Раса

Стригин Андрей Николаевич

Я с удовлетворением повожу носом, ощущаю запах дыма, похоже, коптильня работает на полную мощность. Ай, да Катерина! Я уверен, подстрелила большую рыбу. Глотаю слюнки, сильно хочется, есть и пить.

Качаясь от усталости, начинаем спуск. Внезапно пахнуло потом и слышится голос:- Это, типа, неандертальцы? Мы рады вас видеть, сапиенсы.

Из-за скалы на тропу выходят два мускулистых парня. Я узнаю их, они из группы Вилена Ждановича.

— А, вы знаете, вход и выход платный. Поэтому бросайте вашего козла и можете проходить, —

нагло, играя мышцами, заявляет один из них.

— Оп па, смотри, быстро освоились, — удивляюсь я. Злость вскипает в груди и вот-вот изольётся как лава из жерла вулкана. Знаю, добычу не отдам, убью их, но не отдам.

Видно, что-то ощутив, один из них лихорадочно достаёт пистолет:- Козла на землю! — с угрозой говорит он, но я чувствую, голос наглеца дрогнул.

— А, что вы будете делать, батенька, когда патроны кончатся, всех не перестреляете. И, к тому же, это не козёл, а оленёнок, — я хладнокровно освобождаю копьё от пут коры лианы. Ещё мгновение и проткну мразь, но не успеваю. Внезапно очнулся Семён, видно пришло время подвигу. С воплем испуганного зайца, размахивается дубиной и врезает по голове бандиту. С сожалением понимаю, парень перестарался. Голова с противным хрустом позвонков откидывается назад. Не жилец, я лишь шмыгаю носом.

Его напарник, испуганно попятился и метнулся вниз с шумом, словно это не человек бежит, а стадо бегемотов, что погналось за крокодилом.

Какой ужас! Я убил человека! Я же хирург! — запричитал Семён, слёзы заполняют его ясный взор и брызжут как у клоуна из глаз.

— Правильно, хирург. Ты, только, что произвёл операцию по удалению злокачественной опухоли из нашего только зарождающего общества. И, заметь, очень успешно. Поздравляю, коллега! — высокопарно заявляю я и подбираю пистолет.

Семён дико водит очами:- Жмурика куда девать будем? А ещё, необходимо заявить в милицию.

— Семён Семёнович, какая милиция! — всплескиваю руками.

— Может, на берегу найдём? — теряется сероглазый увалень.

— Вот кого я бы не хотел, искать, так это милиционера. Давай скинем дохляка в расщелину.

— Может, похороним?

— Он не заслужил погребения, — с этими словами пинаю тело вниз. Конечно, это выглядит цинично, сам себя не узнаю.

Мы, вновь поднимаем оленёнка и через некоторое время подходим к лагерю. Ладушка первая меня увидела и с радостью подбегает.

— Как долго… ого, какой зверь, — неожиданно видит оленёнка. — А где мальчики?

Я потупил взор.

— Что случилось? Почему вы без них? Где они?

Нас окружает молчаливая толпа.

— Где вы оставили ребят! — дрожащим, срывающимся голосом выкрикивает

лупоглазая студентка из медицинского университета.

Семён поднимает мокрые от слёз глаза:- Несчастный случай, они погибли.

— Как, как погибли?!

— Их больше нет с нами, Олеся.

Девушка вскрикивает как раненая птица и бросается бежать. Семён метнулся следом. — Сынок,

что произошло? — сурово спрашивает мать.

— Они забрели в логово зверя. Смерть у них была страшная.

— Зачем ты их туда пустил?

— Не пускал их туда, мама. Они проявили инициативу и… погибли.

Мой дядя окидывает уничтожающим взглядом:- Плохой из тебя начальник, Никитка.

— Не напрашивался! — вспыхиваю я.

— Хватит, всем плохо. А им хуже всех, — вступается тесть. Сынок обнимает меня:- Папуля, я так переживал. Не уходи больше никуда.

Моя Ладушка утыкается в плечо, слёзы брызжут из огромных глаз:- Я бы не смогла жить без тебя, если б с тобой, случилось несчастье.

— Всё в порядке, видишь, какого оленёнка принесли. С голоду не помрём. Смотрю, коптильня работает. Катерина, неужели ты осётра подстрелила? — обращаюсь к подводной охотнице.

— Белугу, килограммов на восемьдесят, — встревает в разговор Надюха и глупо хохотнула.

— Да, подстрелила, — без воодушевления подтверждает Катерина, — да вот, только, отняли её у нас.

— Происки Вилена Ждановича? — догадываюсь я.

— Именно, так и было, — кривится как от зубной боли тесть. — Наставили пистолет и отобрали.

— Этот? — повертел я оружием.

— ПК "Гюрза". Да, такой у них был. А…, как он у тебя оказался?

— С Семёном отобрали, — хмыкаю я, не собираясь пояснять, как конкретно им завладели.

— Ясно, — жуёт губы тесть. И видно, ничего ему не ясно.

— Папа, — надо мужчин на охрану определить. Не ровен час, незваные гости могут пожаловать.

— Правильно думаешь. Давай пистолет. В эту ночь я охраняю и людей подберу, — сурово сдвигает брови капитан первого ранга в отставке. — Но, сначала необходимо освежевать тушу и под дым повесить.

— Я тебе пойду, хрен старый, — возмущается тёща.

— Успокойся, — очень спокойно и твёрдо говорит тесть, и жена сразу сникает. Она знает его непреклонный характер.

— Пить хочу, умираю, — я облизываю пересохшие губы.

Ладушка берёт за руку:- Пойдём, любимый, к костру. Попьёшь, покушаешь.

— А, что там коптится?

— Рыбаки рыбки понатаскали. Конечно, на всю ораву мало. Просто здорово, сколько теперь мяса.

Присаживаюсь к уютному костру, меня окружает семья. Испил ледяной родниковой воды, принялся закусывать и расспрашиваю о событиях, произошедших за день.

— А к нам Мессия приходил. Спаситель рода человеческого, — неожиданно брякает Надюха.

— Кто? — чуть не давлюсь я.

— Мессия, рода человеческого, спаситель, — повторяет она, — Василий Христос!

— Кто? — я точно давлюсь. Жена бьёт кулаком по спине.

— Да, был тут такой, — говорит Лада, — утверждает, ниспослан самим Господом богом.

— Дела? Христос. Допустим, Христос- это звание, но Вася Христос- это круто! И, что он проповедовал.

— Заповеди, — гордо произносит Надюха.