Рапсодия под солнцем
Шрифт:
Аш входит до конца, выдыхая пораженно и замирая, а я впиваюсь в его приоткрытые губы, целуя, целуя так, как никогда не целовал.
Он толкается бедрами, начиная медленно двигаться во мне, обнимая, находясь близко-близко, так, чтобы наши торсы соприкасались, он постепенно расслабляется. Целует уже не так, смазано, и увеличивает скорость, затем ещё и ещё… С ума с ним схожу. Вскрикиваю, навстречу прогибаясь, сильнее его обнимаю, утопая, пропадая в свалившемся кайфе. Тут все смешалось: и его ласкающие мои уши стоны, что явственно говорят о том, как хорошо ему со мной, и этот ни с чем не сравнимый аромат его возбуждения, что голову
Его движения становятся более резкими, а стоны беспрерывными, и я, не сдержавшись, с громким криком взрываюсь, поглощенный этими ощущениями. Оргазм сильный как никогда прежде, кажется, он проходится по всему моему телу, скручивая и высвобождаясь отовсюду.
Аш следует за мной с криком, заполняя меня своей спермой, и обрушивается без сил, накрывая собой.
Целую его волосы, лениво поглаживая, кайфуя от этой близости, от его сбитого дыхания в мою шею, а он выдыхает и шепчет абсолютно счастливо:
— Моя Ириска…
Целует меня долго, нежно, и уже губы болят немного, а как только поцелуй заканчивается, подхватываю его на руки и в душ несу. Потому что все равно абсолютно кто сверху, а кто снизу, и что там принято, когда хочешь заботиться, когда любишь, когда нет ничего важнее.
Часть 22. Дикий вампиреныш
Аш
Проснувшись, но не открыв глаза, жмусь довольно к Ирсу, продлевая своё спокойствие, свое счастье. С ним так здорово всегда. Неважно, пробуем ли мы новое или повторяем уже хорошо заученное, с ним всегда всё так правильно. И это совершенно не похоже на мои прежние отношения. Я не сравниваю, но мысли иногда всё же в голову пробираются. С Луком мне никогда не было так легко.
Ирс потрясающий, с ним я могу быть просто собой, и он меня всегда понимает. А еще от него так пахнет вкусно, сладковато… А откуда у него запах шоколада?
Открываю глаза и, чуть повернув голову, вижу Ниррая. Снова голого. Он, видимо, в нудисты подался.
— Доброе утро, Ниррай. А ты чего тут? — спрашиваю я и пытаюсь понять, куда делся Зак. Ни цепочки, что была раньше, ни каких-то других украшений на нем не наблюдается. И это странно.
Я накрываю Ирса одеялом, потому что не надо на него пялиться парням моего брата. А еще мне почему-то совсем не страшно. Когда он кинулся на Мура, я перепугался, но сейчас… Он бы напал, если бы захотел причинить вред. Мы спали, это было бы легко сделать. Да как бы и в бодрствующем состоянии мы всё равно ему проигрываем.
Ниррай спрыгивает с подоконника и идёт по комнате, изучая содержимое малочисленных полок.
— Ниррай, это некрасиво, ты знаешь? Нельзя же так.
Это еще нам повезло, что он не решил зайти, когда мы были заняты друг другом.
Он смотрит на меня с таким пренебрежением, что мне сразу грустно становится, и я жму коленки ближе к груди. Ещё и шикает на меня.
И тут в окно влетает взъерошенный Аман. Хорошо ещё, что он додумался надеть штаны, а то это был бы совсем перебор. Ниррай отпрыгивает в сторону явно чем-то раздраженный.
— Че вы валяетесь? — тихо говорит Аман явно нам, но взгляд от Ниррая
Смотрю на Ирсана, что только проснулся и явно удивлен скоплением вампиров в нашей комнате, и уже хочу сказать брату, что это вообще не его дело, чем мы занимаемся, так-то это они сюда приперлись, но тут я слышу щелчок и, повернувшись, вижу, как Ниррай, что крутил в руках фотоаппарат, испуганно подбрасывает его, засвечивая стену вспышкой. Ирс кидается вперед и, рухнув коленями на пол, успевает спасти фотик.
— Аман, забери его отсюда. Он плохо себя ведет, — говорю я и, встав, накрываю Ирса одеялом, присаживаясь рядом. Не надо ему голышом при других разгуливать.
Ниррай садится на корточки, пялясь на нас с любопытством, и я говорю уже ему:
— Я не хочу, чтобы ты смотрел на моего голого парня, — и обнимаю Ирса, чтобы все дикие вампиры поняли, на кого именно не надо таращиться.
— Я не могу его забрать, — отвечает Аман. — Он вредничает. Я и так три часа его отвлекал. Но уже хорошо, что вас он не трогает. Люди под янтарем, Мил под защитой. Надеюсь, всё так и будет спокойно.
Ниррай, ничего не ответив на это, поднимается и продолжает изучать комнату. Открыв дверь, ведущую в душевую, рычит и тут же захлопывает.
— Что не так с нашим санузлом? — спрашивает Ирс, вылезая из моих объятий и вставая.
— Душ, — фыркает Ниррай, будто там что-то совсем иное, типа помойки или, может, еще чего противного.
— Я пытался его помыть, он испугался, — говорит Аман, а Ниррай вдруг резко приближается ко мне и нюхает шею.
— Эй! — возмущается Ирс и тянет того за локоть от меня, но Ниррай вмиг оборачивается и рычит, выставляя и когти, и клыки.
Я подрываюсь с пола, слыша, как падает покрывало с Ирса за моей спиной.
— Всё, всё, не трогаю! — говорит мой парень, сдаваясь, а вот я сдаваться не собираюсь. Тоже показываю зубы и рычу в ответ. Я против агрессии, но тут без нее я просто не могу.
— Блядь, Аш! — только и успеваю услышать я голос брата, как Ниррай кидается на меня. Мы сцепляемся, а потом мною же и шарахают об стену, да так, что воздух из груди вон и перед глазами рябит. В себя прихожу быстро, услышав болезненный вскрик Ирса, и кидаюсь на Ниррая снова. Его уже пытается схватить Аман, но у него не получается.
— Какого хуя? — рявкает Мил, ворвавшийся к нам в комнату, но мы, уже пробив стекло, вываливаемся на улицу, так что мне не до него.
У меня нет когтей, да и драться я не умею, но всё равно пытаюсь делать хоть что-нибудь. Поэтому вцеплюсь в его плечо зубами. В рот хлещет противная, с привкусом железа кровь, а мы со всей дури падаем на землю, сделав пару разворотов. Злость окутывает меня, и я теряю контроль над своим телом…
***
Мил
Ненавижу такие пробуждения, тем более когда я к ним совершенно не готов. Грохот, рыки и Мура нет рядом, что совсем меня не радует. Быстро натянув штаны и ботинки, хватаю свои ножи и несусь на шум, а там оргия, что вышла из-под контроля — трое голых вампиров, четвертый в штанах. Аш, за каким-то хреном сцапав Ниррая, вылетает в окно, даже крылья не выпустив. Эти двое шустренько за ним, ну и я, естественно, тоже. Запрыгнув на подоконник, я вижу, как Цветастый с Аманом пытаются оттащить злющего Ниррая, и это им даже удаётся. И вроде бы Ашу сейчас унестись на хрен отсюда, только он этого не делает. Он выпускает крылья, вскапывает когтями траву и поднимает красный взгляд.