Расчет пулей
Шрифт:
По настоянию Турецкого начальник МУРа Грязнов приставил к Марине охрану. И это правильно. Если бы вслед за отцом разделались с ней, случился бы такой скандал, что не усидеть ни Грязнову, ни самому Андрею Алексеевичу. Как заместитель Грязнова он и должен был следить, чтобы охрана работала без сбоев, оберегая Марину от киллеров Борца. Как в пословице — рубить сук, на котором сидишь. Потому что с самим Борцом — Геннадием Павловичем Борцовым, законченным убийцей, — Гончар Андрей Алексеевич, заместитель начальника МУРа, был очень даже тесно связан.
Вывод
Мимо дома проехал кортеж свадебных машин. У кого-то в деревне гуляли. Андрей Алексеевич, как был в трусах, вышел поглядеть. Через дорогу кто-то из молодежи, а также, видно было, пожилых, протянул веревку. Кортеж остановился. По обычаю, собравшиеся потребовали с жениха выкуп — несколько бутылок водки. Жених с невестой вышли из машин. Невесту тотчас окружили подружки, жених пошел расплачиваться. Музыка и веселье разносились по всей деревне.
Получив водку, деревенские убрали веревку, и свадебный кортеж получил возможность двигаться дальше. Среди подружек невесты Андрей Алексеевич вдруг заметил Марину Викулову и обомлел. Успел подумать, как тесен мир, и тут же в стороне обнаружил приткнувшуюся к обочине черную машину. Охрана, назначенная им, делала свое дело. И Андрей Алексеевич, только что переживший несколько неприятных минут, восхитился собственной значимостью.
Ближе к вечеру на своем «ситроене» появилась Алена. Не могла не поинтересоваться делами, хотя фирма ее работала в выходные.
Алена привезла с собой карбонат, фрукты, крепкий чай в двух термосах.
Она была за рулем и о выпивке не думала. Но Андрей Алексеевич сам обо всем позаботился. Когда на голых досках Алена соорудила нечто вроде обеденного стола, Андрей Алексеевич сбегал за коньяком. Ему не страшна была никакая ГАИ. Себя он знал. Однажды после выпитой бутылки коньяка он провел машину из загорода до самого центра Москвы, и дорожная милиция только успевала отдавать честь.
— Делаю третий этаж, как ты просила, — сказал Андрей Алексеевич, налив себе коньяк и чокнувшись с бутылкой. Не любил пить не чокаясь.
Алена рассеянно кивнула. По ее глазам было видно, что она просчитывает какие-то одной ей ведомые варианты. В такие минуты Андрей Алексеевич перед ней робел.
Несмотря на свои годы, Алена была еще очень хороша! Дивный цвет лица, огромные глазищи. И фигура, как у двадцатилетней. Да кто ей даст тридцать семь?
Дом был записан на нее, потому что она была хозяйкой земли. И Андрей Алексеевич иногда с робостью думал, что, когда он достроит дом, Алена его просто выгонит поганой метлой. Сын не вступится. У него свои проблемы. К тому же он обожает мать.
«Это же надо! Марину Викулову занесло в эту самую деревню», — с внезапным раздражением подумал Андрей Алексеевич и почувствовал, что для
Глава 24 «Щипачи», «кроты» и прочие
Турецкий спустился в буфет, чтобы перекусить, и здесь его нашел нарочный с пакетом из МУРа. Это был список людей, посвященных в ступинскую операцию. И расписан с точностью до минуты рабочий день каждого. Вячеслав Иванович выполнил свое обещание.
Углубившись в бумаги, Турецкий продолжал размышлять над тем, кто мог выдать донесение ступинского оперуполномоченного Ивана Акимовича Веселова. Упомянутый в списке Грязнова полковник Ермилин вряд ли. С девяти часов был на работе. С двенадцати до трех — на совещании. Затем находился в обществе генерала Белова. Изучали документы к очередной министерской коллегии. Потом были замечены в бильярдной. После работы оба — в семейном кругу. Досуг посвящен детям и внукам. В общем, организованная преступность мало ощутила на себе воздействие этих высоких милицейских чинов.
Капитан Гуков, видимо, сам писал рапорт о своем времяпрепровождении за день. И Вячеслав Иванович, не утруждая себя чтением, вложил объемистую писанину в пакет для отправки Турецкому. Капитан подробно описывал беседу с оперативниками из центрального ОВД, которые прибыли к нему в конце рабочего дня со своими жалобами. Оперы жаловались на судей. Они приговаривают карманных воров к штрафу. После чего «щипач» освобождается из-под стражи и снова идет воровать. До тех пор, пока не проколется на богатом клиенте. А много их, богатых, ездит в общественном транспорте? В основном это бедная часть населения или гости. У каждого из них больше трехсот рублей не возьмешь. Вот «щипач» и процветает. А ведь чтобы поймать его, нужно высочайшее мастерство и терпение.
Кольцевой линии метро достается больше всех: здесь расположены семь вокзалов. Статистика показывает, что большинство «щипачей» в автобусах, троллейбусах, метро — жители Подмосковья. На втором месте по численности — выходцы из кавказских республик. Сильная школа карманников была в Подольске, в Люберецком районе. Сейчас уверенно лидирует город Королев. Из десяти «щипачей», или «кротов», как их еще называют, девять — наркоманы.
Турецкий с интересом читал присланную бумагу, хотя она и не имела прямого отношения к делу, ради которого он ее заказывал.
Оказалось, что, по статистике, жертвами «кротов» в общественном транспорте становятся гости столицы. Попадая, к примеру, в подземку, они теряются, застывают перед указателями и схемами. Карманники ловят такие моменты и делают свое черное дело.
Толпа у эскалатора, давка при входе и выходе из вагона, очередь возле билетной кассы — тут для «кротов» полное раздолье. В толпе они способны выбить бумажник из кармана куртки или брюк, прощупать содержимое сумки и вытянуть оттуда любую ценную вещь. В конце концов, в толпе можно незаметно разрезать бритвой или заточенной монетой одежду человека «до самих денег».