарушителей стали рублём карать – притихли. А кто-то и без должности остался, такие дела.
– Вы в тот момент имели доступ к какой-то информации, которая не разглашалась для гражданского населения?
– Особо новостей таких не было. Как-то раз целый день возили полевые палатки на брошенный полигон. Палатки, печки, дрова… Там сгружали, а зачем – бес его знает. Судачили про чумной лагерь. Еще друг такую залепуху рассказывал – вёз он непонятные длинные пакеты, целый Камаз. На разгрузке пакет порвался, а из него какие-то твёрдые картонки выпали с острыми углами. И вот как их не сложишь – гроб получается. Ну, ты
– Говорите, у вас был простой хозяйственный гараж, но как вам удалось попасть в Балканский конвой?
– Ты не гони коней, корреспондент, ты послушай. Когда первые борта в Европу пошли, меня там и рядом не валялось. Элита шла, спецы, даже за рулём военмед не ниже капитана. Мне один умный майор сказал, что толк от той суеты сомнение вызывал. Вакцины-то ещё не было, а итальянскую богадельню раствором побрызгать – подвиг небольшой. Другой вопрос – посмотреть обстановку, изучить, взять пробы…
– То есть, ваши военные медики занимались, по сути, шпионажем?
– Да помилуй, где там шпионаж! Всё лежит перед глазами – бери да смотри. Исследование было, полевая научная работа, вот так скажу. И не зря, думаю. После Китая и Италии по другим этой заразой вжарило – Греция, Франция, Германия… Ну, и Балканы накрыло. У нас в это время тоже несладко было, по Москве патрули с собаками и тазерами, министерские здания под больницы отдавали, но всё же пока не так. Вот тогда и полетели новые борта, пошли конвои. Людей стало не хватать – стали привлекать всех, подмели и меня под это дело. Хоть я ж пацан деревенский, по-иностранному только «Гитлер капут» и умею. Такие дела.
– Вы прибыли в Белград – что вы там делали?
– Строили перевалочный лагерь для экстрадированных из Европы мигрантов. Палатки, заборы, лазареты… Потом обслуживали по медицинской части. Меня за «Урал» посадили, так вот, у него в кунге медкабинет был. Ну, как кабинет, вроде лаборатории. Там всегда дежурный медик – честь по чести, в комбинезоне, маске, респираторе. Проверял особо подозрительных, а мне в это время рядом не разрешали быть, я всё больше в районе спец-столовой отсиживался, с парнями трепался да чаи гонял. Иногда в деревни выезжали – там тоже проверяли. А там же беда совсем. Народ уж сколько без работы, магазины без товара – ржавого гвоздя не найти. Бывало, угостишь ребёнка конфетой, а доктор головой качает, брови под маской хмурит – нельзя!
Конец ознакомительного фрагмента.