Раненая душа
Шрифт:
— А во-вторых? — произнес я.
— Что?
— Ты объяснила первую причину, а какая вторая?
Кокетливая улыбка красотки сжала мое подростковое сердце. Она подошла ближе и, слегка наклонившись, прошептала: — Потому что ты чертовски привлекателен.
— Утречка, командир!!! — с победной улыбкой крикнули Семен и Фредерика.
Как гром среди ясного неба в мой дом вломились психи, которых я нанял. Пока Сема с Фредерикой чуть ли не в припрыжку направились опустошать мой недавно заполненный едой холодильник,
— Мужики, — с кухни послышался голос Семы. — Кто-нибудь жрать будет?
— Охренел, Сема! А ну брысь от моего холодильника, — выкрикнул я.
«И когда это мы только так сдружились?»
— Я бы не отказался, — в ответ русскому крикнул Лютер.
— А там есть сосиски и пиво? — произнес Ойген.
Ответа от Семы долго ждать не пришлось.
— Сосиски есть, а вот с пивом проблемы. Но ничего, Фреди сказала, что сейчас сбегает.
Ойген довольно улыбнулся и откинулся на спинку стула, ожидая свои вкусности. Кин же предпочел молчать до тех пор, пока Семен не спросил у него лично:
— А ты, узкоглазый, не будешь, что ли?
— Когда-нибудь я вырву тебе кадык, гайдзин… — прорычал Кин, а затем громче добавил. — Сашими!
— Понял тебя, япошка! — ответил ему Семен, чем вновь вызвал недовольство со стороны молчаливого японца.
Через пару минут поляна, как выразился Сема, была накрыта, и вся команда, кроме Фредерики, которая ушла в магазин, уселась за стол. Я не мог понять, какого хрена они разложились в моей гостиной, как у себя дома?
Уплетая все, что Сема выложил на стол, мужики вели беседы по поводу работы. В какой-то момент Сема закинул ноги на стол и закурил. Но когда мужчина встретился со мной взглядом, тут же пожалел о своих действиях.
— Я, конечно, понимаю, что после работы охота расслабиться… — начал я, но остановил мой говор звук упавшей ложки.
— Вот именно, босс, — ответил потянувшийся за столовым прибором Лютер. — Работа была тяжелой. Мы столько всего узнали. Позволь немного побездельничать.
— Эх… — тяжело вздохнул я. — А работа разве уже закончена?
Мужчины посмотрели на меня удивленными взглядами.
— Босс прав, — произнес уплетающий рыбу японец. — Нам осталось рассказать все, что узнали. После можно и отдохнуть.
Я одобрительно кивнул японцу и подставил ему поднос с мясом, который нагло выдернул из под носа русского бугая.
— Ясно, — недовольство Семена из-за отобранной еды перелилось в надутые губы.
— Хватит ребячества, господа. Сначала информация, а затем уже еда, — поглаживая переносицу, ответил я. День и так был напряженным. Я бы и сам выпил, но для начала лучше закончить с делами.
— Тогда я начну первым, — немец приподнялся и достал из своего внутреннего кармана маленький синий блокнот и очки. Надев окуляры, мужчина принялся читать вслух:
— В районах Баяши, Сюзенжи… — выговаривать название японских улиц было невыносимо для языка Кунзе, — … и Иори, расположены подпольные бордели,
Ойген вновь уместился на диван и отпил воды из граненого стакана.
— Даже немца эти ваши японские словечки довели, — выдал Сема.
— Это скорее твоя глупость действует на окружающих, — Кин не собирался уступать русскому собрату.
— Потом будете спорить, — посмотрев на мужчин, ответил я, а затем перевел свой взгляд на Ойгена. — Продолжай.
— Там больше не о чем говорить. В борделях большинство девушек держат насильно. Страшное зрелище, если честно. Не знаю, как у меня хватило терпения, чтоб не перестрелять всех ублюдков разом. Скудная охрана, которая порой и вовсе отсутствует. Есть пара магов, но они чересчур слабы. Хотя доход неплохой, узнал в бухгалтерии.
— Это как? — спросил я.
— Хах, — усмехнулись мужики, а Ойген глянул на меня сквозь толстые линзы. — Двери были закрыты, но я зашел через форточку.
"Понятно. Значит незаконно, хотя с бандитами бороться только их же методами."
— Хорошо, дальше.
— Оружие, — выдал Семен, с наслаждением пережевывая кусок стейка. — Эти узкоглазые продают различные стволы, начиная с пистолетов и заканчивая более крупными пушками. Поставщик неизвестен, но каждый второй вторник месяца на один из складов в районе Сюзенжи, о котором говорил Ойген, приезжает больше десятка грузовиков. Я проверил их. Они принадлежат какой-то крупной компании за рубежом, но я уверен, что это лишь прикрытие. Само оружие, точнее большая его часть, уходит в оружейки города, на стрельбище и мелким кланам. Ума не приложу, как полиция еще не накрыла эти притоны. Возможно, у ментов есть крыса и, судя по количеству беспредела, крыса с крупными погонами.
— Семен, ты закончил? — спросил Лютер и, после одобрительного кивка бугая, перешедшего на сосиски Ойгена, приступил к своей информации. — За городом есть большой стадион для скачек. Наши противники занимаются ставками, их принятием, если быть точным. Люди сами отдают им свои деньги, но даже не подозревают о том, что лошадей ослабляют каким-то средством. Естественно, всех, кроме одной.
— Неплохо, Лютер, но я думал, что твоя информация будет полезней, — разочаровался я.
— Она полезна. Во всех грязных делах этих бандитов, о которых мы вам рассказали, присутствует крупный оборот наркотических веществ, а стадион за городом — это некая оборотная точка товара, но об этом расскажет Кин.
Все, кроме Семена, перевели взгляд на молчащего японца. Он в свою очередь достал толстенную синюю папку и положил ее напротив меня.
"У вас фетиш на синий?"
— Имеется пара маленьких точек, где производят отраву. Расположены они в тех же районах, о которых говорили мои коллеги, но одна заинтересовала меня больше всего. Она находится на территории клана Шерман.
"Шерман. Звучит интересно."
— Охрана сильная. Пройти боем будет сложно, — японец основательно подошел к этому делу.