RANDOM: В начале конца
Шрифт:
— Ты хочешь проверить возможности нового тела или нет? Может лучше переселиться в Афедрон, устроиться работать на линию сборки какой-нибудь херни и сдохнуть в своих апартаментах от старости?
Я погладил лапой нижние жвала — звучало чертовски заманчиво, но я пожалуй выберу первый вариант, тем более, что противник очень медлительный, а я, как уже успел убедиться, чертовки быстрый и ловкий.
Кивнув всем телом, я начала сгребать мощными когтистыми лапами слой дёрна в большую, заметную издалека кучу, а то ещё не хватало заблудиться и разделиться с напарником. Я увлёкся как малое дитё,
— Ты спятил?! Собрался упасть на него сверху и раздавить?!
Повернувшись на голос и глянув вниз, я слегка смутился — крутой холм вышел метров на пятнадцать, а степь вокруг него чернела голой землёй. Этого явно было более чем достаточно, но не хватало финального штриха и я раскрыл когти, высвобождая пальчики.
Очень старательно я начал вылепливать большой хер на вершине, но материал был суховат и получалось плохо. Высунув языки от усердия и отмечая краем сознания, что этот фанатизм явно достался мне вместе со сменой вида, внезапно ощутил нечто знакомое, а бесформенная кучка, окружённая моими пальчиками, превратилась в идеальный фалос из уплотнённой, на молекулярном уровне, земли и паучье тело требовательно заурчало пустым желудком.
Я задрал корпус к небу и восторженно, очень громко, зарычал-забулькал-заскрежетал.
— Ебутьтвоюмать! Ты гнездо там что ли свил?! — вновь заорал Второй и бросил в меня комом земли. Не докинул и заорал вновь: — А ну спускайся сумасшедшее членистоногое и вали уже в бой! Заодно проверишь — можно ту падаль жрать или нет!
При мысли о “пожрать” я воодушевился, едва сдерживая себя в рамках человеческого сознания, и спрыгнул с кучи, набрав безумную скорость по ровной земле. Неописуемый восторг захлестнул меня от мощи тела и я начал скакать из стороны в сторону, крутить сальто в воздухе и всячески выпендриваться, поскольку что бы я не делал — усталости как небывало!
Зато голод накатывал всё сильнее и сильнее, а когда я, меньше чем за десять минут, пробежал пятьдесят километров до монстра, то с лёту запрыгнул сверху и вонзил острые жвала в его коричневую, твердущую шкуру, после чего упёрся всеми лапами, со страшным звуком отрывая огромный кусок и жадно запихивая его в себя языками, через непомерно растянувшуюся пасть.
Мерзкая плоть ухнула в пустой желудок, но мной овладело какое-то безумие и я совершенно не обращал внимания на её вкус, а лишь раз за разом вгрызался всё глубже и глубже, пока не достиг чертовски сочных тканей и с ещё большим энтузиазмом рвал червя, пока не скрылся в прогрызенном тоннеле полностью.
Тут то и последовала ответная реакция моей еды!
Червь начал медленно извиваться, стремясь если и не вытряхнуть меня наружу, то, хотя бы, раздавить внутри себя, но моя твёрдая оболочка вообще никак не реагировала на эти потуги и монстр предпринял последнюю, отчаянную попытку, поскольку я уже жрал его изнутри, продвигаясь вдоль тела к кисельной реке. Каким-то образом я почувствовал, что он поднимается над землёй, чтобы грохнуть с высоты и убить меня перегрузкой, так что пришлось экстренно пятиться на выход, что было несколько затруднительно, из-за беспрестанно сокращающихся стенок
Когда я протиснулся наружу то испугался не на шутку — до земли было уже пару километров, а червяк ещё даже не поднялся вертикально! Целиком и полность положась на паучье тело, я быстро побежал вниз, ловко цепляясь множеством подвижных крючьев на лапах за неровности коричневой шкуры, но чем вертикальнее поднимался монстр, тем чаще я промахивался и терял опору. Под конец, когда до земли оставалось метров двести, я всё таки сорвался и полетел вниз, растопырив лапы на манер парашюта и совершенно безболезненно приземлился метрах в пятидесяти от кромки “воды” — видимо и большая высота для меня не смертельна, но проверять на практике свой предел прочности не очень хотелось.
— Обедаешь? — раздался дружелюбный голос Клчка и я резко повернулся.
Он стоял неподалёку, а за его спиной находилась странного вида, огромная, полупрозрачная установка, вокруг которой суетилось полсотни таких же полупрозрачных жаболицих в комбезах и несколько дронов с инструментами. Вся эта братия прилаживала огромные, полупрозрачные трубы к установке и та медленно запихивала их в толщу киселя.
Я вопросительно уставился на улита и начал поочерёдно тыкать лапами червя, в установку и в реку.
— Моя твоя не понимай, — усмехнулся хитроглазый торгаш, — но ты можешь приобрести чудесный ретранслятор мыслеобразов с потрясающей скидкой три процента!
Я хотел горестно вздохнуть и закатить глаза, но глаза не закатывались, а дышал я пассивно, с помощью того самого меха на теле. Поэтому пришлось махнуть лапой и кивнуть всем корпусом. Улит скрылся в своей раковине и через минуту вернулся со странной штукой в ручках и протянул её мне.
Пришлось изо всех сил изображать сомнение и показать одной парой лап на другую, но улит сразу всё понял и в следующий миг уже стоял на моей голове, а я даже ощутил его вкус — насыщенно пряный и одновременно освежающий, как острый суп с листочком мяты. Хорошо, что Клчк всё таки не читал мысли, а моя головогрудь не поворачивалась, иначе сож…
— …рал бы такой деликатес не задумываясь! — разнесся мой жадный, громкий голос над степью.
— Перебьешься! — хмыкнул улит появляясь уже передо мной. — Настроил по аналогии с системой Афедрона и можешь просто пытаться говорить как привык.
— Точно? — протестировал я систему трансляции и остался доволен. — Круто, спасибо дорогой друг! А есть ли другие настройки и что это ты делаешь с нашим киселём?
— Сам настроить не сможешь, нужен нейроинтерфейс, на здоровье, — улыбнулся улит и кивнул в сторону реки: — Этот тоже ваш?
Я повернулся и выпучил невыпучивыемые глаза — над ровной гладью медленно извивались несколько десятков червей образовав неровный круг, а из него поднималось что-то огромно-многокилометровое, страшное и состоящее из зубастых ртов чуть более чем полностью.
— Вон оно чё, Михалыч… — присвистнул я, наблюдая за медленно приближающимся гигантом и его щупальцами. Однако, эта хрень может и подождать, а вот хитрый Клчк может пропасть в любую секунду и я продолжил говорить, встав так, чтобы всё нужное было в поле зрения: — Не, этого можешь себе забрать. Я серьёзно! Нахрена тебе эта жижа?