Раненое сердце

Дрим Мила

Они приехали домой ближе к вечеру. Уставшие, но довольные, Яна и Карим с дочкой на руках, не спеша, пошли в сторону дома. Молодая женщина скользнула взглядом по небу – ванильно-розовые облака, пронизанные солнечными лучами, заполнились

собой все пространство.

– Сказочно как! – восторженно выдохнула Яна.

Карим, проследив за её взглядом, довольно протянул:

– Дааа, красиво, ягодка. Майя, смотри, какие облака!

Малышка, тут же завертелась в крепких руках отца. Наконец, устремив взгляд на небо, Майя довольно заулыбалась. В глазах её, чистых, прекрасных, блеснуло восхищение.

– А вот вы где, а я вас потеряла, – голос свекрови заставил Яну нервно вздрогнуть. Нервная волна окатила женщину, и, прежде чем обернуться, Яне пришлось взять себя в руки.

– Так я ж говорил тебе вчера, что с семьей по магазинам надо, – повернувшись к матери, первым откликнулся Карим.

Яна, наконец, обернулась. В шаге от неё стояла Гульнара. Одетая в яркое, цветастое платье, выгодно подчеркивающее её восточную внешность, женщина с улыбкой смотрела на них.

– Да я забыла, – рассмеялась свекровь, кивая Яне в ответ, и та ответила ей кивком. – А чего купили-то?

– Обувь жене и дочке, – Карим обнажил белые зубы в улыбке.

– Ааа, – протянула Гульнара. Ловкими пальцами она обхватила правый

кроссовок Майи. Малышка с интересом посмотрела на свою бабушку.

– Какие модные! – восторженно начала свекровь. – Будет моя внученька, моя Майя, ходить самая красивая! А бабушка тебе тоже подарок купила, дома лежит. А сколько стоят кроссовки?

Когда Карим назвал цену детской обуви, лицо Гульнары, на миг, перекосилось от недовольства.

– Зачем такие дорогие брать ребенку! Лучше б ты себе что-нибудь купил, сын! – голос свекрови был наполнен возмущением.

– А у меня все есть, мам.

– Есть у него все, – Гульнара демонстративно, прошлась взглядом по сыну и задержала его на обуви Карима. Затем, взор свекрови взметнулся вверх – и скользнул по лицу Яны. И хотя Гульнара пыталась скрыть свои мысли, молодая женщина явно прочитала в её взгляде осуждение. Сразу же стало не по себе, душа сжалась от напряжения и предчувствия чего-то дурного.

– Ну, ладно, – Гульнара улыбнулась сыну, – пойду, готовить на неделю. А то сестра просила на следующей неделе помочь ей с ремонтом, так что дома сидеть не получится.

Слово «сидеть» свекровь подчеркнула особым тоном. Карим, естественно, не прочувствовал этого, а вот Яна ощутила упрек, адресованной ей.

Уже на пороге в дом, Гульнара обернулась и приветливо бросила:

Конец ознакомительного фрагмента.