Раннее утро
Шрифт:
Д а р ь я И в а н о в н а. Золотые слова. Вот мы тебе поверили, в душу свою пустили, а ты совсем другим оказался. Пойдемте.
С е р г е й. Товарищи, вы куда?
Д а р ь я И в а н о в н а. Проводи нас, Анна Семеновна. Потолкуем на воле. Тут и вправду душно.
Все уходят.
Сергей стоит у стола, медленно опускает бокал.
Дача
В и т а л и й. Анна Семеновна, все в порядке! Билеты взял — вам до Звонкого, себе до Ачинска. Завтра днем — прощай, Москва, здравствуй, Сибирь! Купейный вагон, вам с Костиком нижняя полка, а мне бельэтаж — чего же еще надо?
А н я. Вот видите, а вы беспокоились, думали, не уедем.
В и т а л и й. Беспокойство — качество, свойственное человеку. Ничего не сделаешь. Анна Семеновна, примите от меня нашему богатырю. (Передает игрушечную лошадку.) А где же он сам?
А н я. Мама спать его укладывает.
В и т а л и й. Ну ничего. Проснется — и сразу на коня. Пусть скачет, да не падает. Это что, опять письма из Звонкого?
А н я. Да. Просят ребята, чтобы дала телеграмму о выезде. Хотят встретить. Соскучилась я по ним, Виталий Маркович!
В и т а л и й. Чем больше соскучитесь — горячее будет встреча.
В калитке показывается К о с т я. В руках у него несколько свертков.
А н я (увидев Костю). Смотрите, Виталий Маркович, медведь наш северный явился. Он вчера о вас спрашивал, увидеть хотел.
К о с т я. Здравствуй, Анечка! Здравствуйте, Виталий Маркович!
В и т а л и й. Приветствую!
А н я. А вы, Виталий Маркович, при встрече узнали бы Костю?
В и т а л и й. Как же! Такого детинушку не легко забыть. У меня, знаете, долго рука ныла после его сердечного рукопожатия.
К о с т я (передавая Ане сверток). Анечка, возьми яблоки на дорогу вам. А это моему тезке игрушки. Смотрите, какого скакуна я Купил ему! (Показывает игрушечную лошадку.)
В и т а л и й. Теперь у вашего тезки целый табун лошадей.
К о с т я. Правда?! Ну ничего. Виталий Маркович, вы тоже собираетесь завтра ехать?
В и т а л и й. Да. Вместе с Анной Семеновной. Билеты уже взял.
К о с т я. У Анечки отпуск заканчивается, но почему вы-то так торопитесь уехать? Пожили бы еще несколько дней, по Москве походили, побывали бы в театрах, музеях.
В и т а л и й. Не искушайте меня — бесполезно. Мне и самому хочется посмотреть красавицу Белокаменную, да нельзя. Мешает одно очень маленькое слово. Маленькое, но магическое. Я у Анны Семеновны его перенял.
А н я.
В и т а л и й. Де-ло!
А н я. Ах, вот оно что! Все ясно.
В и т а л и й. У нас должен начаться смотр заводской самодеятельности, и я обязан на нем быть. Если уедем завтра, то попаду в Ачинск вовремя, что и требуется.
А н я. Ну, рассказывай, Костя, что у тебя нового. Отпускает академия?
К о с т я. Вопрос еще не решен.
В и т а л и й. В командировку собираетесь? Куда?
К о с т я. Снова на Север. Но не в командировку, а работать.
В и т а л и й. Да? А мне помнится, вы говорили что-то об аспирантуре?
К о с т я. Собирался, но… Решил пока отложить. Успею еще. Уж очень интересная там работа, оторваться не могу. Вчера я получил оттуда письмо от одного колхозника. Мы проделали с ним несколько опытов. В общем удачно. Но кое-что не удалось. Зовет меня. Нужно ехать. Но знаю, как решит мой вопрос академия.
В и т а л и й. Отпустят, уверяю.
А н я. А мне немножко жалко отпустить тебя. На Севере и без тебя медведей много…
К о с т я. Я им все равно не помешаю. Пойду покажусь Марии Григорьевне.
А н я. Костя, у нас радио опять испортилось, посмотри, пожалуйста. Да напомни маме, что в духовке пирог.
К о с т я. Все будет исполнено. (Уходит.)
В и т а л и й. Анна Семеновна, смотрите, что это: или я рехнулся, или впрямь нашествие…
В калитке показывается С е р г е й.
А н я. Сергей?
С е р г е й. Да, я. Здравствуй.
А н я. Приехал?
С е р г е й. Приехал, Аня! Нужно с тобой поговорить.
А н я. Ну что же, давай поговорим.
В и т а л и й. Беседуйте, а я, поброжу по саду.
А н я. Нет-нет. Зачем же? Не уходите.
С е р г е й. Но, Аня…
А н я. Здесь нет посторонних. Наш разговор все равно не останется тайной.
С е р г е й. Пусть будет так.
А н я. Так о чем ты хотел говорить?
С е р г е й. О многом. Я посылал телеграмму — ты даже не ответила на нее. И вот я сам прилетел… Прилетел за тобой. Нам нужно сегодня же лететь в Звонкое.
В и т а л и й. Странный ты человек, Сергей. К чему такая спешка?
С е р г е й. Ты ничего не знаешь, Виталий Маркович! Не знаешь о той ужасной обстановке, которая там сложилась.
А н я. И я не знаю. Расскажи нам.
С е р г е й. В Звонком начали ходить упорные слухи о том, что ты… что я… что мы… в общем, о нашем разводе. Недавно мне пришлось читать лекцию в Доме культуры. Слушатели засыпали меня вопросами о тебе. Зашел в районе, и там спрашивают: правда ли? Оказывается, приходили туда Дарья Ивановна, Травкина и еще женщины. Вскоре после твоего отъезда меня вызвали в райком. На днях на бюро райкома будет рассматриваться вопрос: «Моральный облик директора школы Теряева».